Из почти четырех десятков человек, прибывших к дому по Набережной реки Мойки, в квартиру поднялись двадцать три человека. Я заставил их разуться в прихожей и сбросить верхнюю одежду там же, после чего построил их в коридоре.
— Вахмистр, назначаетесь старшим. В квартире есть горячая вода. Организуйте помывку и стирку личного состава, кому необходимо — прожарку белья и одежды на кухне. У кого вши — брить наголо все волосы на голове и теле. Мыло в ванной комнате, разделить на всех, чтобы хватило каждому. Стирать все, пока сохнет — можете ходить голыми, мне все равно, но подменная одежда — белье и халаты, лежат стопкой возле ванной. Выбрать кашевара, организовать на кухне готовку каши и чая. Где продукты я покажу и выдам ключ от кладовой. Никому ничего в квартире не брать, если что пропадет — выгоню сразу. Через час, вахмистр, я жду вас в кабинете, будем вызывать всех по одному, составлять списки и определяться, кто на что годен. Все, распределяйте людей.
Имя: Петр Степанович Котов
Раса: Человек
Национальность: русский
Подданство: гражданин Мексиканских Соединенных Штатов
Вероисповедание: православный
Социальный статус: капитан де ла милисиа популяр революсионария де лос Естадос Юнион де Мексико.
Параметры:
Сила: 4
Скорость: 3
Здоровье: 3
Интеллект: 6
Навыки: криминалист, ветеринар, нумизмат, социальный работник, беглец.
Скрытность (3/10)
Ночное зрение (1/10)
Достижения:
Активы: есть почти все для счастья мужчины и попаданца
Пассивы: подлеченный пес породы доберман по кличке Треф, два инвалида войны на содержании, побег из-под стражи.
Фьючерс на устройство судьбы двух десятков инвалидов войны.
Глава 17
Российская Империя. 4–5 марта 1917 года.
Ночь и тишина, данная навек.
Дождь, а может быть падает снег.
Всё равно, бесконечной надеждой согрет,
Я вдали вижу город, которого нет.
И. Корнелюк
За окном ночь. Из-за дверей, ведущих в многочисленные комнаты просторной квартиры, доносится дружный храп уставших бойцов. На, натянутых как струны, верёвках, под высоким потолком кухни, коридора и ванной комнаты, сушиться штопаное-перештопанное, но отстиранное и прожаренное исподнее и одежда инвалидов. Я сижу в кабинете, очередной раз рассматривая списки личного состава, прикидывая, кого и к какому делу приставить. Однако, всех дел не переделаешь, пора ложиться спать. Осталось только проверить, всё ли в порядке и можно будет отдохнуть. Завтра в девять часов утра построение подопечных, на котором я должен присутствовать. Я отодвигаю скрипнувший стул и, прихватив с собой «маузер», иду к двери в коридор. Из-за дивана, беззвучной тенью, поднимается Треф. Объяснимо, но он не любит людей, одетых в солдатскую форму и являеться отличным сторожем для меня. Стоит кому-либо из ветеранов пройти мимо кабинета, доберман начинает глухо рычать и скалить зубы. Когда я покидаю свое пристанище, недоверчивый пёс предпочитает идти вместе со мной. Мимо застеклённой двери комнаты, в которой я продолжал работать, проскользнула фигура в накинутой серой шинели. Очередной страдалец среди ночи ходил курить. Почему страдалец? Объясняю. Через пятнадцать минут после заселения личного состава в квартиру, произошёл небольшой скандал. Мной были обнаружены, счастливые от улучшения жилищных условий, инвалиды, деловито скручивающий толстые самокрутки, рассевшись худыми солдатскими жопами на, оббитом атласной тканью, шикарном диване в гостиной.
Мрачно взглянув на, слюнящего высунутым языком краешек бумаги, солдата, я гаркнул на всю квартиру:
— Хорош курить, всем в коридоре строится.
Через пару минут личный состав выстроился в длинном, узком проходе, позволив себе недовольно шушукаться в строю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я замер перед строем, обвел запоминиющим взглядом недовольные лица инвалидов.
