приемную мать.
Том аж встал от таких судьбоносных перемен. А ведь действительно, чего тянуть и останавливаться на половине пути? Для Дамблдора, даже если он будет копать, решение миссис Коул покажется вполне обыденным. Мы уже считаемся своеобразными гениями, от повышенного внимания спасает только плохая репутация и постоянный пригляд администрации.
А свой дом – это удобно. Про него мало кто будет знать, ведь числиться он будет на миссис Коул, а фамилии менять мы не станем. Деньги на него тоже дадим мы. Потом тщательно окружить всевозможными чарами, превратив в собственное «Гриммо 12». А ещё посадив охрану, наподобие Мерзости.
- Ты чёртов гений, Вольф! – Том закидывает руку мне на плечо, начав шутливо душить, - не терпится уже начать осуществлять этот план! – вырываюсь из захвата, разглаживая одежду:
- Вначале эксперименты с Шейдером, друг, потом – остальное.
- Да-да, - мысли Реддла уже далеко, в его мечте. Хмыкаю.
В следующие пару дней следим за подопытным, периодически читая его мысли. Он посчитал, что мы тренируем «страшный взгляд», так что я лишь укрепил эту мысль на следующем «сеансе». Закинул обычную бумажку с коротким текстом «Вольфганг и Томас хотят быть самыми крутыми в приюте. Они тренируют на мне свой серьёзный взгляд». Потом убрал пару бумажек с его собственными мыслями, что «это странно».
Сам Джонни побежал к миссис Коул прямо в день поставки закладки. В его мыслях мы просмотрели этот отрезок памяти, где он не останавливаясь жаловался на свою жизнь, пока миссис Коул разбивала все его аргументы, от половины же просто отмахивалась. Чего и следовало ожидать.
Когда в мыслях Шейдера чётко проступило желание сходить на прием к директрисе повторно, то решили не плодить подозрения на пустом месте и снять эту закладку. Взамен поставив что-то менее мощное, но нацеленное на то действие, что будет кардинально противоречить его сути.
Проверку обычно проводили в столовой, читая мысли парня на расстоянии, пока поглощали типичную не перевариваемую бурду. Там же, после обеда, отловив его, отправили в свою комнату, под конвоем. Он по прежнему боялся других, включая нас, хоть мы его и не били. Вот и уже знакомая комната, Том вытаскивает стул, куда усаживает Джонни, я же, тем временем, уже размещаюсь напротив. Легилименция.
Закладка сопротивлялась. Хорошо же я впрессовал её в стол! А за эти два дня она вросла ещё сильнее. Теперь выдирается лишь с кусками дерева. Видимо это уже как-то должно отразиться на ментальном состоянии Шейдера. Или стол это все же не мысли, а просто некая вещь для удобства? Посмотрим. Чувствую, что мне проще поменять в закладке условия, чем полностью её уничтожать, но тогда она продолжит оставаться сильной навязчивой мыслью, обернется манией. Мда, пока мне такого не нужно. Значит вырываю.
По итогу устранения закладки, имеем раскуроченную крышку стола, с огромной дырой на месте закладки. Следующую ставлю иначе. Создаю картонный лист, но без ламинирования, на этот раз. На листе пишу: «Мне надоело терпеть! Надо набить морду Сэму Толмену!».
Старина Сэм не оставляет попытки самоутверждения на более слабых. И если тогда с Томом, еще до нашего с ним общения, это закончилось падением с лестницы, благо, что его, по счастливой случайности, поймал наш дворник-сторож-на все руки мастер, мистер Хант, и это прочистило парню мозги по отношению к Реддлу, то вот с остальными... О, с остальными он не был так отходчив.
Картонку бросаю в кучу листов-мыслей. Замечаю пару новых, касающихся нас с Томом, ликвидирую их. Там были идеи, что можно попробовать подружиться с нами, чтобы мы его защищали. Также смесь его собственных предположений, совместно с ликвидированной закладкой, что нужно настучать про нас миссис Коул.
Выхожу из сознания отщепенца. Том привычно сменяет меня, рассматривая работу. Замечаю, как Том бросает в его мыслях пару обычных исписанных листов, потом рассматривает мою закладку и разбитый стол.
- Как понимаю, вытащить по другому было нельзя? – уточняет он, закончив с Джонни.
- Верно. Была идея, попробовать восстановить стол, но по итогу захотелось посмотреть, что произойдет с ним, в таком состоянии.
- Ну, - хмыкает Реддл, - на первый взгляд с ним всё нормально.
- Посмотрим, - улыбаюсь я, махнув на прощанье рукой Шейдеру.
В этот раз нам пришлось ждать целых три дня. Это время ушло на сопротивление Джонни закладке. Мы больше ничего не меняли в его мозгах, лишь контролируя уже текущее. Даже не «чистили» его сознание, которое начало всё больше и больше проникаться навязанным желанием.
Вот он огрызается, когда его опять унижают, вот сопротивляется, когда бьют. Раньше он и этого не делал. Интересно. Это от закладки или поломанного стола?
На третий день он вышел во двор, подобрал камень, размером с кулак, подошёл к Сэму – одному из своих главных обидчиков, который стоял с парой своих дружков и смачно влепил этим камнем ему по челюсти, раскурочив ту в кашу.
Лично меня повеселила реакция дружков Толмена – они не стали как-то помогать ему или набрасываться на Джонни. Они убежали. И я сомневаюсь, что за помощью или сообщить кому-то из сотрудников приюта.
Сам Джонни был в шоке, от того, что сделал. Он стоял в ступоре, пока Сэм выл, закатывая глаза и валяясь на земле. Вот с криком: «Что творишь, ублюдок!», к Джонни подбежала Синтия – одна из новых лидеров приюта, после «пропажи» бандитской тройки. Изначально она контролировала лишь женскую часть, но сейчас пытается подмять под себя всё. Как лидер она была спокойнее, но по незнанию перешла черту, когда девки решили «показать власть», обворовав половину комнат приюта и избив недовольных. Это сошло бы им с рук, если бы от воровства не пострадал я с Томом.
Синтия толкает Джонни – тот как-то привычно и даже расслабленно падает на колени, выхватывает у него из рук камень, откидывая окровавленный булыжник в сторону. За Синтией подбегает Оливия – её слегка темноватая подружка, отвешивая смачную пощечину Шейдеру.
Вдвоем они поднимают голосящего Сэма, буквально на себя таща его в лазарет.
Том довольно улыбается, скрестив руки на груди:
- Всё получилось. Теперь нужно обработать наши цели, а потом…
- Да, - соглашаюсь с ним, - потом приступим к «захвату власти», - улыбаюсь.
- Ненасильственный захват власти, - повторяет Реддл, - что-то есть в этом такое, - он щелкает пальцами, - будоражащее!
Усмехаюсь на его заявление. Так и хочется скинуть ему канон, спросив, что он об этом думает.
Глава
