Читаем без скачивания Ночь без конца - Ричард Лаймон

Мы назвали свои имена. В дальнейшем после каждой фразы Томми останавливался и ждал, пока мы произнесем свои слова. Моя клятва звучала так:

— Я, Саймон Квёрт, полноправный и постоянный член общества краллов-убийц (здесь я впервые узнал наше название, хотя знал книгу, из которой оно было позаимствовано), настоящим под угрозой собственной смерти и смерти всей моей семьи клянусь никогда не выдавать секреты клуба ни одной живой душе. Я также клянусь пожертвовать собственной жизнью, чтобы помешать копам взять меня живым. Я также клянусь убить любого своего товарища-кралла, нарушившего эту клятву, а также его мать, отца, сестру, и брата, и собаку, если они у него есть. Аминь.

Несколько раз я чуть не расхохотался, в том числе, когда дошло до слова «аминь», но сдержался, потому что Томми, по всей видимости, относился к этому вполне серьезно.

Наверное, всю ночь не спал, чтобы придумать такое.

На сей раз струи из шланга показалось недостаточно, чтобы избавиться от ароматов Хестер, и мы пошли в дом. Томми ограничился лишь мытьем рук. Все остальные по одному подолгу стояли под горячим душем, пока он ходил за нашими вещами.

Какое это блаженство — вновь оказаться чистым и одетым! Собравшись в комнате Томми, мы жевали чипсы и запивали их пепси. По словам Томми, после того, как мы закопали тело и все прочее, у копов не осталось никаких шансов повесить на нас то, что мы сделали с Хестер.

Не думаю, чтобы кто-нибудь действительно в это поверил.

Шанс добраться до нас будет всегда.

Эта мысль не давала мне покоя несколько недель. Немало кошмарных снов увидел я за это время. Однако шло время, и становилось все менее вероятно, что нас поймают. Я даже перестал вздрагивать от каждого телефонного звонка или стука в дверь, и больше не тряслись поджилки при виде патрульной машины.

Кошмары стали менее острыми, но полностью не исчезли. Было несколько крайне любопытных. Говорят, они — это что-то вроде скопившегося в твоем подсознании дерьма. Не знаю, не знаю. У меня есть другая теория: наверное, все-таки привидения существуют, но они — совсем не то, что думают люди. Они не бродят ночами по мрачным коридорам, а влезают в голову. Возможно, в рот спящему или в ноздри. Делают это, когда ты отключился, и рождают кошмары.

Но это всего лишь теория. Может, я и чокнутый, но, мне кажется, ею следует кому-нибудь заняться. Возможно, ученым удастся найти способ помешать им забираться в голову. Что-то вроде кислородной маски, надеваемой перед сном, «маски от привидений», звучит?

Ладно, на чем я остановился?

О'кей.

Кончилось это тем, что ничем не кончилось, и за то, что мы сделали с Хестер, нам ничего не было.

Все наши разговоры были только об этом — по крайней мере, когда мы собирались вчетвером и никого рядом не было. Как будто мы обсуждали финал чемпионата, в котором нанесли сокрушительное поражение команде соперников.

— А ты видел выражение ее лица, когда... Я собирался выстрелить ей туда, ты, придурок... А помнишь, когда я достал свой нож и... Кстати, о мертвых, была она тогда уже мертвой или как... А как тебе запашок? — И так далее и тому подобное.

Иногда мы говорили о том, что не мешало бы повторить опыт. Даже составляли списки. Между прочим, список всегда возглавляла Дениз Деннисон Но это было нечто вроде игры. Серьезных намерений у нас не было, главным образом потому, что мы были почти уверены — второй раз нам так легко не отделаться. Так что мы просто фантазировали.

Прошло четыре года, и все выглядело так, словно Хестер Ладдгейт суждено было остаться единственной жертвой краллов-убийц.

Но следующее убийство произошло летом перед выпускным классом.

К тому времени у Тома были водительские права, и он мог законно управлять своим «Мерседесом». Это он придумал прокатиться по калифорнийскому побережью до Салема, штат Орегон, чтобы посмотреть на Вилламеттский университет, прежде чем подавать в него заявление. Решил, что будет не так скучно, если он прихватит с собой всю нашу банду.

Мои родители не возражали против поездки, хотя и знали, что мы отправляемся без присмотра взрослых. С одной стороны, они доверяли Тому (красивый, вежливый, богатый и остроумный — как такому не доверять?). Еще они считали, что это будет мне полезно.

Уверен, что и родители Ковбоя и Пескаря были бы счастливы отпустить своих сыновей в такое приключение. Проблема состояла лишь в том, что ни того, ни другого в городе не было. Они уехали отдыхать с родителями.

