– Там, - мрачно кивнул Гарри на класс.
Потом была разборка с участием Снейпа. Минерва бушевала на отплёвывающихся от слизи Кребба и Гойла и стонущего Малфоя, потирающего огромную шишку на голове. Снейп мрачно смотрел то на них, то на Гарри и Гермиону. Девушка уже почти успокоилась и только тихонько всхлипывала, прижимаясь к Гарри.
– Скажите же теперь вы своё слово, профессор! – повернулась к нему дрожащая от гнева Макгонагал.
– 50 очков со Слизерина и уборка в моём кабинете, - произнёс Снейп.
– И всё! – возмутилась Минерва.
– Остальное доделал Поттер, госпожа профессор. Я не буду настаивать на том, чтобы вы снимали с Гриффиндора 20 очков за наложение довольно болезненных заклинаний, - Снейп странно усмехнулся. – В конце концов, он должен был защитить девушку. А проступок не смертельный, бывали и похуже. Насколько я понял, мисс Грейнджер, вы пострадали не сильно, мистер Поттер прибежал вовремя.
* * *
В общем и целом, Снейп был прав, но и Гарри, и Гермиона обиделись на него. Гарри догадался, что Снейп имел в виду под проступками похуже, и злился на Снейпа до потемнения в глазах. Гермиона не отходила от Гарри до вечера, то благодарно сжимая ему руку, то преданно глядя в его лицо. Они долго стояли, уединившись под навесом одной из башен Хогвартса. Гарри обнял её за плечи и, ощутив прикосновение губ к шее и щеке, забыл обо всём и просто наслаждался её присутствием рядом. Очнулся он из приятного оцепенения, когда услышал тихий голос Гермионы, говорящий ему об уроке блокологии.
– Что? Сегодня? О нет! – застонал Гарри, закатывая глаза. – Я швырну его в банки, как того урода Малфоя!
– Успокойся, Гарри, уже всё хорошо. Я уверена, что профессору Снейпу неприятна эта история с его учениками. Лапать девчонок против их желания – последнее дело, тем более, что на Малфоя давно пускает слюнки Пэнси. Её попроси, и она не только разденется, - шептала Гермиона куда-то за ухо. Но было так приятно!
– Зачем ему этот мопс? Ты – совсем другое дело. Ты… очень красивая.
– Красивая? – щеки девушки вспыхнули. Всегда приятно это слышать, особенно если сказано так искренне.
– Очень, - простодушно кивнул Гарри.
* * *
Они нехотя вошли в подземелье Снейпа. Северус устало и как-то даже печально на них посмотрел, чем страшно удивил Гарри и Гермиону.
– Как ты почувствовал это? – спросил Снейп, направив на Гарри свой внимательный, почти немигающий взгляд.
– Не знаю, как объяснить. Почувствовал и всё, - осторожно ответил Гарри.
– Ты догадывался, что с твоей… женой?
– Я ощущал опасность и поэтому прибежал.
– Хорошо, - Снейп как-то странно вздохнул. – Это говорит о том, что улучшается твоя чувствительность. Пока что она направлена на твою вторую половину. – Снейп дернул уголком рта. – Очень скоро, возможно, ты начнешь чувствовать и других. Это довольно неприятно, но неизбежно. Не забывай ставить блок. Вас это тоже касается, мисс Грейнджер. Если не будет получаться или станет совсем плохо, обращайтесь…всегда рад помочь. Теперь приступим к уроку.
* * *
– Ну, Гарри, где ты пропал! Я разработал такую убойную тактику! Вот послушай! – Рон налетел на появившегося в Гриффиндорской гостиной Гарри с разноцветным планом завтрашней атаки на Пуффендуй.
После урока Снейпа Гарри чувствовал, что еле стоит на ногах. Гермиона, по видимому, ощущала себя так же, поскольку даже опиралась на его руку. Оба рухнули в кресло и умоляюще посмотрели на Рона.
