скрыть своего недоумения. Кто-то испуганно переглядывался, кто-то хранил молчаливую отстранённость, а кто-то, наоборот, приветливо улыбался. Но все до одного глазели в нашу с Элиасом сторону, хоть и не положено (как мне казалось).
— Идём, я тебе всё покажу.
Муж повёл меня наверх, то и дело оглядываясь на снующих туда-сюда слуг. Глядя на это мне стало немного неуютно.
— И нам теперь всегда придётся видеть рядом с собой столько людей?
Тем более их взгляды были далеки от дружелюбных. Скорее напоминали у кого-то надменные у кого-то скорбные маски.
— Нет, но не переживай, доступ к господскому этажу есть у немногих.
— А что значит, я выберу себе спальню? — новый вопрос взволновал меня с новой силой. — Неужели нас разделят на ночь?
Эл шире улыбнулся и склонился к моему ушку, тихонько прошептал:
— Я бы на самом деле тоже настаивал, чтобы мы жили вместе. Но правила приличия требуют, чтобы у леди была своя спальня.
Повела плечом из-за дразнящего дыхания супруга и не смогла скрыть своего разочарования.
— Но хотя бы спать ночью мы можем в одной комнате?
Дело в том, что тепло его тела и мерное дыхание неплохо так убаюкивало и мне очень нравилось лежать в его объятьях.
— Этого нам никто не запретит.
— Тогда я выберу спальню, ближайшую к твоей.
Ну вот, поздравила себя с новой проблемой, только прибыла в замок, а уже пытаюсь диктовать условия.
— Давай посмотрим, что можно тебе предложить, — Элиас задумчиво пожал плечами. — Комнатки там узкие, для слуг, но есть одна чуть дальше по коридору. Вот только она принадлежала Ситэлии…
— Нет, жить там я не хочу.
— Тогда мне ничего не остаётся, кроме как найти две гостевые спальни рядом друг с другом и сделать их нашими. И кажется, припоминаю, есть такие… Так, только сейчас позову слуг, нас проводят.
Глава 18
Едва мы вошли в спальню, Элиас спешно закрыл дверь и сграбастал меня в объятья.
— Всё же хорошо? — спросил он с надеждой в голове.
— Я… я не знаю…
— Мы же не ошиблись? — муж поцеловал меня в губы. Его пальцы скользнули по моей шее. Другой рукой он прижал меня к себе и прислонился к двери, наверняка сделал так, чтобы никто другой нас не побеспокоил.
— Мне тоже больше нравилось наше уединение, — выдохнул он, едва оторвался от моих губ.
Выровняла дыхание и подавила в себе порыв встать на носочки и заставить супруга продолжить начатое.
— Но здесь же мы в безопасности?
Эл усмехнулся. Никогда ранее не видела на его лице подобное выражение. Огорчение и злость.
— Если бы я знал… если бы я знал…
Всё! Не время для хандры, мне тоже есть о чём переживать!
Но вслух я этого не сказала, встала на носочки и всё-таки позволила себе сделать так, как хотела поступить немногим ранее. Я сама его поцеловала и призывно прильнула к нему телом.
— Тогда нам ничего не остается, кроме как плыть по течению и мастерски управлять парусами, не так ли?
Элиас по-доброму улыбнулся. Щемящее чувство нежности к этому человеку до слёз из глаз переполнило всё моё тело. Жаль, я не доставала до его губ. Поэтому пришлось просить прямо:
— А сейчас нам только и остаётся радоваться передышке, Элиас. Прошу… поцелуй меня как тогда, когда мы читали книгу у нас в спальне…
Взгляд рыцаря потемнел, улыбка стала напряжённой. Муж бегло окинул комнату и затравленно выдохнул.
— Нет, не здесь. Идём в мою спальню. Поисками займёмся позже. Я отошлю слуг.
Всё это он говорил, уводя меня по коридору в другую часть донжона. И чтобы сократить путь, воспользовался тайным переходом, нырнул за гобелен, позади которого скрывался узкий проём даже не закрытый дверью.
Так я и узнала о наличии секретных ходов по всему замку. А несколько минут спустя Элиас открыл дверь спальни, с виду чистой и убранной, плотно заперся и задвинул деревянный засов.
— Вот теперь, Иоланда… позволь спросить, я правильно тебя понял, что ты хочешь повторить нашу брачную ночь?
Румянец выступил на его щеках. У меня тоже, но я не отступала и тихонько ему ответила:
— Столько волнений за один лишь день, мне просто жизненно необходимо почувствовать тепло… — я замолчала, приводя мысли в порядок, ибо смущение мешало подбирать слова, — … твоих объятий, и кажется, этого будет мало…
Как хорошо, что большего говорить не пришлось. И как хорошо, что Эл меня понял. Он поднял меня на руки и со счастливой улыбкой на устах отправился в сторону кровати, чтобы уже там приступить к тому, о чём я попросила.
Никогда бы не думала, что буду первая говорить о таком. Но иной раз его излишнее благородство было небольшой помехой огромному счастью. Эмоции били через край, я стискивала зубы, чтобы не кричать. А супруг охотно исполнял свой долг и тоже получал удовольствие.
Но как жаль, что рано или поздно, нам приходится выплывать на поверхность сознания и снова окунаться в реальность, изобилующую новыми неприятностями, которые лишь остаётся напряжённо дожиться и думать наперёд, как с ними справиться.
— Ты — чудо.
Элиас погладил меня по плечу, когда я обняла его, устроившись рядом после всего.
— Как жаль, что я не встретила тебя несколько лет назад, — выдохнула то, что было на душе. И тотчас испугалась, услышав уточняющий вопрос:
— Почему?
Пришлось, кривя душой, соврать.
— Потому что тогда ещё не было бы той истории с Ситэлией.
— Но знаешь, всё к лучшему, — не согласился Эл. — Я встретил тебя и полюбил. А если бы был прежним, не знаю, смог бы заметить тебя за пеленой других мыслей… Я тогда сторонился девиц, потому что видел в них охотниц за высоким положением в обществе и это мне претило до тошнотворных спазмов.
— Я никогда не гонялась за деньгами, — пожала плечами. Маленькая подсказка из воспоминаний кольнула внутри. Золотые украшения на моей шее, в ушах и перстни на пальцах. Плод ли моего воображения? Или я действительно была богата в той жизни, которую забыла?
— Не нужно мне ничего доказывать, — супруг потянул носом у самой моей макушки. А я снова смутилась:
— Ой, не делай так!
— Мм-м?
— Я же пахну…
— Бесподобный запах, непередаваемый… — И в
