побочным эффектом.
Элайджа рассмеялся – редкая для него реакция.
– Тем не менее, это сработало. Ты получил то, что хотел. – Он посерьёзнел. – Но ты уверен, что сможешь адаптировать квантовые резонаторы Новак к своей модели за такое короткое время?
– Да, – просто ответил Киан. – Основные принципы уже определены. Остаётся лишь техническая реализация. – Он помедлил. – Но мне нужно лично работать с доктором Новак. Коммуникация через удалённые каналы неэффективна для задач такой сложности.
Элайджа кивнул, понимая, к чему ведёт сын.
– Ты хочешь отправиться на "Кассандру".
– Это было бы оптимальным решением, – подтвердил Киан. – Особенно учитывая, что прототип квантового резонатора уже там, и его модификация требует непосредственного взаимодействия с оборудованием.
Элайджа почувствовал укол беспокойства. Отправить сына в космос, на орбитальную станцию, в период нарастающей солнечной нестабильности… Это было рискованно. Но с другой стороны, Киан был прав – прямое сотрудничество с Новак могло значительно ускорить разработку.
– Я организую это, – наконец сказал он. – Но при одном условии – я лечу с тобой.
Киан выглядел удивлённым.
– Твоё присутствие не является необходимым с точки зрения эффективности проекта.
– Возможно, – согласился Элайджа. – Но ты мой сын. И я не отпущу тебя одного в потенциально опасную ситуацию.
Киан несколько секунд изучал лицо отца, словно пытаясь расшифровать непонятный для него эмоциональный код.
– Я понимаю, – наконец сказал он. – Это… проявление родительской заботы. – Он слегка кивнул. – Твоё присутствие будет… приемлемым. И, возможно, полезным для координации с командой на Земле.
Элайджа улыбнулся, распознавая это как самую близкую форму принятия, на которую был способен Киан.
– Тогда решено. Я свяжусь с полковником Ли и организую наш перелёт в ближайшие дни. – Он положил руку на плечо сына. – А пока отдохни. Ты заслужил это после такого прорыва.
Киан кивнул и направился к выходу, всё ещё погружённый в мысли о своей модели и предстоящей работе. Элайджа смотрел ему вслед с смесью гордости и тревоги. Его сын, возможно, держал в своих руках ключ к спасению человечества. И в то же время он открывал дверь в неизведанную область науки, где квантовая физика встречалась с чем-то, что до сих пор считалось невозможным – макроскопической квантовой запутанностью космического масштаба.
Что бы это ни значило для науки и для будущего человечества, Элайджа знал одно наверняка – их жизни уже никогда не будут прежними.
Глава 9: Выбор
Аризонская пустыня, обычно безмолвная и неподвижная под палящим солнцем, теперь гудела от активности. Десятки гигантских туннелепроходческих машин, похожих на механических кротов размером с многоэтажный дом, вгрызались в землю, создавая сеть подземных коридоров и камер. Вокруг них роились более мелкие строительные дроны, укрепляющие своды, прокладывающие коммуникации, устанавливающие системы жизнеобеспечения.
Аризонский комплекс, крупнейший из убежищ, разрабатываемых Советом Выживания, начинал обретать форму. И в центре этого организованного хаоса стояла Ситара Пател, координирующая работу сотен инженеров, строителей и техников.
– Юго-восточный сектор отстаёт от графика на 8 процентов, – докладывал Джеймс Чен, сверяясь с данными на своём планшете. – Проблема с водоносным слоем, который не был отмечен в геологических изысканиях.
– Перенаправьте ресурсы из северного сектора, – решила Ситара после краткого размышления. – Он идёт с опережением графика. И свяжитесь с геологами – нам нужно полное картирование этого водоносного слоя. Возможно, мы сможем интегрировать его в систему водоснабжения комплекса.
Она оглядела трёхмерную голографическую модель убежища, парящую перед ней. Десятки уровней, соединённых лифтами и переходами, раскинулись под землёй на глубину до 300 метров. Жилые сектора, производственные помещения, энергетические узлы, сельскохозяйственные отсеки, медицинские центры – целый подземный город, способный поддерживать автономное существование тысяч людей в течение многих лет.
– Как продвигается установка импульсных поглотителей в энергетическом секторе? – спросила она, переключаясь на следующий приоритет.
– Первая фаза завершена, – ответил Чен. – Тестирование показывает эффективность защиты от электромагнитных импульсов на уровне 94 процентов. Это превышает проектные требования.
Ситара кивнула с удовлетворением. Защита энергетических систем была критически важной – без электричества подземный комплекс превратился бы в могилу для его обитателей.
– А что с системами фильтрации воздуха? Они должны быть готовы к обработке радиоактивных частиц.
– Здесь есть некоторые задержки, – признал Чен. – Специальные фильтры из редкоземельных материалов всё ещё в пути. Ситуация с глобальной логистикой остаётся сложной после последней вспышки.
Ситара нахмурилась. Без этих фильтров убежище не сможет полноценно защитить людей в случае радиационного заражения атмосферы.
– Свяжитесь с нашими поставщиками. Узнайте, можем ли мы получить приоритетный статус для доставки. Если нет, придётся искать альтернативные источники. – Она сделала паузу. – Возможно, стоит рассмотреть предложение Консорциума? У них есть запасы необходимых материалов на орбитальных станциях.
Чен выглядел обеспокоенным.
– Вы уверены, доктор Пател? Учитывая наши подозрения относительно мотивов Вайса…
– Я не сказала, что мы примем их предложение, – уточнила Ситара. – Только рассмотрим как вариант. В крайнем случае. – Она вздохнула. – Иногда приходится иметь дело с ненадёжными партнёрами, чтобы достичь более важных целей.
Их разговор прервал сигнал от службы безопасности.
– Доктор Пател, – раздался голос майора Родригес, – у нас ситуация у главных ворот. Делегация от местных племён требует встречи с вами. Они утверждают, что были нарушены договорённости о священных местах.
Ситара подавила вздох разочарования. Только две недели назад она провела сложные переговоры с советом племени навахо, достигнув, как ей казалось, взаимопонимания. Что пошло не так?
– Я сейчас подойду, – ответила она. Повернувшись к Чену, добавила: – Продолжайте работу по графику. Я разберусь с этой ситуацией.
По пути к главным воротам комплекса Ситара мысленно перебирала возможные причины конфликта. Она лично проследила, чтобы все священные места, указанные старейшинами, были обойдены при строительстве. Более того, представители племени были включены в комитет по надзору за проектом, как она и обещала.
У ворот её ждала небольшая группа из пяти человек, возглавляемая Джозефом Бегаем, главным представителем совета племени. Его обычно спокойное лицо сейчас выражало сдержанный гнев.
– Мистер Бегай, – приветствовала его Ситара. – Я слышала, возникла проблема. Чем я могу помочь?
– Вы обещали уважать наши священные места, доктор Пател, – без предисловий начал Бегай. – И мы поверили вам. Но вчера ваши машины вторглись в каньон Духов – одно из самых священных мест для нашего народа.
Ситара нахмурилась, сбитая с толку.
– Каньон Духов? Но он находится в северо-западном секторе, далеко за пределами нашей строительной зоны. – Она достала свой планшет. – Посмотрите, вот карта текущих работ. Мы не ведём никаких операций в том районе.
Бегай изучил карту, затем покачал головой.
– Я видел это своими глазами, доктор Пател. Три больших машины, похожие на ваши. Они сканировали каньон и брали образцы почвы. На них была символика
