– Ха-ха-ха, – засмеялся Сильвио. – Что мы будем здесь делать на твоем острове? Наденем панамы, шорты, сядем на свои яхты и поплывем на сафари, будем стрелять динозавров и мамонтов? Или петь на эстраде твоего цирка и удивляться, почему так плохо аплодируют? – теперь он со свойственным ему сарказмом накинулся на Генри, темпераментно говорил, говорил, и прервать его было невозможно. Как будто тысячи телевизоров включились одновременно, тысячи голосов начали вещать свои новости, телешоу, викторины и боевики. А последним аккордом на головы собравшихся свалился мощный водопад рекламных роликов и клипов. Он бил по мозгам, звучал немыслимыми мелодиями и мелькал, извиваясь в шумном танце, выплескивая на всех рекламируемую ерунду – призывы и лозунги, деньги и скидки. И заглушить его было невозможно.
Шум голосов пробежал по ряду. Все начали вскакивать с мест, готовясь сцепиться в крепкой схватке. Генри неожиданно бросил взгляд на клетку, откуда из-под покрывала торчали взъерошенные головы птиц. Те с испугом смотрели широко раскрытыми, круглыми глазами, растерянно моргая. Они никогда не видели такого, поэтому были напуганы. И, глядя на этих кричащих людей, на мгновение Герни показалось, что сегодня он уже видел нечто подобное. И взгляд его упал на маленький кусок мяса, о котором все давно позабыли…
Наконец, взял слово старейший из этих уважаемых людей. Пожалуй, он терял больше остальных, и от его решения зависело все. Во время переговоров он сидел и молчал, принимая непростое решение, но когда заговорил, умолкли все.
– В конце концов, нам не привыкать начинать все с нуля, – начал он свою короткую речь, медленно выговаривая слова, и каждое было на вес золота.
– Когда меня в детстве привезли из моей маленькой страны в Новый Свет, у меня в кармане не было ничего, да и кармана не было, только надежда, молодость и голова…
Он посмотрел на прочих в этой комнате, и те смешались, начали поправлять пиджаки и усаживаться на места. А тот продолжал, и голос его эхом отдавался от высоких стен закрытых тяжелыми решетками, от глубоких хранилищ, где были сокрыты все сокровища мира. Там не было запасов нефти и угля, не пахло потом рабочих, не скрывались залежи газа или торфа, алмазов и драгоценных камней. Там было чисто и светло, горел яркий электрический свет, а вокруг только деньги, тонны бумаги, длинные вереницы нулей на электронных счетах. Там не было даже золота, только деньги и больше ничего. А значит, там было все! Поэтому он спокойно продолжал, а все его слушали:
– Молодость я выменял на деньги, голова пока при мне, а начинать новое дело никогда не поздно. Ха-ха-ха! Правильно я говорю? – и строго оглянулся по сторонам. – Как ты говоришь, Генри, называется эта штука?.. Фотон?..
Он посмеялся еще, мгновение помолчал и подвел черту:
– Что же, Генри, значит, будем торговать фотоном, – непререкаемо сказал это, и опять строго посмотрел на остальных. – Мы поможем твоему ученому, Генри. Я сделаю его самым богатым человеком планеты, после меня, конечно… Все!
Разговор был окончен.
Теперь все прохаживались, мирно беседуя, по уютному зеленому дворику с бокалами в руках. Вокруг маленькие фонтанчики, снова какие-то птицы в клетках, стол с восхитительными закусками. Скромный фуршет. Скромный, потому что трудно было удивить этих господ чем-то еще…
К Генри подошел один из гостей:
– Почему бы тебе самому не заняться алмазным промыслом? – дружески спросил он. – Все месторождения и разработки известны, ты мог бы найти их здесь, на твоем материке? Стал бы еще богаче!
– Будущее! – дружески ответил Генри. – Мы не можем посягать на него. То золото и алмазы, которые сегодня заберем отсюда, больше не появятся там, в нашем времени, а значит, мы изменим его.
– Генри, иногда мне кажется, что я в любом времени буду иметь столько же, сколько и сейчас, – посмеялся тот. – Ну, а если не наступит завтра, и мы окажемся здесь, на твоем острове, ты продашь мне лицензию на алмазный промысел? – в шутку спросил он.
– Я уже понял, дружище, что сейчас ты решил провести геологоразведку прямо здесь, в моем доме, – посмеялся Генри. – Ты хочешь, чтобы «завтра» не наступило? – в шутку парировал он.
– Нет, Генри. Не хочу, – уже серьезно ответил собеседник.
– Тогда оставим золото и алмазы в покое. Пусть будут там, где они сейчас, – так же серьезно ответил Генри.
– ОК!
Золотопромышленник хлопнул его по плечу, и они выпили…
Генри вздохнул с облегчением. Встреча была закончена, вопрос был решен, теперь оставалось дело за малым. Перевернуть эту маленькую планету. Перевернуть и заставить людей жить по-другому: строить, и не разрушать. А рычаги у них теперь были все: на острове, у Леонида в лаборатории и 65 миллионов лет спустя – там, «наверху»…
27
Небольшая яхта медленно отходила от причала. После появления на острове кораблей-гигантов такое событие казалось незначительным для этих мест. Сейчас неприметное суденышко подплывет к воронке, войдет в нее и незаметно исчезнет, растворившись во времени, а на одиноком пирсе останутся только Генри и Валери. Эти двое смотрели на наш кораблик, провожая его в далекий путь, и каждый думал о своем.
– Кто эта женщина? – наконец нарушила молчание Валери.
На палубе видны были две фигуры – Леонида и какой-то смуглой незнакомки.
– Его менеджер и секретарь, – ответил Генри.
– Симпатичная, – произнесла Валери. Генри помолчал немного, а яхта уже подошла к воронке.
– Очень толковый и грамотный специалист, – наконец добавил он. Они молча смотрели в сторону яхты, а те двое тоже молча на них, пока воронка времени не поглотила наш маленький корабль. Больше Валери не произнесла ни слова.
А лодка, через мгновение, преодолев миллионы лет, появилась на ровной спокойной поверхности океана уже с другой стороны воронки, где вокруг только океан и совсем другая жизнь. И вдруг Леониду показалось, что все это сон, который внезапно закончился. И остров, и Генри, прочие люди, установка – все это мираж! Теперь он любовался знакомым небом и солнцем, которые не видел столько времени! Больше года!.. Или, точнее, 65 миллионов лет!..
– Мираж! – снова подумал он, – Валери тоже мираж?
– Меня зовут Глорис, – произнесла незнакомая женщина. – Я буду представлять ваши интересы.
Леонид оглядел ее, словно заметил впервые, отвлекаясь от своих мыслей – Валери все еще стояла перед глазами. Теперь он увидел очаровательную девушку, смотревшую на него с улыбкой, и про себя подумал: – Как она красива!
– Да, Глорис, – произнес он, – мне Генри говорил о вас.
Глорис с удовольствием отметила на себе этот взгляд и снова улыбнулась. Она давно привыкла к таким взглядам, но никогда раньше не имела дело с таким человеком. Человеком-легендой, который сейчас, настоящий, живой, стоял перед ней – оставалось только протянуть руку и дотронуться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