Впрочем, за это время мы познакомились с другими ребятами, и двое из них, Клемент Кэлхун и Тони Мейдеор по кличке Рядовой, поехали с нами.

Веселое было времечко. Клемент был туповатым, но жуть как обожал подурачиться. Рядовой тот и вовсе был дураком. Можно часами рассказывать о всех наших похождениях, но в этом нет смысла. Чисто подростковые дурачества, и причем довольно безобидные. Типа посветить голыми задницами парочке старых пердунов, устроившихся перекусить на обочине. Еще несколько раз мы напивались.

Иногда мы останавливались в мотелях, а иногда ночевали в спальных мешках.

Велосипедистов мы повстречали в роще гигантских секвой за Форт-Брэггом, через несколько дней после нашего отъезда из Лос-Анджелеса. Их было двое. Дождь лил как из ведра, поэтому на них были ярко-желтые накидки с капюшонами. Они ехали один за другим и направлялись на север, как и мы.

И по середине дороги.

Навстречу, по противоположной стороне, несся навстречу лесовоз.

Велосипедисты ехали в два раза медленнее нас, а из-за встречного грузовика Том не смог их объехать и ему пришлось резко затормозить.

— Ублюдки! — выругался он, плюнув на лобовое стекло.

А два выродка как ни в чем не бывало крутили свои педали дальше. Они не то что не съехали ближе к обочине, но даже и не оглянулись. Так и не оторвались от своих рулей: просто нас игнорировали и продолжали занимать середину нашей полосы.

А на юг катился грузовик за грузовиком. И нам ничего не оставалось, как ползти за велосипедистами — или переехать их.

— Гребаные козлы, — пробормотал Клем, — какого они выпендриваются?

— Они все такие, — вставил я. — Любая задница на седле воображает, что вся дорога принадлежит ей. Не замечал?

— Я уже заметил, — вмешался Том, — надо по ним проехаться.

— Неплохая мысль, — согласился я.

Рядовой и Клемент сидели сзади. Клемент наклонился вперед и стал выглядывать из-за спинки сиденья Тома.

— Давай, — возбужденно произнес он, — проутюжь их. Давай, мы не расскажем. Правда, ребята?

Мы с Томом переглянулись.

— Ты это серьезно? — переспросил Том.

— Разумеется. Вот будет здорово. Дай под зад этим козлам. Не лишай нас удовольствия.

— Но я могу их убить.

— Велика потеря, да, Клем?

— Таких дорожных свиней, — согласился Клемент, — все равно рано или поздно кто-нибудь переедет.

— Ребята, какие вы безжалостные, — улыбнулся я через плечо.

— Я не собираюсь их переезжать, — подытожил Том, — не хочу портить свою машину.

— Слабак, — обиделся Рядовой.

— А ты просто слегка подтолкни их, — посоветовал Клемент.

К этому времени мы въехали на вершину подъема. Мимо пронесся еще один трейлер, окатывая нас волной грязи. Затем на протяжении примерно мили до вершины следующего холма дорога была пуста.

Теперь Том вполне мог обогнать велосипедистов, но он вдруг посигналил.

Задний на секунду оглянулся и вскинул в сторону руку, жестом приглашая нас объехать.

— Какой предупредительный, — съязвил я.

Тогда Том буквально налег на звуковой сигнал и добавил газу. В последнюю секунду велосипедист свернул к обочине, и мы пронеслись мимо. Они даже не подняли головы. Словно жили в своем маленьком мире.

В паре сотен ярдов от них Том съехал на обочину.

— Что ты надумал? — дрожащим от волнения и любопытства голосом спросил Рядовой.

— Все из машины, — скомандовал Том.

— Вос-Хер-Тительно! — воскликнул Клемент. — Мы их примочим?

— Что-то в этом роде, — загадочно произнес Том. Он открыл капот. Мы вылезли из машины и сбились в кучу перед открытым капотом.

— Ну и что будем делать? — повторил свой вопрос Рядовой.

— Делай, что я тебе скажу, — бросил ему Том.

Мы осмотрелись по сторонам. Дорога все еще была пуста — только мы и велосипедисты, которые приближались, склонившись над рулями. Видны были лишь макушки их желтых накидок.

Под передним сиденьем Том хранил старую пушку Хестер — так, на всякий случай. Мы все о ней знали. Кому, черт побери, придет в голову отправляться в дальнюю дорогу без какого-нибудь оружия?

Правда, никто из нас не заметил, что Том достал пистолет, перед тем как выйти из машины.

Мы заметили его только тогда, когда он вынул его из кармана куртки, прицелился и выстрелил. «Бах, бах!» Очень быстро. Дождь стоял стеной, и поэтому я не заметил, куда попали пули. Но первый велосипед резко вывернул, затормозил и грохнулся на асфальт, выбрасывая ездока на проезжую часть.