— Хранитель, — коротко назвал он себя.
— Хранитель чего? — уточнил существенное Марк.
— Я охраняю вход в преисподнюю.
— А что ж вы так оплошали, Макар Ефремович? — спросил я, указывая пальцем на шею.
Щека Сусанина дернулась. Видимо, он глубоко переживал свою оплошность, но сочувствовать ему я не спешил. Пока что мне непонятна была роль, которую он играл в этой запутанной истории. И прежде всего мне хотелось бы узнать, кто доверил ему столь почетную обязанность. Однако в ответ на мой прямой вопрос Макар Ефремович лишь пожал плечами. Этот человек, а точнее уже вампир, не был склонен к откровенности, тем не менее я задал ему еще один вопрос:
— Вы знакомы с Владом Тепешем по прозвищу Дракула?
— Нет.
— А с Владимиром Дракуновым?
— Этого знаю. Крутился вокруг меня. Но он ведь самый обычный аферист, разве не так?
— Не уверен. По моим сведениям, именно этот человек натравил на вас вампиров.
— У вас неверные сведения, господин Чарнота. Фамилия моего врага Шварц. Они уже не первый день обхаживали меня, эти строители. Я сразу заподозрил, что здесь не все ладно, но посчитал, что этим людям нужна гробница атланта.
— Вы же не первый день замужем, Макар Ефремович. Неужели не смогли отличить человека от вампира?
— Возможно, так было угодно ему.
— Вы имеете в виду Люцифера?
— Да. Я знал, что он проснулся. Не скрою, меня это повергло в ужас. Ведь это и мой мир тоже. Я получил эту должность в наследство от отца, а он в свою очередь от своего отца. Но я не верил, что это настолько серьезно. Я слышал о гробнице, знал, что в ней хранится, но моих сил вполне бы хватило, чтобы помешать авантюристам проникнуть туда.
— Влад Дракула пришел из прошлого, а не из настоящего. Он родился пятьсот лет назад. Вход в гробницу атланта он взломал с той стороны. Зачем вы следили за мной?
— Я запомнил ваше лицо. Не могу припомнить где, но мы с вами встречались. Я увидел вас на стоянке и решил проследить. Мне показалось, что вы приходили со Шварцем.
— Я действительно ищу Шварца, но приходил я к вам один. Вы уже были мертвы. Это я сообщил о вашей смерти в правоохранительные органы. Зачем вам понадобился Шварц?
— Я должен его устранить. Он нарушил запрет.
— Но ведь он теперь вампир?
— Это вряд ли, — покачал головой Сусанин. — Меня укусил второй. Шварц отвлекал меня разговорами, а тот все время держался в тени. К сожалению, я не уследил, как он ко мне подкрался. Его фамилия Купцов. Я держал его за обычного бизнесмена, которого Шварц водит за нос. Скорее всего, так оно и было до поры.
— А где сейчас находится Шварц?
— Он здесь, в нашем мире. Я это чувствую. Он стал другим. Встреча с Носителем Света ни для кого не проходит даром, но он здесь, в этом не может быть никаких сомнений. Устранив этих троих, я непременно бы его нашел.
— Почему вы не устранили их сразу?
— Я не выношу запаха спиртного. Впадаю в оцепенение. И они этим воспользовались.
— Это свойство всех вампиров.
— Не знаю. У меня нет знакомых среди этого племени.
— Господи, — вздохнул Закревский, — пойду сейчас и напьюсь.
— Уж лучше быть алкашом, чем упырем, — поддержал его в похвальном намерении Ираклий Морава.
Для меня этот маниакально настроенный на устранение Шварца вампир был настоящей находкой. С его помошью я мог наконец добраться до эмиссара поклонников Мерлина и получить от него сведения о проснувшемся Люцифере. Ибо, не имея достоверной информации, бросаться в пасть дракона было бы слишком опрометчиво. Макар Ефремович выслушал мое предложение с большим интересом.
— Но ведь вы не позволите мне убить Шварца?
— Разумеется, нет, но зато у вас будет шанс добраться до его хозяина Люцифера и усыпить его уже навсегда.
— Кто он, а кто я, — криво усмехнулся Сусанин — и, видимо, был прав в своих сомнениях.
Тем не менее согласие на сотрудничество он дал, и я предложил Марку развязать ему руки.
— Только не в моей квартире, — подхватился с дивана Шипов. — Увезите его отсюда как можно дальше.
Мы вняли призыву испуганной души и, прихватив с собой связанного вампира, покинули квартиру гостеприимного музыканта. На лестнице нам все-таки пришлось освободить Макара Ефремовича от пут, дабы не привлекать к себе внимание граждан, развлекающихся во дворе.
— А как же я, — догнал нас уже на выходе из подъезда Ираклий Морава, — мне что же, на автобусе до родного дома добираться? Завезли черт знает куда и бросили.
— Садись, — не стал я спорить.
— С вампиром рядом не сяду, — запротестовал Морава, — тем более на заднее сиденье.
Устроившись рядом со мной на сиденье переднем, Ираклий то и дело оглядывался на Макара Ефремовича Сусанина, чем чрезвычайно того нервировал. Похоже, новоявленный вампир пока не привык к своему новому состоянию, и страхи людей по поводу его персоны были ему еще в диковинку.
— Не бойся, не укушу, — бросил он напуганному драматургу.
Ираклий гарантиям вампира не поверил, но дергаться все же перестал. Теперь он сосредоточил внимание на мне. Будучи человеком от природы любопытным, к тому же профессиональным литератором, он не мог равнодушно пройти мимо такого интересного во всех отношениях субъекта, как я. О чем он со свойственной всем драматургам откровенностью заявил мне прямо в лицо.
— Пьесу хочу написать, — сказал он. — «Аленький цветочек» наоборот. В постмодернистском ключе. Вы не могли бы, господин Чарнота, коротко пересказать свою биографию.
— Да бога ради, — пожал я плечами. — Папа мой небезызвестный Аттила, мама колдунья.
— Хотелось бы знать больше подробностей о вашей интимной жизни.
— Ну какая может быть интимная жизнь у зверя апокалипсиса? В основном общался, конечно, с ведьмами. Но случалось и с нимфами. А однажды был даже обласкан птицей Сирин.
— О последнем, пожалуйста, поподробнее, — попросил Ираклий.
— Нет уж, увольте, — наотрез отказался я. — Вы драматург, вам и карты в руки. С ведьмой, правда, познакомить могу.
— А ведьма настоящая, без подделки?
— Поддельных ведьм не держим-с, — отозвался с заднего сиденья Ключевский противным голосом полового из захудалого трактира.
Речь я вел о Верке, как-никак она числилась в близких знакомых господина Шварца. И мне почему-то казалось, что эмиссар поклонников Мерлина должен был навестить ее после возвращения из странствий. Я позвонил Боре Мащенко и спросил у него адрес гражданки Смирновой, которая после развода с мужем поменяла место жительства. Бизнесмен находился в расстроенных чувствах, но просьбу мою уважил.
— А у нас покойник пропал, — поведал мне Боря заветное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