– Тю, да что он с вами там делает, этот чокнутый Снейп, мешки заставляет таскать что ли? – возмутился Рон. – Ладно, Гарри, ты сиди, лежи, только слушай!..
Рон долго рассказывал свою стратегию. Гарри пытался слушать, но, как и в случае с бывшим капитаном Оливером Вудом, терял нить соображений. Боясь обидеть друга, заставлял себя слушать дальше и согласно кивал.
– Короче, победа наша, Гарри! – подвёл итог Рон.
– Да, конечно, вы выиграете, - покивал Гарри, изо всех сил моргая.
В глаза словно кто-то насыпал песку. Рядом, положив голову на его плечо, сладко спала Гермиона.
Глава 28. Начало чувствительности
Матч проходил, как всегда, при полных трибунах, пестрящих шарфами и флагами. Гриффиндорцы размахивали плакатами в поддержку своей новой команды. Среди Когтевранцев снова виднелась ревущая голова льва Луны Лавгуд. На сей раз лев примерно раз в минуту сжёвывал змею, хотя Гриффиндор играл с Пуффендуем. Но у Луны, очевидно, были свои соображения на этот счет. Слизеринцы придумали новую песенку про вратаря Рона Уизли, ещё более злобную, чем «Уизли – наш король», поскольку называлась она «Лажевый капитан». Но Гарри надеялся, что у Рона уже выработался иммунитет на подобные выходки. Сам он чувствовал себя неважно. Похоже, сказывалось волнение за друга. Страшно подумать, что будет, если Гриффиндор продует. Гермиона сидела рядом. Судя по всему, её состояние было аналогичным. По свистку мадам Трюк матч начался. Игроки закружили над полем, выбивая друг у друга квофл и уворачиваясь от ударов. Колин Криви, заменивший Джордана Ли, впервые комментировал происходящее на поле.
Гарри становилось всё хуже. Голова как-то странно гудела, словно колокол. Блок, нужно ставить блок, словно непробиваемое стекло, вспоминал он указания Снейпа. Так, кажется, лучше, он покосился на Гермиону. Девушка скрестила руки на груди.
Первый гол забил Пуффендуй. Гриффиндорцы отчаянно завыли. Пуффендуй взорвался криками радости. Слизеринцы запели «Что за лажа капитан!»
– Ничего, это только начало, наши всё равно выиграют, - попытался утешить гриффиндорцев Хагрид.
Он повернулся к Гарри и Гермионе и обмер. Они сползли со своих мест, оба без сознания.
– Э-э-э, - растерянно промычал Хагрид.
Возле Гарри присела бог весть откуда взявшаяся красавица профессор Смит. Хагрид уставился на неё, не в силах оторвать взгляд – ну и прелесть, если бы не мадам Максим, если бы он не был полувеликаном – э-э-эх! Элизабет принялась нащупывать пульс на шее Гарри.
– Хагрид, ему нехорошо, - обратилась она к нему. – Посмотри, что с мисс Грейнджер. Кажется, их надо отнести к мадам Помфри.
С трудом отведя глаза от Красотки, Хагрид поднял Гермиону и стал выбираться из толпы учеников. Элизабет взяла за руки Гарри и растерянно посмотрела на гриффиндорцев.
– Сделайте носилки, - подсказал испуганный Невилл. Дин, Симус и другие напряженно кивнули, глядя на бледное лицо Гарри. Стадион кричал с новой силой. Игра продолжалась уже со счетом 10:10.
* * *
Гермиона приоткрыла глаза. Все правильно, больничное крыло, а одноклассники, наверняка, до смерти перепугались. Гарри! Что с ним?! Должно быть, то же, что и с ней. Девушка догадалась, что отключилась из-за слишком сильных эмоций толпы болельщиков. Столько восторга и отчаяния сразу, ужас! Неудивительно, что слабенький блок, который пока что получался у неё и Гарри, был пробит. Гермионе казалось, что она превратилась в перегоревший предохранитель.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
