руку, как он это с Лизой делал, ведет меня по уже известному маршруту.
- Нет, Лид. Ты куклу будешь рисовать, а с мужиками я сам поговорю, - и вроде командует, а я страх не люблю, когда мной командуют.
Но вот с ним не хочется спорить. Совсем. Не хочется доказывать, что я тоже могу договориться.
Я просто бормочу:
- Хорошо.
После этого Костя на меня оглядывается.
- Ничего себе! И ты со мной даже не споришь! - явно довольный собой, заявляет он.
- Я ничего не понимаю в отоплении, - отбиваюсь я, - Зачем мне с тобой спорить?
И через непродолжительную паузу продолжаю:
- Нет, если ты настаиваешь - я, наверное, разберусь. Я - с отоплением. Ты - с куклой.
- Эээ! Мы так не договаривались! - отвечает мне Костя.
Мы в этот момент заходим к нему на крыльцо. Он ловко меня сцапывает и целует.
Но только нас прерывают.
Дверь распахивается, едва не попадая по Косте.
- Лида! Ты пришла! - Лиза даже на месте подпрыгивает.
Костя меня отпускает, и я выглядываю из-за его плеча.
- Я же обещала. Только я хотела, чтобы вы теперь ко мне в гости пришли, а у меня печка сломалась.
- Ничего страшного! У нас тоже хорошо. Мы с тобой будем рисовать, а папа печку твою чинить. А если не починит, то ты у нас ночевать останешься. Так ведь, пап? - тараторит простодушно ребенок.
- Конечно, дочь! - поддакивает Лизе. И тише бормочет, - Исходя из такой перспективы, можно вообще мужикам сказать, чтобы не чинили. А ты у нас так и останешься...
- Кость! - с укором произношу я, - Не останусь. Мы с тобой знакомы без году неделя. Я к маме поеду.
- Эх! А какой был план. Ладно, тогда всё по-честному. С тебя - кукла, с меня - ремонт отопления у тебя дома. Но... Лучше бы ты не заморачивалась, а сразу смирилась со своей участью.
Не хочу, но всё равно у меня вырывается:
- В наше время лучше иметь свой угол. Чтобы, когда пнут, было, куда пойти, - сказала, а сама жалею. Вот зачем? - Извини... Зря я вообще эту тему подняла.
Но дальше нам поговорить не дают. Лиза принимается увлеченно рассказывать, какую куклу она хочет, и уводит меня к себе.
Там за письменным столом сидит Руслан, подперев рукой лицо и печально бормочет:
- Палка, палка, огуречик,
- Вот и вышел человечек...
При этом что-то рисует на листе бумаги.
- Ура! Вы пришли! Я давно так никому не радовался! Лиза, можно, я пойду? - он подскакивает из-за стола и собирается задать стрекоча. Лиза наклоняется на листом бумаги, на котором её брат что-то выводил карандашом.
- Кошмар! - выдыхает она, - Это бочка, а не девушка! Надеюсь, это ты не свою невесту рисовал?
Руслан даже притормаживает.
- Мелочь... Ты вообще... - возмущенно цыкает на сестру.
Они такие милые сейчас. Вроде бы отношения выясняют, а чувствуется, как они друг друга любят.
Лиза показывает ему язык.
- Пойду я лучше, - пыхтит Руслан.
И мы остаемся с Лизой вдвоем. Я принимаюсь рисовать, она за мной наблюдает. Потом берет лист и пытается повторять за мной. Мы так увлекаемся, что про всё забываем.
- Дамы! - раздается голос Кости с порога комнаты, - Я понимаю, вы заняты, но предлагаю пойти ужинать.
- А - мастера? Приезжали?
- Приезжали. Завтра приступят к работам. Надо будет съездить в газовую, подать необходимые документы. Я тебя отвезу. Но должен тебя огорчить - воду с отопления они сливают, поэтому или у нас на ночевку остаешься. Или к матери едешь. Но туда - я тебя тоже отвезу. Нечего по темноте шарахаться.
И так хитро на меня поглядывает.
Только я взываю к свему здравому смыслу - не дело это, у него ночевать оставаться.
Глава 38
Лидия
И Лиза, и Костя выжидающе рассматривают меня.
- Я... Хм... - единственное решение, которое выходит принять у меня именно сейчас.
- Ясно! - подводит Костя итог моим раздумьям, - Чтобы ты согласилась, тебя надо хорошо накормить.
- А мы - не дорисовали, - напоминает Лиза.
Действительно, но там чуть-чуть совсем осталось, потом высушить, вырезать и наклеить на картонную основу. Девочки такими куклами играют. У них даже одежда есть. Тоже бумажная.
Я тоже играла. Вспоминаю своё детство. Боже, как давно это было!
- Дорисуете после ужина, - безапелляционно заявляет Костя.
Что-то у меня такое ощущение, что он-то уже точно всё решил. Где я буду ночевать. Я же выбрасываю пока все мысли из головы. Пойду ужинать, раз зовут. Если что, к маме уеду. Или...
Костя спускается по лестнице впереди нас с Лизой. Какая у него спина!
Мы за руку с его дочкой идем за мужчиной.
Лиза тихонько шепчет:
- У меня очень хороший папа...
- Я и не сомневаюсь, - тоже шепчу ей.
- Чего вы там шушукаетесь? Мне кости перемываете? - усмехаясь, говорит Костя.
- Нет! - на два голоса возражаем я и девочка. И хитро переглядываемся.
- Ага, ага - так я вам и поверил, - затем оборачивается.
Он уже у двери кухни.
- Но вам обеим можно... Даже кости мне перемывать, - и снова его озорная улыбка что-то задевает во мне.
Можно ли так быстро влюбиться? И стоит ли это делать?
Он ведь... И другим может быть. Не таким "няшным". Может... Это чувствуется. Такое в мужчинах сразу ощущается. Оно либо есть, либо этого нет. Невозможно создать мужской стержень искусственно. Так вот - в Косте он точно есть. Но только мужчины им пользуются по-разному. Есть те, которые держатся за него лишь в окружающей среде - это нужно, без этого не выжить. А есть те, которые не только на стороне жесткие, даже жестокие, но и в своей собственной семье.
К какому типу относится Костя? И стоит ли это выяснять? Или безопасней забиться в свою раковину и сидеть там, не подпуская никого на пушечный выстрел?
Я не знаю ответов на эти вопросы... Человек учится всю жизнь. И зачастую, как правильно было бы, узнает лишь после того, как поступил неправильно.
Костя открывает дверь на кухню, Лиза заходит первой. Я равняюсь с Костей.
Он наклоняется ко мне.
- Лида, что загрустила опять? Выкинь весь мусор из головы! Всё
