Хорошо хоть на улице сегодня немного потеплее, ни ветра, ни снега, ни дождя. Но ведь и охотников за бутылками в такую погоду больше будет, выберутся из своих закутов в подвалах да на чердаках. Ну, ничего не поделаешь. Все равно надо идти.
Одевшись потеплее, Карпов отправился в очередной поход. Пятница сегодня, может, побольше гуляющих будет перед выходными-то...
...Он бродил по улицам уже больше часа, а нашел всего одну бутылку. Карпов устал, спина снова невыносимо разболелась, ноги ломило, тянуло шею, палка то и дело норовила вырваться из рук... Усмотрев справа от себя просторный двор с деревьями и лавками, Карпов забрел туда и устроился на отдых. Но сначала огляделся. В дальней части двора стояло несколько темных блестящих машин, но людей не было видно. Ну и хорошо, подумал Карпов, никто ругаться не будет, не прогонит. Мартовское солнышко грело на удивление хорошо. Карпов положил рядом с собой сумку с единственной найденной бутылкой, расстегнул куртку. Немного подумав, снял старый вязаный колпак и аккуратно уложил его на скамью рядом с собой донышком вниз - чтобы проветрился. Устроившись как следует, он расслабился и не заметил, как задремал.
И приснилось ему, что стал он жутко богатым. Как оно произошло Карпов не рассмотрел, видел он во сне только результат. А результат был, конечно, что надо. Вдруг появился в его задрипанной квартирке большой цветной телевизор, а на кухне сам собой возник здоровенный холодильник с двумя дверцами. И когда Карпов во сне этот холодильник открыл - у него аж сердце зашлось. Чего там только не было! Колбаса, копченая курица, сыр, масло, сметана, селедка в банке, сгущенное молоко... даже большой торт в прозрачной коробке! А на полочке дверцы выстроились в ряд четыре бутылки "Столичной". Ахнув, Карпов схватил бутылку, курицу - и совсем было начался для него праздник жизни, да только тут он проснулся. Совсем некстати.
Не открывая глаз, Карпов подумал - да, хорошо живут богатые люди, все-то у них есть! И выпить, и закусить. И не думают они, сволочи, как им прожить день. Пора бы уже гнать демократов к свиньям собачьим, пора снова коммунистов на трон сажать. Уж они-то сразу наведут порядок. У жирных все отберут, отдадут таким, как вот он, бедный Карпов. При коммунистах-то и на пенсию прожить можно было бы. Все цены сразу будут назначаться сверху, квартплата расти перестанет, никаких тебе маршрутных такси, которые по карману одним жуликам, только городской транспорт для всех. Да, при коммунистах все жили одинаково, как горошины в стручке... хорошо было!
Карпов открыл наконец глаза и, почувствовав, что голове стало уж слишком прохладно, потянулся к своему вязаному колпаку. И замер, вытаращив глаза. В колпаке лежала сотенная бумажка.
Нервно оглянувшись по сторонам - не видит ли кто? - Карпов сцапал бумажку и запрятал ее поглубже, во внутренний карман куртки. У него даже руки задрожали от радости и от испуга. А вдруг тот, кто бросил ему сто рублей, сейчас пожалеет об этом и вернется - отбирать? Бежать, бежать отсюда, да поскорее!
Карпов рванул на улицу, но сумку с единственной бутылкой все-таки не забыл. Когда он уже дошел до самых ворот, перед домом остановилось такси и из него выпорхнула дамочка в белой короткой шубке, но без головного убора. Пышные светлые волосы светились на солнце, как золотые. Юбка у дамочки была уж такая короткая, что Карпов головой покачал - не боится же застудиться! Сапоги, правда, высокие, обтягивают тонкие ножки в прозрачных черных колготочках... да, красивая дамочка. Карпов посторонился, решив подождать, пока дамочка проскочит в дом. Не хватало еще, например, угодить в лужу своей палкой да забрызгать мартовской грязью белую шубку!
Девушка, быстро рассчитавшись с водителем, направилась к воротам, но увидела замершего Карпова и, улыбнувшись, небрежно сунула руку в карман и тут же протянула что-то инвалиду. Алексей не сразу понял, что это именно ему что-то предлагают, а дамочке, видно, ждать было некогда, она сунула это "что-то" в наполовину расстегнутую сумку жалкого старика и умчалась.
Еще не зная, что именно очутилось в его сумке, Карпов уже готов был потерять сознание от радости. Понятно же, такая роскошная дамочка ерунду не подаст бедному человеку. Не рубль какой-нибудь, точно. Не меньше десятки, можно не сомневаться. Да рубль-то и звякнул бы об бутылку, что в сумке лежит. Бумажная денежка, бумажная...
Карпов, боясь заглянуть в сумку, но всей душой ощущая сотенную, что лежала в его внутреннем кармане, согревая тощее тело не хуже электрической печки, торопливо проковылял два квартала и повернул на улицу, ведущую к дому. И только скрывшись за углом, остановился и, прислонившись к стене, осторожно заглянул в сумку. Сначала он ничего не увидел, и его пронзила страшная мысль: пошутила дамочка, ничего там нет... но тут его глаза нашарили купюру соблазнительного темного цвета. Карпов ахнул. Не может быть!
Но это и в самом деле оказались пятьсот рублей.
О таком он, конечно же, не мог и мечтать. Это была самая настоящая фантастическая сказка. Посидел на лавочке, подремал - и вот тебе целая пенсия в кармане, почти целая. Чуть-чуть не хватает. Ну и ну...
Ему очень хотелось сразу отправиться в магазин, но в трезвом виде Карпов был человеком на редкость разумным и рассудительным. Вот он и рассудил, что без рюкзачка в магазин идти незачем. Не донести ему покупки без рюкзачка. И он пошел домой, мысленно подсчитывая, чего он накупит на свалившуюся с неба гигантскую сумму. Прежде всего, конечно, две бутылки растительного масла - про запас. Потом макароны, хлеб, само собой, парочку батонов, пожалуй, даже рулет с героином, в смысле с маком... сахар, чая побольше... ну, и чего-нибудь покрепче чая, само собой. Такую удачу необходимо обмыть, это уж как водится.
Надо же, каким он везучим оказался! Кому расскажи - умрут от зависти!
Глава восьмая
Для начала Илона отправилась к киоску "Роспечати". Она слышала, что есть такие газеты, в которых печатаются объявления о разнообразных вакантных местах. Она твердо решила, что докажет Нерадову: умеет она жить как все, умеет! Может работать и зарабатывать, как любой другой человек. И совсем не стремится сидеть у кого-нибудь на шее, и уж в последнюю очередь на шее Толяна, шел бы он ко всем чертям. Это стало для нее вопросом принципа.
Нужные газеты у продавщицы и в самом деле нашлись, и Илона вернулась домой, преисполненная надежд. Усевшись поудобнее возле телефона, она начала просматривать объявления. Но вскоре на ее лице появилось растерянное выражение. Работы оказалось много, даже очень, вот только... Курьер. Реализатор чая. Газосварщик. Ветеринарный врач. Швея-мотористка. Слесарь-сантехник. Продавец кваса. Продавец в молочный киоск. А то и вовсе коротко: "Дев. $". И номер телефона. Но чаще всего встречалось объявление: "Требуется бухгалтер со знанием персонального компьютера". Вот уж не для нее занятие...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
