id="id34">
Глава 34
Константин
Лизу из сада забрать не успеваю. Приходится просить Руса. Ребетенки у меня - народ ответственный, и понимают, что мне не так уж сладко живется временами. Поэтому сын без споров едет за сестрой.
А на меня к вечеру наваливается всё и сразу. И получается, что я не могу никак вырваться.
- Алло, пап... Ты приедешь? У меня сегодня треня... - звонок от сына дает понять, что пора домой. Всю работу не переделаешь, а близкие тоже нуждаются во внимании и заботе. И это не заменишь деньгами.
Поэтому вздыхаю и отвечаю:
- Скоро буду.
- Жду.
Я взял на себя ответственность за две жизни, и иногда эта ноша здорово пригибает к земле. Отпуская своих невольников, которые маялись вместе со мной, проверяю наскоро кое-что, выключаю комп и выхожу в приемную, собираюсь закрыть дверь кабинета. Чуть лбом не сталкиваюсь с любовницей. Как она вообще сюда попала?
- Алина? Что ты тут делаешь? И кто тебя пустил?
Красивая девка... Вот и сейчас - всё при ней. Кладет руку на дверное полотно, упирается ею возле меня.
- Кость... Тебе когда-нибудь кобелиться надоест, а? Нас с Милкой тебе мало, так ты еще решил завести?
Разглядываю её во все глаза - вот тебе, Константин Дмитриевич - и дрессированные и приученные к послушанию любовницы. Не зря она так на меня в ресторане смотрела, будто я ей ежемесячный платеж просрочил. Ой, не зря...
- А чего ты от меня хочешь, Алин? - раз пошла такая пьянка, то пора резать последний огурец. Я-то - наивная простота, полагал, что Алина и Мила понятия друг о друге не имеют.
Только вот, похоже, это я понятия не имею о их планах в отношении меня.
- Будто ты совсем дурак и не знаешь, что женщине нужно.
- Хозяйкой в мой дом хочешь? - да всё я понимаю. Это она кое-чего никак не хочет понимать, - И что ты там будешь делать, звезда моя? Кашу по утрам варить и с градусником по ночам бегать? А может, на родительские собрания к сыну моему будешь ходить?
- Да при чем тут это! - всплескивает руками, - Сын у тебя - большой парень, вполне самостоятельный, а дочке можно няньку круглосуточную нанять. Сейчас это всё легко решается!
Вот дура! А? Как есть - дура.
- Это не решается так, как ты привыкла, Алина, - говорю уже вполне серьезно, - И именно поэтому ни тебе, ни Миле не светит место хозяйки моего дома и моей жены, потому что вы и не представляете, что такое семья, и она вам не нужна. Я - не свободен, у меня дети. И они - важная часть моей жизни, а те мужики, которые меняют свою семью на красивых девушек вроде тебя, - полные кретины. Потому что - ты уж извини за прямоту, но честно - ты сама напросилась - вы всего лишь красивые картинки, за которыми нет ничего настоящего. Как только я потеряю то, что имею, ты отвернешься от меня и забудешь, как меня звали. С такими не создают семьи.
Она часто дышит, прожигает меня оленьими глазами и хлопает густыми искусственными ресницами. А что касается Милы - так там вообще другая история, в которую Алине вообще лучше не лезть.
- А с какими создают - с теми, кто в утиль давно списан? Ты создавать семью с той бабой из ресторана собрался? Ну, конечно! Она будет верной и сопли твоим детям вытирать будет, потому что - её поезд ушел, и она будет согласна на всё, что угодно, чтобы не заводить сорок кошек.
- Дура ты, Алина, - озвучиваю свои мысли и понимаю, что всё - я её теперь даже для секса не рассматриваю, - Я тебе деньги за следующий месяц переведу, но ты больше мне на глаза не попадайся. Всё кончено...
Её и без того большие глаза становятся огромными.
- Ты сейчас серьезно?!
- Абсолютно.
- Ты пожалеешь! - шипит разъяренно, но слишком хорошо меня знает, поэтому просто разворачивается и уносится прочь. Лишь стук каблуков раздается в коридоре.
Я закрываю кабинет и сам иду на выход. На посту охраны уточняю, покидала ли Алина здание. Меня заверяют, что да. Унеслась, как на метле. Всё-таки я переоцениваю способность женского пола придерживаться договоренностей в вопросе об отношениях без обязательств. Охране вставляю хороший втык за то, что посторонние по офису разгуливают, как у себя дома. Вроде доходит.
Но как ни странно, разрыв с Алиной меня ни капли не огорчает. Надо еще второй позвонить и отпустить и её на вольные хлеба. Хотя нет - не позвонить. С Милой надо встретиться и нормально всё обсудить. Предложить помощь, если она в ней нуждается. Но рвать с ней тоже надо. И это надо было сделать давно. Ничего эта связь, кроме боли, нам обоим не приносит.
Лучше за соседкой буду ухаживать. Тоже придумала Алина... Нашла списанную в утиль.
Лида... Она... Как дорогое марочное вино, от которого так легко потерять голову.
Еду домой. Тороплюсь. Сын ждет меня у ворот дома.
- Я поехал, а то опоздаю, - слышу от него.
- А Лиза где?
- В саду гуляет...
- Одна?
- Да что с ней случится-то?
- Рус! Я же просил!
Захожу на территорию дома, недовольный сыном. Но он прыгнул в такси и уже умчался. Собираюсь разыскивать дочку, но она сама мчится мне навстречу.
- Папа! Папа! Скорей! Там тетя сейчас упадет!
- Где там? Какая тетя? - сыплю я вопросами, но сам спешу за дочкой.
Дочка приводит меня в сад. К забору приставлена стремянка, по которой я и взбираюсь, чтобы в первые секунды охренеть от увиденного.
Это... Кто тут в утиль-то списан?!
Лида висит на суку яблони, во рту у неё яблоко... Картина маслом... И висит довольно высоко. Под ногами у неё печально свисает обломившийся сук.
- Да за каким тебя хреном туда понесло?! - вызверяюсь я, - Держись! Я сейчас.
Быстро перелезаю на верх забора, потом прыгаю. К счастью, удачно. Подхожу к яблоне и говорю этой спезназше.
- Прыгай давай! Я тебя поймаю...
Что-то мычит. Но яблоко держит во рту очень упорно. Оно что - причина греха Адама и Евы?!
- Лида! Слушай меня, кому сказал! - снова рычу, доведенный до белого каления, - Прыгай!
Она слушается в конце
