сами разбираются.
— Не всё так просто. Я закрыла Роналис, и открыть его могу только я. А если они узнают, что он меня послушал…
— Ты не можешь быть в храме, ты нужна папе!
— Чего?! — опешила я.
— Не быть мне спасённым! НЕ БЫТЬ НАМ СПАСЁННЫМИ! — причитал Влас, истошно рыдая.
— Всё! Сил моих больше нет! — я соскочила с пола. — Я что-нибудь придумаю, но позже. Надо держать голову в холоде. Нельзя принимать решения на эмоциях.
— Ты права, если что, можем сжечь Роналис, — Виктор поднял на меня полные надежды глаза. — Это сработает?
— Да, конечно, сработает! Буду я сидеть в Роналисе вместе с Эванной.
— Э-э-ва-а-а-н-на! — застонал Влас.
— Нет, это нам не подходит! — серьёзно сказал Виктор. — А что будет, если ты станешь хранителем?
— Останусь жить в храме, подпитывая Роналис жертвоприношениями… и вся моя жизнь будет заключаться в нём.
— Нет! А как же папа?!
— Какой папа?! — возмутилась я. — Тут моя жизнь решается!
— Ты что тут делаешь, Милана? — я обернулась на отвратительно знакомый голос.
— Передумала? — спросил конюх, поморщившись. — Я бы рад, но уже видел в гневе твоего любовника. Он точно не любит делиться своими игрушками, — я нервно сглотнула.
— Я… я… — в голове оглушительная пустота, ни одной мысли.
— Ладно, — он открыл дверь комнаты. — Заходи, только это будет нашим секретом.
— Я за папой! — прозвенел тонкий голосок Виктора.
И тут мои нервы окончательно сдали. Я смеялась в голос, держась за живот. Смеялась до слёз, хотя плакать хотелось больше всего на свете. Но я смеялась.
— Ты что смеёшься? — я не заметила, как конюх оказался рядом со мной и больно схватил меня за лицо. — Я простил тебе то, что ты натворила, а ты смеёшься?! — я снова прыснула смехом, рассмеялась прямо ему в лицо.
— Ох ты дрянь! — он резко отпустил меня, и в ту же секунду мне прилетела пощёчина. Я упала на пол, но смех всё лился, не желая прекращаться. Конюх наклонился и добавил еше три пощечены которые не помогли придти мне в себя
Я подняла голову на возвышающегося надо мной конюха. И вижу огонь сзади. Я рывком повалила обидчика, сгусток огня пролетел мимо. Конюх навалился на меня.
— Так ты играть любишь? — о боги, какой же он тупой!
— Я люблю! — прозвучал разъярённый голос Виктора старшего. И конюх, как кукла, взлетел вверх и впечатался в стену.
Конюх стоял на подкошенных ногах, а руки Виктора раскалились.
— М-м-илорд, она сама ко мне пришла! — после слов этого придурка руки вспыхнули огнём.
— И ты решил её побить? — проскрежетал лорд.
— Нет, нет, она сама!.. Сама попросила! — лорд не произнёс ни слова. Он просто поднял руку и потухшей рукой вздёрнул конюху рубаху, и просто прислонил горящую руку к плечу. Конюх завопил.
— Что вы делаете?! — я соскочила и со всей силы ударила лорда по руке, отчего его рука согнулась в локте. Он медленно посмотрел на меня, и я буквально видела, как его злость в глазах меняет свой окрас. Он отстранился от своей жертвы, и тот упал в беспамятстве.
— Что сделали?! — в воздух впитался запах жжёной плоти.
Я перевернула бессознательного конюха, и сквозь свет одинокой свечи посмотрела на след от руки.
— Зачем? — поморщилась я. Лорд присел рядом.
— Помните, как вы проводили ритуал очищения? — я непонимающе посмотрела на лорда. — Вот этот, — он презрительно кивнул на конюха. — Ударил вас. Мужчина, который бьёт женщин, должен быть помечен. Теперь все будут знать, какой он человек.
Лорд протянул ко мне руку и аккуратно утёр кровоподтёк на губе. Рука его была тёплой, если не горячей. Его прикосновения вызвали во мне сотню мурашек.
Я встряхнула головой, чтобы прогнать навязчивые мысли.
— Поможете мне отнести его? — спросила я. — Не оставим же мы его здесь.
Лорд молча поднялся и поднял бессознательную тушу. Лицо у него при этом было чернее тучи.
— В ту комнату! — указала я на открытую дверь, и вспомнила, как он меня туда приглашал, передёрнула плечами.
Лорд небрежно кинул его на койку.
— Вы останетесь здесь? — спросил он, смотря на меня.
— Нет! — чуть ли не подпрыгнув, ответила я. — С чего вы взяли?..
— Что вы, я и не думал осуждать…
— Нет! Знали бы, что он за человек, поставили бы ему два клейма!
— Он вам ещё что-то сделал?!
— Не смог, — устало ответила я и потопала к выходу.
— Почему вы его не "поченили"?
— верила что сам исправится..
— хм… — сомнительно выдал он и замолчал.
Мы шли по коридору.
— Вы в порядке? — спросил лорд, задержав меня за локоть.
— Да, я пойду на улицу… нужно немного прийти в себя, — ответила я. А у самой в голове не было ни одной мысли, руки ослаблены, даже дышать мне сейчас не хотелось.
— Я с вами, свежий воздух нам обоим пойдет на пользу.
Мы вышли в сад. Лунный свет освещал тропинки и голые деревья, осенний ветер обдувал холодом. Я глубоко вдохнула свежий воздух с ароматом дождя и костра.
— Присядем? — закутавшись посильнее, спросил лорд, кивнув на скамейку. Обыкновенная деревянная скамейка, но какой же уютной и правильной она выглядела в этом лунном саду.
— Хорошо, — я села и тоже укуталась посильнее.
— Холод как никогда отрезвляет. Вы не замёрзли?
— Немного, — ответила я, наблюдая за тем, как ветер неохотно играет с голыми ветками и взъерошивает холмики павшей листвы.
— Так теплее? — спросил лорд, при этом не шевельнувшись. Но стало действительно теплее.
— Мне нравился холод.
— Я немного, чтобы вы не простудились. — Я благодарно улыбнулась.
— Ночь… Никогда не понимала, почему девочки боялись ночи. Мне всегда казалось, что именно ночь укрывает нас от невзгод дня. Заставляет забыть, что мир существует, в свете, где всё видно в истинном облике: всё самое ужасное и прекрасное.
— Да, ночь скрывает всё, потому-то и боялись — не видели, где враг, а где друг.
— Когда у тебя нет друзей, тебе нечего бояться, ты просто готов к нападению врага, а за этот малый промежуток времени можешь насладиться настоящей тишиной мира. Той тишиной, которой лишён мир днём.
— Вы никому не доверяете?
— Нет… Последние два года я провела в группе, там этому учат.
— И не разучились не доверять?
— Этому сложно научиться и ещё сложнее разучиться.
— В этом вы правы. — Он потянулся во внутренний карман пальто, вынул оттуда серебряную фляжку.
— Будете? — протянул её мне.
— Это алкоголь?
— Да, — встряхнув фляжку, сказал он. — Простите, глупо получилось…
— Нет! Я возьму! — Я взяла фляжку и, выпив несколько больших глотков, закашлялась, зажмурив глаза и зажав рот рукой. — Спасибо! — вернула фляжку. Лорд положил её обратно.
— Вы не будете?
— На
