к перегрузкам, предохранители попросту не дадут сжечь его начинку. Однако пока я пытаюсь встать, меня усиленно пытаются задавить техниками.
Где-то жужжит цепной меч и атаки прекращаются.
Грог, словно ангел смерти носится по поместью, вырезая всё живое. Он не пользуется дверьми — он создаёт двери сам. Пробивает стены, выскакивая в самых неожиданных местах, рубит всех мечом, после чего скрывается в следующей стене, оставляя за собой лишь пыль, кровь и ужас. Вот он есть, а вот его уже будто бы и нет.
Прямо фокусник.
Правда, когда я попытался так сделать, получил такой заряд пси-удара, что на мгновение заклинило ноги у костюма.
Внутри стоял самый настоящий хаос. Коридоры и комнаты заполняла пыль, гремела стрельба и взрывы техник, крики людей и треск ломающихся стен. Нормально разглядеть что-либо было невозможно. В один момент на меня просто напрыгивает один из пси-райдеров. У него в руках огненные клинки. Первый удар попросту перерубает мне пулемёт, второй оставляет след расплавленного металла на броне. Пропихни он его в сочленение брони, и мне не мало не покажется.
Я схлестнулся с ним на клинках, но нормально справиться с ним в активной броне, которая плохо управляется, у меня не выходит. Меньше, чем за минуту вся броня покрывается расплавленными порезами, пока мимо не проносится Грог, разрубая того напополам. Опять он есть и его нет. Просто исчезает в клубах пыли.
Мы очень быстро сдавали первый этаж. Нас было всего двое, а солдаты попросту не могли ничего противопоставить пси-райдерам.
Разве что Вакс показывал свои навыки и опыт. На моих глазах он схлестнулся с пси-райдером, который уже собирался ударить по нему огнём. Противник уже собирал на ладони огненный шар, когда тот внезапно потух — без воздуха пламя просто не горело. Пси-райдер ставит щит, закрываясь, и прямо около него возникает маленький торнадо, несущее в себе осколки стекла и битого кирпича, которые попросту срывают плоть с костей, оставляя лишь скелет.
Другого противника Вакс убил резкими перепадами давления. Тот смог сделать только пару шагов прежде, чем из его глаз, рта и носа хлынула кровь. Мужчина захрипел и повалился замертво.
Насколько мне известно, пси-способности Вакса имели ограниченную дистанцию, он не мог бить далеко, однако в поместье этого и не требовалось.
Но пси-райдеров у нас было всего четверо, поэтому так или иначе это всё равно не могло повлиять на исход.
Прямо передо мной в коридор выскочило сразу четверо пси-райдеров, и я уже приготовился, что меня опять будут пинать по всему коридору, когда откуда-то с потолка… свалился Грог. Попросту раздавил первого, остальных троих перерубив мечом, после чего скрылся в стене.
Я развернулся и дал очередь по наступающим со спины прежде, чем меня вновь отбросило техникой. На этот раз компьютер выдал предупреждение о повреждении приводов. Не критично, но в таком режиме долго они работать не смогут.
Теперь пси-райдеры активно пользуются огненными клинками и электрическими хлыстами, буквально врезаясь в защитников. Мне с активной бронёй приходится не легче. Я не поспеваю за атаками, пропуская удары, и вся броня покрывается рубцами. Приходится ставить упор на защиту, проминая противников, топча и разбрасывая, где не требуется точность движений, но это до первой атаки, которая отправляет меня в полёт.
Почти весь первый этаж был захвачен, а значит пришло время к последней мере.
— Все в подвал! Все в подвал, отступаем!
Я отхожу назад, прикрыв одного из наших собой, и толкаю его в сторону лестницы вниз. Нас осталось около десятка и станет ещё меньше, если мы не уйдём.
— Грог! Уходим, быстро!
Под всеобщую неразбериху люди бросаются на лестницу, пока я с Грогом буквально собой закрываем их живым щитом, принимая удары со всех сторон. Броня пиликает о критических повреждениях, но ещё двигается.
Насколько мне известно, пси-райдеры Лорье не такие уж и сильные, но если они смогли повредить настолько броню, можно представить, что сделает сильный пси-райдер, которых тоже в этом мире хватает.
Мы пятимся назад. Грог перешёл на градомёт пистолетного типа, огнём не давая пройти за нами. Он стреляет до сухого щелчка, быстро перезаряжается и вновь стреляет, пока мы не оказываемся на лестнице в подвал. Здесь мы занимаем последний рубеж обороны. Дальше отступать было нельзя.
— Надо продержаться ещё минуту.
— Принял.
Надо собрать их всех внутри дома. Заманить как можно больше в поместье, заставить продавливать нас всеми силами, которые у них есть.
И эти минуты кажутся нам вечностью. Пси-райдеры скапливаются в дверном проёме в подвал, закрывшись многими слоями щитов, и продолжают бить техниками. Кажется, что уже весь мир — это один большой хаос. Мы ждём сколько можем, и когда становится понятно, что даже в активной броне не сдержать всего напора, я отдаю команду.
— Взрывай!
И всё здание вздрагивает в предсмертной агонии.
* * *
Командир наёмников наблюдал за штурмом с опушки леса. Поместье было хорошо видно в свете осветительных ракет, которые заливали округ мёртво-белым светом.
Его люди не пошли на штурм, предоставив это одарённым дома. Они лишь взяли в окружение территорию, внимательно следя за тем, чтобы никто как внутри, так и снаружи не смог проскочить.
Бой внутри был нешуточный. Слышалась беспрерывная стрельба и взрывы. То и дело из разбитых окон вылетали облака пыли и огня. Иногда там мелькали силуэту людей, но понять, свои это или противник, было невозможно.
Учитывая, что на штурм пошли одарённые, было интересно наблюдать за тем, как отчаянно и долго сопротивлялись защитники поместья, удерживая первый этаж. Бой не прекращался ни на секунду, одарённые лезли внутрь через все щели, и казалось удивительным, как они все там помещаются. Даже новый глава дома, и тот пошёл на штурм, хотя командир наёмников пытался его переубедить. Но тот слишком сильно хотел лично лишить жизни защитников. И теперь командир сомневался в его здравомыслии и адекватности после потери жены и ребёнка.
Оборона дома держалась минут пять, после чего весь бой сконцентрировался в одном его участке. Возможно, новый глава дома и был прав. Неизвестно, с какими потерями, но его людям удалось взять поместье штурмом и почти полностью его захватить. Судя по всему, им оставалось дожать последний очаг сопротивления…
Когда дом взорвался.
Всего мгновение назад он стоял на месте, а потом внезапно исчез чёрном облаке пыли, за мгновение до которого можно было заметит красный шар взрыва. Мощность была такая, что солдат обдало мощным порывом ударной волны. Куски кирпича и бетона долетали даже досюда. Один пролетел совсем
