Модернизация против традиции?
Мы привыкли как-то уж примитивно понимать, что нововведения, которые происходят в нашей жизни, обязательно должны все и вся поставить с ног на голову. Обязательно разрушить старое, при этом еще не осязая будущего. Спору нет, мир вокруг нас меняется. Причем сейчас с убыстренной скоростью, с еще большей неизвестностью и непредсказуемостью. Но в том-то и дело, что только тогда, когда модернизация учитывает в своей практике традиционные ценности, то есть выработанные столетиями, она обречена на успех. Традицию нельзя разом отбросить и выкинуть за ненадобностью, как что-то вдруг устаревшее, в одночасье забыть. Предать забвению то, чем ты жил вчера? Нонсенс. Это как в моде – отказаться от того, что неожиданно возвращаются в современную практику костюмы и форматы наших бабушек и дедушек? Зачем, ведь это модно, а значит, современно! Модерново!
Вот так и в социально-экономической сфере нужно понимать, как увязать в единый клубок традицию и модернизацию. Не делать из них антиподов, не формировать врагов с той и иной стороны. А то получится, что как бы одни, консерваторы, сидят на одном берегу, а модернизаторы – на другом. Смотрят друг на друга в подзорную трубу, не желая сближаться. Сторонники перемен должны понимать и неразрывную связь с прошлым, и то, что все имеет свойство повторяться, но на каком-то новом витке спирали. Вот это и важно оценить. Или это волна, принесшая с собой элементы варварства и уже давно отмерших социальных тканей из прошлого. Или это нечто новое, наложившееся логичным образом на прежний фундамент.
Стремление к модернизации, то есть к каким-то вполне объективно назревшим изменениям, – это не разрушение старого. Даже если что-то ломается в силу каких-то причин достаточно кардинально, надо понимать, а что дальше? Что нового создается на месте старого, и как кажется порой, давно отжившего свой век? Что нового и более совершенного? Ведь разговор к пиджаку не пришьешь. Как и новую пуговицу к старому костюму. Но нужны материальные памятники, нужен посыл на созидание будущего, вырастающего в настоящем.
Модернизация, после которой родители начинают ненавидеть школу и конкретных учителей; в вузах, где за деньги оказываются и учатся бездари; хорошего врача и юриста порой днем с огнем не найдешь ни за какие деньги; бухгалтер не может вспомнить таблицу умножения, а финансист готов лишь отслеживать «потоки» и «откаты». Это не модернизация, когда идет бездумный процесс по перекройке действительности. Модернизация – системные действия, которые приводят к тому, что общество становится более динамичным и современным. А главное – созидательным в своей основе. Сейчас, под предлогом порой назревших изменений, выбрасываются лозунги по преобразованию действительности. На самом деле происходит активная варваризация всей общественной жизни, уничтожение всего того лучшего, что было создано предыдущими поколениями. И тут еще многочисленные эксперты и политики рассуждают о том, как важно не допустить революции, все сделать плавно и естественно. А на самом деле идет еще более масштабная «смена вех», только ползучим, скрытно-непубличным от общества вариантом. Как бы для общества, но без его мнения. И даже без участия. Безучастное, но постоянно взнуздываемое плетью. А как говорят про загнанных лошадей? Тут порой и печатных слов не хватает, чтобы образно и емко выразить суть происходящих трансформаций. Дернули стоп-кран, сорвали «резьбу», а потом начинают нарезать болванку заново. Это примерно так, если представить, как волна за волной находит на берег. Неприступная крепость падает в воду, подточенная снизу водяными потоками. Это что, произошли перемены? На Россию пытаются силком надеть западные одежки. Но мы не Запад!
