замер, переводя взгляд на оставшегося противника.
С нечеловеческой быстротой он рванул прямо в ауру Соколова. Время будто замедлилось.
Иван Михайлович видел, как раскрылась грудная пластина врага, обнажая не человеческое тело, а черный баллон. И так как никто больше из бойцов ЦСБ не пострадал, великий княжич Выборгский успел понять, что находится внутри вражеского тела.
Газ, убивающий только одаренных.
Баллон лопнул под давлением ауры Соколова. Иван Михайлович видел, как в воздух брызнула мутная жидкость, быстро испаряющаяся. Несущая смерть.
Соколов бросил себе под ноги технику, и она отшвырнула великого княжича назад. Ивана Михайловича закрутило в воздухе, и он рухнул на крышу машины рода на другом конце поля своей ауры.
Жар переместился вслед за ним. Иван Михайлович тут же погасил покров, сосредоточившись лишь на том, чтобы выжечь все рядом с собой.
Впервые в жизни он ощутил, насколько близко оказался к гибели. Но не поддался панике, а поднялся на ноги, не прекращая вращать вокруг себя поле огня. До тех пор, пока не затрещали волосы и не вспыхнула униформа второкурсника.
Лишь ощутив, что выложился на полную, великий княжич Выборгский развеял технику и открыл глаза.
От машины охраны не осталось и следа. Полотно дороги растаяло и испарилось.
И люди царя осторожно приближались к тому месту, где покончил с собой самоубийца, несший в себе баллон с газом.
— Иван Михайлович! Иван Михайлович!
Не сразу, но Соколов понял, что обращаются к нему. Обернувшись на голос, великий княжич медленно кивнул слуге рода.
— Я цел, — опаленным горлом прохрипел он. — Я цел.
И только теперь, оценив ситуацию, Иван Михайлович смог рухнуть от бессилия.
Глава 15
Особняк наследника Уральского княжества. Княжич Романов Дмитрий Алексеевич .
Я досмотрел запись нападения до момента, когда на место боя прибыла машина с подполковником Ворошиловым. Великого княжича Выборгского к этому времени, как и его людей, давно и след простыл. Сотрудники ЦСБ были заняты сбором улик и опросами свидетелей.
Остановив воспроизведение, я несколько минут смотрел на замершую картинку. Ситуация вырисовывалась крайне неприятная.
Нет, судьба Ивана Михайловича в данный момент меня мало волновала. Соколов отбился от этой атаки, и вряд ли его отец допустит новое покушение. А вот к моим проектам теперь могут возникнуть вопросы.
Даже тот факт, что я прибрал к рукам обнаруженного Петром Глебовичем киборга, отныне играет против меня.
Я предоставил Милославским «Оракул», который должен был позволять обнаруживать любых врагов, как только они пересекают границу. Этого не произошло. Я пообещал государю сделать суперсолдат, заявив, что аналогов в мире их нет. И теперь появились эти киборги. Я уничтожал газ Измайлова, и новые баллоны с ним возникли, как только понадобилось устранить сильного одаренного.
Конечно, все это можно оспорить — записи-то свои я не удалял. Разумеется, хотя большинство материала не представляет собой интереса, если показать государю то, что не предназначено для посторонних глаз, Михаил II меня оправдает. Допрашивать же княжича Романова не имеет права ни один специалист, кроме самого царь. Вот только после того, как я продемонстрирую эти записи, я попаду в настоящую зависимость от настроения Михаила II.
У меня нет секретов от своих людей. Но у этих людей, окружающих меня, есть свои тайны. И если государь потребует все показать, эти тайны всплывут моментально. Князья Романовы и Демидовы могут попасть в немилость, если Михаилу II что-то в их речах не понравится. А признание Ивана Михайловича в день, когда он пришел просить помощи?
Царь обязательно этим воспользуется. Либо сам, либо заставит меня вернуться в Москву, чтобы не сработал какой-нибудь компромат на людей из моего окружения.
Поднявшись из-за стола, я прошелся по своему кабинету, пока не остановился у окна, выходящего на полигон. За окном уже стоял полдень, солнце светило в глаза, заставляя щуриться.
Часть отряда охраны, приставленного ко мне князем Демидовым, разминалась на заднем дворе моего особняка. Последив немного за тем, как бойцы отрабатывают приемы, я прикрыл глаза на мгновение, переводя дыхание.
Единственный способ выкрутиться из сложившейся неприглядной ситуации — найти настоящего виновника. А для этого нужна холодная голова.
— Василий Васильевич, — нажав на кнопку селектора, произнес я.
— Слушаю, Дмитрий Алексеевич, — отозвался мой управляющий.
— Пусть мне подадут кофе, — распорядился я. — И отмените все мои дела на сегодня. Руслану Александровичу передайте дословно: я знаю, уже решаю проблему.
Василий Васильевич никак не отреагировал на столь необычный приказ. Уверен, князь Демидов не раз велел нечто подобное. Да и не дело слуги — переспрашивать и уточнять, он обязан исполнить в точности, что приказано.
— Ваш кофе будет готов через три минуты, Дмитрий Алексеевич, — доложил мне управляющий. — Но вынужден напомнить, что вам следует завести собственного секретаря.
Да, эта должность оставалась вакантной. Я, конечно, не думал о том, чтобы вернуть к себе Кристину, так как работать секретарем для боярыни — это слишком низко. Она может возглавлять мою компанию, руководить на любой должности. Но секретарь — слишком низкая профессия.
— Василий Васильевич, я доверяю вашему опыту, — произнес я после секундной задержки. — Если потребуется — поговорите с князем Демидовым.
— Будет исполнено, Дмитрий Алексеевич, — отозвался он, и я прервал разговор.
Итак, начнем с самой простой задачи. Отследим путешествие грузовика с киборгами по Москве. Не из воздуха же он появился, а значит, оставил следы.
По сравнению с тем, как я выслеживал похитителей Ксении Алексеевны, сейчас все отнимало считаные секунды. «Оракул» просеивал записи с камер наблюдения, прокладывал путь машины через столицу, отмечая его на карте красной извилистой линией. А попутно отслеживал данные самого автомобиля — ЦСБ записало серийный номер двигателя, и я тут же получил всю необходимую информацию по бывшим владельцам.
Бахтияр Ахмедов, царский человек сорока двух лет, числился одновременно и последним обладателем грузовика, и в то же время — пропавшим без вести три года назад. Судя по документам заведенного полицией дела, пропал Бахтияр вместе с машиной, уехав на очередной рейс из Читы в Хабаровск.
Пока я читал досье, «Оракул» закончил восстанавливать маршрут машины.
В этот момент в дверь осторожно постучались.
— Ваш кофе, Дмитрий Алексеевич, — доложила служанка.
— Входи, — разрешил я.
И пока девушка в униформе ставила напиток на стол, я проверял историю складов в Подольске, откуда и выехал автомобиль.
Когда дверь за служанкой закрылась, у меня на руках было видео прибытия отряда солдат. Точнее сказать, на записи
