Я скрестила ноги и принялась рассматривать свои руки. Со мной никто не заговаривал, но это нормально. Со мной скучно. Я не умею поддержать разговор. Боюсь сказать что-нибудь не то. Я всегда была такой и давно усвоила, что лучше промолчать, чем ляпнуть какую-нибудь глупость.
Легко оставаться незамеченной, если на тебя не смотрит постоянно парень с такой внешностью, как у Гранта Картера. Я не могла понять, почему он так делает. Это сводило меня с ума. Я понимала, почему он расстроен. Если всегда ведешь себя тихо, люди вокруг перестают тебя замечать, они говорят при тебе вещи, о которых ты не должна бы знать. Я несколько раз слышала, как Нэн разговаривала с Грантом по телефону. Еще я знала: каким бы симпатичным парнем ни был Раш, его сводный брат совсем не такой. Любой, кто встречается с такой девушкой, как Нэн, должен быть таким же испорченным, как она.
Если бы только он не был так чертовски сексуален. К этому я забыла морально подготовиться. Нэн была эффектной красоткой, и хотя была при этом злобной сучкой, мужчины все равно на нее западали. Все парни, с которыми она встречалась, были настоящими красавцами. И Грант тоже. Он очень красив. Даже длинные волосы, которые он убирал за уши, казались мне красивыми. А эти голубые глаза… Они пронзали меня насквозь.
Стоило ему произнести пару слов, и я потеряла дар речи. Впрочем, это было обычным делом. Я часто не знала, что сказать.
Рядом со мной кто-то пододвинул стул. Я подняла глаза и увидела, что Грант сел почти вплотную ко мне. Плохо. Очень плохо. Чего он хочет?
– Извини за вчерашнее, – сказал он.
Я вся напряглась и заставила себя кивнуть.
Ладно, значит, ему тоже неловко за свое поведение. Это хорошо. А теперь ему лучше бы уйти и перестать на меня глазеть.
– Давай же, Харлоу, скажи что-нибудь. Подари мне больше чем простой кивок, – попросил Грант.
Мне показалось, что он раздражен. Только я не понимала, почему его раздражаю. Я ведь старалась держаться от него подальше и не реагировать на его взгляды. Даже на свадьбе он умудрился отыскать меня в толпе гостей и буквально не сводил с меня глаз.
– Ты со всеми не разговариваешь или только со мной? Я не заметил, чтобы ты с кем-то тут болтала.
Пусть даже он мне не нравился, и уж конечно не нравился тип женщин, которым он отдавал предпочтение, я все-таки не хотела, чтобы он принимал меня за идиотку. Он мог рассказать обо мне Нэн, а уж она нашла бы повод в очередной раз надо мной посмеяться.
– Я чувствую себя некомфортно, когда вокруг много людей, – объяснила я.
Мне показалось, что, когда я заговорила, он немного расслабился.
– Да, толпа тут собралась приличная. Я тебя понимаю.
Я заставила себя улыбнуться. Улыбка получилась не очень, но на большее я тогда была неспособна. Да никогда и не умела притворяться.
– Я тебе не нравлюсь, да?
Он еще и наблюдательным оказался.
Я могла солгать из вежливости. Бабушка учила меня, что, когда не можешь сказать человеку что-то приятное, лучше промолчать.
– Мне не нравится Нэн, – честно ответила я.
Это было невежливо, но это была правда.
Грант, вместо того чтобы начать защищать Нэн, рассмеялся. Даже не рассмеялся, а громко расхохотался, словно я отмочила какую-то безумно смешную шутку. Я смотрела на него и начинала ненавидеть еще больше, потому что он был привлекательным, даже когда смеялся. Ужасно несправедливо. Даже думать не хотелось о том, что хоть что-то в нем может привлекать.
– Извини, – сказал Грант и вытер набежавшие слезы, – но я ожидал, что твой сладкий ротик произнесет совсем другие слова. Черт, это было смешно.
Я совсем не считала, что это смешно. Неужели он решил, будто я шучу?
– Думаю, красавица, тут ты не одинока. Большинство с тобой согласится. Особенно обслуживающий персонал на этой свадьбе.
Я не стала отвечать. Нэн определенно ему нравилась.
– Раз уж ты не собираешься уточнять, я предположу, что ты не разговариваешь со мной, поскольку я встречался с Нэн, а она тебе не нравится.
Я пожала плечами. Не совсем. Было кое-что еще. Если я скажу об этом, то снова выставлю себя грубиянкой. Но с другой стороны, мне надо было выбирать: либо он решит, что я грубиянка, либо что я бессловесная дура. Я не хотела, чтобы он смеялся надо мной, когда встретится с Нэн. Я и так от нее достаточно натерпелась.
– Любой, кто встречается с Нэн, не может оправдать свой выбор и не имеет качеств, которые могли бы вызвать у меня интерес. Я не трачу время на разговоры с тем, с кем больше никогда не заговорю.
Это вышло резче, чем я хотела бы. Черт, но зато честно.
Грант поморщился. Я вела себя как стерва. Обвиняла Нэн в том, что она такая, а сама поступила ничем не лучше.
– Послушай, я не совсем правильно выразилась. Извини. Я только хотела сказать, что Нэн мне не нравится. Вот и все. Я вообще не понимаю, как кто-то добровольно может терпеть ее. За исключением родственников, конечно. А ты не только терпел ее, ты с ней встречался. Из этого следует, что мы никогда не станем друзьями. Извини. Я не хочу показаться стервой, ведь на самом деле я добрая. Просто стараюсь держаться подальше от злых людей. Нэн – воплощенное зло, это наводит меня на мысль, что ты тоже далеко не добрый. Злых людей притягивает друг к другу.
Я замолчала. Не стоило продолжать, потому что, пытаясь объяснить, я все делала только хуже. Я встала и примирительно улыбнулась. Это было несложно, поскольку я действительно считала, что наговорила много неприятных вещей. Со мной такое случалось, когда я начинала развивать свою мысль. В общем, Грант не успел ничего ответить – я убежала. Решила, что попрощаюсь с Рашем и Блэр и поеду в аэропорт. А там возьму билет на ближайший рейс. Если надо, я и в аэропорту могу переночевать. По крайней мере, там Грант не сможет меня найти.
Блэр
– Я все никак не могу прийти в себя. Ты пел для меня, и ты играешь на гитаре. Это было так здорово, Раш. У меня нет слов.
Когда я увидела Раша, стоящего у беседки с гитарой в руках, у меня даже голова закружилась. А потом, вместо того чтобы включить Джейсона Мраза, Раш запел песню, написанную специально для меня. После разных подарков и писем, которые он прислал мне в комнату, я уже думала, что Раш достиг совершенства в выражении своих чувств. Я ошибалась.
– Я бросил гитару еще в колледже. Мне надоело, что девчонки интересуются мной, поскольку я сын Дина. Если бы я еще и начал петь, это еще крепче привязало бы меня к «Слэкер демон». Вот я и решил завязать с пением. Но для тебя… Я хотел, чтобы ты шла ко мне под песню, которую я написал для тебя. Не под ту, которую играют на миллионах других свадеб. – Раш поцеловал меня в шею прямо под ухом и шепнул: – Такой свадьбы ни у кого не было и никогда не будет.