В экономике существуют «волны» Николая Кондратьева. Русский ученый, предложивший определенную периодизацию и зависимость: «Во время повышательной фазы Кондратьевской волны быстрое расширение экономики приводит общество к необходимости изменения. Но возможности изменения общества отстают от требований экономики, поэтому развитие переходит определенную фазу, в течение которой кризисно-депрессивные явления и трудности заставляют перестраивать экономические и иные отношения». Пусть и не принятые окончательно и бесповоротно фундаментальной наукой, они характеризуют многие важные процессы, происходящие на нашем пути движения. Не случайно, что многие исследователи обосновывают связь смены волн с базисными технологическими укладами. По Кондратьеву, если его правильно расшифровали современные ученые, мы находимся в 5-м большом цикле, который начался предположительно с начала 80-х годов ХХ века и закончится по прогнозу примерно к 2018 году. Может быть, пора и более внимательно присмотреться к тому, что говорил Кондратьев и ряд его последователей. Академик Сергей Капица, вслед за Кондратьевым и другими учеными, говорил об «уплотнении» современного времени. Сегодня уже очень важно иметь под рукой прогноз, который давал бы объяснения более или менее быстрым переходам социума. К тому же еще и учитывающий тот факт, что мир неизбежно двигается к периоду перманентных изменений. То есть тех, которые происходят непрерывно. А значит, не нужно выдумывать очередных модернизаций, так как мы теперь находимся в ней ежечасно и так. Мир так изменился и увлек нас за собой. Это уже постоянно продолжающееся состояние, не имеющее четких границ и параметров. Для человека, привыкшего жить некоторыми клише, – «черное» или «белое», «старое» или «новое», «капитализм» или «социализм», – еще труднее становится определиться в своем отношении к происходящему. А ведь еще нужно понять себя самого и суметь встроиться в этот всеохватный процесс. А мир спешит дальше. Его поступь все слышнее. И двери или окна, если даже плотно закрыть на ставни и сейфовые запоры, все равно не спасут от его дыхания. Вспомним еще раз один из основополагающих трудов Николая Кондратьева «Большие циклы конъюнктуры и теория предвидения». В нем ведь о нашем дне, который своей пуповиной уже находится в глобальном замесе. Вот его цитата: «Социальные потрясения возникают легче всего именно в период бурного натиска новых экономических сил… Войны и революции возникают на почве реальных, и прежде всего экономических условий… на почве повышения темпа и напряжения конъюнктуры экономической жизни, обострения экономической конкуренции за рынки и сырье». И что, будем так же наблюдать рост этого напряжения в глобальном мире, который должен разразиться с неизбежностью, или же включим разум, заставим правящие элиты определиться со своим выбором? Чтобы потом сделать выбор самим. В пользу мира без войн, а не просто жить иллюзией и надеждой, «чтобы не было войны». И вообще, никого и ничего не ждать, а самим формировать цели для будущего и планы в настоящем. С учетом традиций и духа времени.
Глава 4 Ценности
Битва за ценности современного мира
Будучи депутатом Госдумы 4-го созыва и являясь членом комитета по образованию и науке, я познакомился с ученым-физиком Жоресом Алферовым, нобелевским лауреатом. Он, так же как и я, входил в состав означенного комитета. На заседаниях он очень активно отстаивал интересы научной и образовательной сферы. Мне всегда были интересны те мысли, с которыми он выступал в парламенте и вне стен законодательного органа власти.
Позже я прочитал его книгу «Власть без мозгов», где известный ученый анализирует ситуацию отделения науки и конкретных ученых от государства. Парадоксальным образом, мы говорим о необходимости двигаться в сторону общества знаний, а на самом деле пытаемся сформировать путь в прямо противоположном направлении.
Ученые, которые пытаются разобраться в истинности или ложности тех или иных построений, в том числе и касающихся социально-политической жизни государства, оказываются изгоями для властей предержащих.
Политика «матрешек» – «матрешечная» политика. Это когда самых активных и умных власть пытается спрятать под более крупную матрешку, накрыть сверху «коконом», выдавить из созидательного поля на обочину, заткнуть рот, или же вообще избавиться от влияния, «выселив» за пределы страны. Чтобы они не бузотерили, не требовали справедливости, не «раскачивали» своими мыслями власть («лодку»), которой так безмятежно живется («плывется»). Из Таджикистана убегают в Россию, из России – в Европу, из Европы – в США. А там, в крепких объятиях дракона по кличке «ФРС», довершается процесс по обезличиванию свободного и критически мыслящего гражданина. доверять, например, политическим партиям, что они смогут сегодня стать генераторами новых идей и новых людей с собственной гражданской позицией, очень затруднительно. науку от партий и политики в целом нужно все-таки отделять. но с учетом реального влияния науки на политику и власть.
