— Но ты здесь была со мной так добра. Ты такая сильная и смелая. Ты говоришь, что тебе стыдно за свое прошлое, но наверняка благодаря ему ты умеешь переносить такие страдания. Ты смогла ударить Рикардо стулом. Я не знаю, почему ты это сделала, но я хочу тебя за это поблагодарить и сказать, что я была неправа насчет тебя и что я тебя люблю и мне жаль, что я была такая негодяйка.
Белла отвернулась, чтобы Крисси не видела, как она плачет. Смешно, что в их теперешнем безрадостном положении от этих слов Крисси она почувствовала себя очень счастливой.
— Ласло тебя совсем не понял, — сказала Крисси, — и когда мы — то есть, если мы — не хочется сглазить — выйдем отсюда, я расскажу ему, какая ты хорошая.
Она сильно закашлялась. Кашель не проходил, пока Эдуардо не принес ей стакан воды.
— Надо было дать ей чего-нибудь покрепче, — сказала Белла.
— Скоро принесут лекарство от кашля, — пообещал Эдуардо.
Глава двадцать первая
Ожидание было невыносимым. Белла вслух читала рассказы из «Уименз оун», разыгрывая в лицах диалоги, чтобы рассмешить Крисси. Наконец та забылась беспокойным сном. Белла удивлялась, что ее не будили сильные приступы кашля.
В двухчасовых новостях о похищении опять не упоминалось, но ближе к вечеру Белла почувствовала, как среди бандитов усиливается беспокойство. Сразу после четырех часов, послышался шорох гравия, трижды постучали, дверь открылась и захлопнулась, и зазвучали громкие, резкие голоса.
Крисси проснулась.
— Я больше не могу, — захныкала она, — я не вынесу этого.
— Тихо, — одернула ее Белла. — Дай послушать.
Она сумела различить выговор Карло, низкий, властный голос Эдуардо и маслянистый Рикардо, но мягкого протяжного говора Диего слышно не было. У нее вспотели ладони. Надо сохранять спокойствие.
Тут же открылась дверь, с грозным видом вошли Рикардо и Эдуардо и потащили ее в большую комнату. Завернув ей руки за спину, Рикардо крепко их стиснул.
— Ты разговаривала с Диего? — спросил он. — Где они?
— Ой, мне больно, — захныкала Белла, скрывая ликование. — Откуда я могу знать, где он? Я все время была заперта. Разве здесь его нет?
Рикардо еще сильнее завернул ей руку.
— Ты ему нравилась. Он тобой увлекся. Ты ему голову заморочила.
— Ничего подобного, — с негодованием заявила Белла. — Никогда в жизни я не стала бы по доброй воле разговаривать с кем-нибудь из вас. А где он?
— Это не твое дело, — отрезал Эдуарде.
Они допрашивали ее беспрерывно. Разговаривала ли она с Диего? Какое настроение было у него прошлой ночью? Несколько раз они сильно ударили ее по лицу, но она была слишком возбуждена, чтобы обращать на это внимание.
Под конец она попросила у них сигарету.
— У нас ни одной не осталось, — сказал Рикардо. — Диего сбежал со всеми припасами.
Ее отвели обратно в комнату Крисси.
— Особенно не волнуйся и ничего у меня не спрашивай, — прошептала Белла, — но, кажется, дела пошли на лад.
— Расскажи, — оживилась Криссн,
— Лучше не надо. Если ты ничего не будешь знать, они не смогут из тебя ничего вытянуть.
Было слышно, что за дверью паника усиливается. А у нее росла надежда. Только бы они не напугались до такой степени, чтобы срывать зло на пленницах. Она вновь и вновь перечитывала этот проклятый «Уименз оун». Теперь она могла бы не глядя вышить жакет крестом. Но надо было чем-то себя занять, иначе она бы не выдержала.
Часы медленно тянулись в ожидании шороха шагов по гравию, но ничего не происходило. Она слушала по радио все сообщения подряд, но о них опять не упоминалось.
У Крисси усилился кашель, и это действовало Белле на нервы. Она вдруг запаниковала, что они заметят пропажу ее кольца. На пальце осталась светлая полоска. Может быть, сказать им, что оно соскочило, из-за того, что она так похудела, и она не смогла его найти?
Опять пришли Эдуардо и Рикардо и возобновили допрос.
— Про что он говорил с тобой прошлой ночью? Расскажи-ка нам еще раз.
— Да ничего особенного, в основном про своего сына. Он озабочен его здоровьем. Может быть, он позвонил домой, узнал плохие новости и расстроился?
— Тебе что-нибудь известно?
— Господи, откуда? Да если бы я знала, что он собирается сбежать, то постаралась бы от него не отстать.
— Прекрати эти шутки, — сказал Эдуардо.
— Мы начнем отрезать от вас куски и посылать их Эль Гатто по почте, — злобно высказался Рикардо.
Крисси всхлипнула.
— Он должен был уже получить твои волосы, — сказал Эдуардо. — Что послать ему в следующий раз? — Он взял ее руку и стал рассматривать пальцы. Белла замерла от страха, но тут же сообразила, что кольцо было не на этой руке.
Рикардо поводил в воздухе бритвой, потом поднес ее к лицу Беллы.
— Может быть, нам с Эдуардо поиграть в крестики и нолики?
— Давай, говори! — рявкнул Эдуардо.
— Я ничего не знаю, — пробормотала Белла, отшатываясь.
— Говори, — прошипел Рикардо.
Эдуардо вдруг напрягся.
— Слушай, — резко сказал он.
И сквозь биение своего сердца Белла расслышала слабое жужжание, словно в глубине комнаты заработал пылесос. Потом звук усилился и стал похож на жужжание рассерженной осы.
«Вертолет, — подумала Белла. — Слава Богу!»
Он явно не торопился, продолжая кружить над ними.
Эдуардо негромко выругался. Они с Рикардо вышли посмотреть. Снаружи донеслись их встревоженные голоса.
— Думаю, — сказала она Крисси, — что нас засекли.
Вошел Пабло и, заступив на вахту, стал читать книгу, но Белла заметила, что он читает неестественно медленно и глаза его смотрят в одну точку. Наконец он стал барабанить по обложке и бросать испуганные взгляды в сторону окна.
«Их загнали в угол, — радостно подумала Белла. — Загнали».
В соседней комнате Эдуардо что-то говорил Рикардо по-испански. Она не могла разобрать, что именно, и спросила Крисси:
— О чем они говорят?
— Спорят, когда сматываться: сейчас или подождать до темноты.
Красно-белое платье Беллы промокло от пота. Было нестерпимо жарко. Внезапно вспыхнула молния, за ней последовал страшный раскат грома, и гроза, собиравшаяся несколько дней, обрушилась на дом. Молния за молнией вспыхивали в небе, и свет их проникал сквозь щели задраенного окна. Дождь колотил по крыше как автоматная очередь.
В соседней комнате началась суматоха. «Господи, они собираются бежать отсюда, — подумала Белла. — Может быть, нас вовсе и не нашли. Может быть, в вертолете был просто фермер, возвращавшийся домой, или какой-нибудь политик, направлявшийся на встречу с избирателями». Снова пришел Рикардо и, вероятно, чтобы чем-то себя занять, возобновил расспросы и угрозы.
