рано мне ещё о таком думать. «В ближайшие пять лет – точно», - отсмеявшись, произнес он.
Тем не менее, обезопасив себя, мы находились среди заразы. На следующий день уже была первая жертва – четырехлетняя девочка – Элизабет Карпен. Первая, но не единственная. Её труп вытащили из комнаты у всех на глазах. Рты и носы рабочих были затянуты платками. Кто-то плакал, глядя на эту сцену. Однако к обеду это событие уже как-то поблекло. Тут у каждого свои проблемы, нет времени переживать за других.
За приемом пищи – нам, мне и Тому, стали давать более качественную и вкусную еду, там же я решил не просто привычно обновить слабенькие закладки, «причесать» мысли и подобную рутину, а ещё и проверить «старого друга» - Джонни Шейдера.
Джонни привычно сидел в своем углу. Вот только проверка памяти показала неплохие изменения. Его, кстати, не так уж и сильно наказали, что ещё раз доказывает, что персоналу о его травле было прекрасно известно. Он провел три дня в карцере и отхватил розг. В то время как Сэм был переведен в городскую больницу. Насколько я слышал, челюсть ему так и не собрали, так что питается через трубочку. Через месяц-два его переведут обратно. Что он будет делать, став уродом? Может и с катушки слететь, надо будет проконтролировать его мысли.
Джонни же стал довольно агрессивным. Закладка на «хватит терпеть» обросла мясом, частично изменившись, после пропажи Толмена. Теперь он стал давать сдачи своим обидчикам, не смотря ни на что. Читаю в памяти, как его зажали трое парней, но по итогу огребли как бы не сильнее, чем сам Шейдер. К нему стали намного меньше лезть, а те, кто всё же продолжил, теперь делали это лишь группами. С ним стали больше общаться, на нормальные темы, даже приглашать в какие-то группы. Вот только ментальная ломка не прошла бесследно. Он стал глупее и забывчивее. Он мог напасть на того, кто ничего ему не сделал или на того, кто просто с ним заговорил, считая, что его оскорбили. Как-то восстанавливать повреждения я не спешил, хоть и проверял успешность этого действия. Нужно посмотреть, до чего доведет его это поведение, что ещё изменится в сознании подопытной крысы. Более внимательно прохожусь по мыслям, кидаю больше закладок, в виде простой бумаги.
Так и проходили наши дни. Незаметно пролетел целый месяц. Однако эпидемия не думала кончаться, наоборот, казалось, что лишь усилилась. Было ещё трое погибших. Двое из них – маленькие дети, один – уже подросток, в районе четырнадцати лет.
Мы же, не забывая принимать витамины и, время от времени, по профилактической таблетке, всё же выходили на улицу. Тренироваться было нужно, как и выплескивать излишнюю магию, которой с каждым разом становилось всё больше и больше. Интересно, как долго нам нужно будет еще выводить из себя эти излишки? Вроде как «детские выбросы» заканчивались к началу учебы в Хогвартсе, нет? В общем, лет до двенадцати-тринадцати, - прикидываю я. В школе то уже не до выбросов будет, там колдовать надо почти каждый день.
Задумавшись, отвлекаюсь, не следя за периметром – ведь приют у нас под колпаком, нет? Нет. Бросок камня пробивает мой бок, роняя на землю. Реддл тут же поворачивается к обидчику – одному из новеньких, что злобно смотрит на нас, готовясь кинуть второй камень, уже в Тома.
Само собой, у него не получается. Реддл сбивает «волной» его с ног. Я же тем временем использую свою целительную силу, напитывая бок. Перелома не чувствую, но мышцы пробило только так, может и трещина в кости. Шиплю от боли не хуже Реддла, который общается с Шайсой.
Тем временем Том вбивает парня в землю, попеременно используя магию и кулаки. Слегка залечив бок, наконец оглядываюсь по сторонам – чисто. Или нет? В окно приюта, рядом с которым и произошло нападение, замечаю мелькнувшую блондинистую голову. Нужно полазить в головах на ужине и убрать лишнее воспоминание. Новые слухи нам не нужны.
- Хватит тебе, - наконец закончив с лечением, встаю на ноги и магией привожу форму в порядок. Реддл косится на меня, осматривая на предмет травм, - может я тоже хочу, - усмехаюсь, - пока ты не забил его насмерть.
Том сплевывает, - этот кретин решил нам отомстить. Посчитал, что именно мы принесли в приют заразу, так как выходим на улицу. У него брат заболел, валяется сейчас в комнате, с жаром.
- Понятно, - приседаю на корточки, рядом с тяжело дышащим парнем. У него разбит нос, губы. Во рту не хватает зубов. Одежда порвалась и измазалась в крови. На теле замечаю наливающиеся гематомы. Реддл не жалел его, вбивая как следует.
Заглядываю в мысли пацана. Всё как и говорил Том. Что же теперь делать?
- Закладки ещё не полностью встали, вот сильная эмоция и пробила их, - качаю головой, - можно поставить что-то жесткое, но мне такой болванчик не нужен, - а ещё Дамблдор. Чем больше людей будет под сильными и заметными закладками, тем выше шанс на то, что он это заметит.
- Потому что он не девчонка? - ухмыляется Реддл.
- Потому что он бесполезный мусор, - зеркалю его ухмылку я. – Толку тогда от него? Разве что… поставить непробиваемые закладки, а потом пусть помирает от лихорадки.
- Ты что, научился контролировать болезни? - скептично смотрит Том.
- К сожалению пока нет. Но у него ведь брат болеет? Отправим его к нему, а там, в одной комнате с заразным больным – это лишь вопрос времени. Никто не удивится, если заболеет и он. А дальше... нужно всего лишь позаботиться, чтобы он точно уехал в страну розовых пони.
- Иногда твои афоризмы заводят меня в тупик, - буркнул Том, потроша мозг парня, чьего имени я даже не знаю. Да и нужно ли оно мне?
- Кое что ты всё же верно сказал, Том, - прогоняю через себя магию, проверяя, насколько хорошо зажило тело, - надо учиться лечить болезни.
- Пока не советую, - Том поворачивает голову, ловит взгляд и отправляет мне ментальный пакет. Так, что тут у нас?
Ага, в принципе согласен. Том считает, что риск заболеть не стоит того, чтобы пробовать исцелять больных сейчас. Вот в будущем, когда мы будем более сильны, можно специально прикупить или создать для себя отдельный костюм, чтобы заразные микробы не попали в тело целителя. И заниматься лечением в нем, пока не