— Забыл перед заселением объявить, теперь довожу до вас всех. Запомните, в квартире не курить, книги, блокноты и другую бумагу на цигарки не рвать…
- Может быть, нам вообще не курить! — прерывая мое выступление, раздался чей-то сиплый голос со второго ряда.
— Кто сказал?
- Старший фейерверкер Гончаренко.
— Гончаренко, объявляю вам наряд. Вахмистр, проследите, чтобы после окончания помывки и стирки, Гончаренко произвел тщательную уборку в ванной комнате.
— Слушаюсь.
— Отвечаю на вопрос нарушители дисциплины Гончаренко. Да, лучше бы было, чтобы вы вообще не курили. Знаете, на что похожи ваши лёгкие? Загляните в поддувало печи — совпадение будет полным. Зола, сажа и угли. Курением вы убиваете себя, каждый из вас, кто смолит махорку, сокращает свою жизнь на пять или десять лет.
— Господин капитан, разрешите вопрос?
— Чуть позже. Продолжаю. Если хотите травиться, то в качестве бумаги на самокрутки, можете брать старые газеты, которые будут лежать на подоконникеи кухни. Место курения — лестница чёрного хода, площадка между вторым и третьим этажом, у открытого окошка. Теперь давайте ваши вопросы.и
— Я читал в газете, какой-то профессор рассказывал газетчикам, что хороший табак является укрепляющим здоровье средством, а также лекарством, например, при чахотке.
— Представьтесь боец. — мне стало смешно.
- Стрелок Стрелковой бригады Убий-Волк.
- Это очень хорошо, товарищ боец, что вы газеты читаете. Скажите нам, профессор называл газетчикам особо полезные для организма папиросы?
- Так точно. Рассказал, что особенно полезна для организма продукция фабрики «Дукат».
- Так вот, дорогие товарищи. Этот профессор обычная продажная сволочь — бойцы глухо зашумели: — и вы, как будущие сотрудники народной милиции должны это ясно понимать. Владельцы фабрики «Дукат» дали профессору денег, то есть подкупили его, чтобы он сказал, что табак именно этой фабрики является полезным. Кроме того, владельцы фабрики дали денег ещё и владельцу газеты, чтобы он поместил эту статью не в разделе реклама, а в разделе, например, «Новости науки» или «Учёные говорят». Если в рекламу читатели не особо верит, то прочитав мнение уважаемого профессора, они пойдут покупать в лавке именно табак или папиросы фабрики «Дукат». Значит, владельцы фабрики получат ещё больше денег, гораздо больше, чем было выплачено продажному профессору и газетчикам. Хочу вам сказать, что любой грамотный доктор прекрасно знает разницу между легкими курильщика и некурящего человека. На этом всё. Если вопросов ко мне нет, разойтись.
Через десять минут в кабинет сунулся вахмистр и доложил, что одиниз инвалидов заявил, что в гробу он видел эту дисциплину и покинул наши ряды
Я, с трудом, но смог пережить эту потерю.
И вот мы с Трефом идём на кухню, где у меня выставлен вооружённый дневальный. Возражения вахмистра отмел, объявив свое решение самодурством. Дневальный, к моему облегчению, не спал. Хихикая, он листал страницы иллюстрированного медицинского справочника, с изображением денских и мужских репродуктивных органов. Под единственной, левой рукой, воина лежал мой револьвер «Смит — Вессон». Увидев меня и Трефа, боец попытался встать, но был остановлен моим жестом.
- Кто-нибудь на лестнице есть?
- Да кто там может быть, ночь на дворе господин капитан — успокаивающе махнул рукой солдат.
- Два дня назад немецкие шпионы, которые здесь жили до тебя, тоже считали, что на лестнице никого не может быть, и вообще, что может случиться — белый день на дворе стоит. Но, за дверью случился я и они все умерли. И ни одна сволочь со всего дома, хотя выстрелы слышали все, не пришла узнать, может быть, что-то случилось? Может быть, кому-то нужна помощь? Поэтому, будь внимательней, не подведи своих спящих товарищей. Боец, сделав всё понимающее лицо, осторожно покивал головой, а я пошёл спать. Этот длинный день для меня всё-таки закончился.
