и он довольно красиво подпел:
— А завтра скажем, что вчерааа.
Короче, я опять накачал Воробья газированными коктейлями и помог вытолкать ему «Чижика» на улицу. Пока он что-то там пьяно напевая себе под нос подкручивал, я успел сгонять в летницу и схватить шлем.
— Пока, пОляк, — помахал мне «рокер» и всё-таки завёвшись, потихоньку поехал по направлению к своему дому.
Я тут же напялил шлем, предварительно свистнув. Воробей оглянулся. Я, напялив шлем, помахал ему рукою. Он чуть не уебался со своего «Чезета», но успел выровняться и, дав газ на полную, свалил в закат.
***
На посту пришлось остановиться. Капитан был на месте и сидел в дежурке, что-то черкал в журналах.
— Тащ, капитан, тут парень какой-то вас ищет, — возвестил милиционер, остановивший меня и ржавший надо мной, когда я потребовал провести к старшему.
— О, так это наш, — обрадовался милиционер и, выйдя из-за стеклянной перегородки, поздоровался со мной, чем озадачил сопровождавшего мента.
— Дядь, Миш вам передали, когда и во сколько заехать на массаж? — спросил я.
— Да нет, а ты чего, договорился где?
— Да я вчера ехал, вашему постовому передал всё: во вторник и четверг к девяти вечера в триста первый кабинет, в санатории.
— Аааа, блин, вот к чему эта записка у меня была: «Вт, четверг триста один», воскликнул капитан, — а я и не понял, думаю, что за бред!
Мы ещё поболтали, подошёл знакомый сержант Юра, который курил. Меня проводили до мотоцикла, расспрашивая про работу. Я завёлся. Потом чуть подумал и, вытащив из багажника пачку «Мальборо Лихта», окликнул сержанта:
— Юр, ты американские куришь ?
Сержант обернулся:
— Ну да! Если угощают!
— Угощаю, лови! — и я кинул ему пачку.
Сержант, ловко сдёрнув с головы фуражку, поймал в неё пачку и одобрительно помахал рукой.
***
Загнал в гараж мотоцикл, забрал вещи и крадучись пошёл к своему чердаку.
Девчат по дороге не попадались и я, спокойно добравшись, замаскировался и минут через пятнадцать заснул сном праведника с красивыми бровями.
Как обычно с утра, я прибежал к зданию администрации раньше всех и висел на турниках, пытаясь закрутить солнышко.
Начал подтягиваться народ. Семён с Валькой запаздывали. Подошёл Карпыч, поржал с меня и, запрыгнув на турники, сделал без остановки раз шесть подъём-переворотом. Подошёл моторист Руслан, и я ему тайком отдал оставшуюся сумму за пугач. Моторист радостно ухмыльнулся и в предвкушении чего-то там потер руки.
— Да не на синьку, — пояснил он мне, — ружьё делаю подводное своё, мне пружины хорошие нужны и ещё кое-что по запчастям.
Блин. А он походу и не синяк, может просто от скуки хлещет. Мне потом Карпыч рассказал, что у Руса иногда бывает «тихая белочка». Выпьет и сидит возле магнитофона, афганские песни слушает. Драться не лезет, не орёт. А мастер он действительно на все руки, всё что угодно починить может. Ну, посмотрим. Динамики-то я взял с собой и магнитофон с каморки прихватил с десятком кассет.
Прибыл Семён с Валентиной, быстренько провёл инструктажи и разогнал всех по рабочим местам. Я заскочил к Валюхе, забрал эротику про голых с пистолетами и отдал новые. Валька пристально посмотрела на меня и наморщила лоб.
— Анджей, фильмец вообще угарный, ржала как кобыла, — оповестила она, продолжая бросать пристальные взгляды.
— Да там же эротика, чего там смешного? — не понял я.
Валька ещё больше закатилась в хохоте. Я непонимающе пожал плечами и презентовал ей пачку «Мальборо». Медичка тут же схватила пачку и довольная предложила выйти «подышать», да меня на пирс проводить.
— Андж, нихера не пойму, тебе брови кто делал? — спросила Валюха, выпуская струйку дыма и снова всматриваясь мне в лицо.
Никто из мужиков даже внимания не обратил. А вот тут придирчивый взгляд.
— Да так, — обрехался я. Нагнувшись к пакету, достал иностранную конфету на палочке и вручил медичке. При этом шорты чутка предательски сползли на жопу.
— Клёвые трусишки, — заценила Валюха и ущипнула меня за жопан, — у фарцы берешь?
Я еле отбрехался и, пообещав рассказать Вальке про брови потом, смылся на пирс к Карпычу, которому было пофиг на брови и иностранные трусы.
По расчасовке мы были вторые, и «Восток» пока стоял на стапелях. Миша ходил вокруг катера, проверял краску, колупая ногтём и вяло позевывая.
Я показал Руслану динамики, тот покрутил их в руках, понятливо кивнул и пошёл к мичману. Они о чём-то побеседовали, и Миша скинул крышку радиостанции. Руслан притащил из гаража какие-то причиндалы и, размотав с большой катушки электрический удлинитель, достал паяльник и какую-то хрень в коробочке. Буквально через пятнадцать минут свистнул меня. Я, от нехрен делать, бегал по мелководью, высоко задирая ноги и разминая плечевой пояс.
— Анджей, держи хер бодрей, иди, принимай работу, — снова позвал меня моторист.
Тут и Карпыч с моим пирожком в зубах подтянулся. (Ведь всё сожрёт, до обеда ничего не останется).
Руслан припаял проводки и закрепил динамик прямо на корпусе радиостанции сверху, так чтобы крышка нормально захлопывалась. Сделал вывод от бортовой сети на питание магнитофона. Что-то соединил проводками. Теперь радиостанцию было слышно открытым ухом, а при помощи магнитофона можно было менять громкость. Ну, а магнитофон можно было просто слушать, чем мы сразу же и занялись, спустив «Востока» на воду.
— Спсатиииль трицать адиин к администрации подойдите на задачу, — прохрипела очень противно радиостанция. Я аж вздрогнул. Блин, а как противно-то! На громкой связи пипец, как звучит.
Карпыч матернулся, ему ещё хотелось полежать на карематах под солнышком. Видно ночь была бессонная, но пришлось идти.
Вернулся он быстро, с глазами, полными безысходности и тоски.
— Анджуха, нам пиздец! — взвыл он и потряс в сторону моря кулаком.
— Чего, Миш? — не понял я.
— Пионеры, блять! — ответил непонятно Миша и, схватив каремат, закинул его на катер, — Шишка подлый знал, что это случится, вот почему он сейчас на патруле, — продолжал он стонать.
— Вам пиздец! — подтвердил Руслан, слушавший магнитофон и выставлявший уровни громкости динамика. Техник от греха подальше спрятался в своём гараже и не отсвечивал. Миша долго и обстоятельно беседовал по радио с Центральной.
Уточнил время, есть ли достаточное количество спасиков, какой лагерь, сколько взрослых, какую программу нам надо отработать. По-моему, так
