— С Земли, — ответил он, — то есть с Затлаха, что на нашем языке и значит «Земля». Люди назвали мою планету Водан. Это было еще во времена, когда они не исчерпали запас земных наименований для планет. Теперь по большей части используются названия, почерпнутые из языка наиболее развитой местной цивилизации — как, например, Икрананка.
— Ты, должно быть, хорош в сражении, — задумчиво произнесла Стефа, и ее рука скользнула к кинжалу на поясе.
Адзель поморщился:
— Ох, ради Бога. Мы — мирный народ. Мы такие большие и бронированные только потому, что природа Водана рождает гигантов. Видишь ли, наше солнце принадлежит к типу F и находится неподалеку от Регула. Оно изливает так много энергии, что, несмотря на силу тяжести, в два с половиной раза большую, чем на Земле, жизненные формы развиваются массивными и…
— Закрой свое реактивное сопло, ты, болтливый варвар, — перебила его Чи Лан. — Пора заняться делом.
Адзель с трудом сдержался.
— Коллега, — прорычал он, — весьма невежливо выражать презрение к другим культурам. Хоть мои соплеменники и простые охотники, наше искусство не уступает никакому другому. Когда я удостоился стажировки на Земле для изучения планетологии, я подрабатывал, исполняя партию Фафнира[5] в оперном театре Сан-Франциско.
— А также участвуя в качестве дракона в китайских новогодних шествиях, — ядовито добавила Чи.
Фолкейн стукнул кулаком по столу.
— Уймитесь, вы оба! — рявкнул он.
— Но откуда на самом деле происходит… э-э… госпожа? — спросила Стефа.
— Со второй планеты Эридана А, — ответил Фолкейн. — Люди-первооткрыватели назвали планету Цинтия, в честь жены капитана корабля.
— Как я слышала, — промурлыкала Чи, — женой она ему не приходилась.
Фолкейн снова покраснел и украдкой взглянул на Стефу. Но девушка совсем не выглядела смущенной; да и если учесть те выражения, которые у нее вырвались недавно…
— В те времена их уровень развития примерно соответствовал античной Александрии, — продолжал он. — Они как раз открыли научную методологию. Но у них нет городов, хоть торговля и развита. Так что они быстро нашли общий язык с Торгово-технической Лигой. — Фолкейн устыдился своей болтливости и замолчал.
Чи изящной шестипалой рукой стряхнула пепел с сигареты. Даже когда она выпрямлялась во весь рост, она едва достигала девяноста сантиметров в высоту. Обычно же она предпочитала опираться на все четыре конечности, свернув свой великолепный хвост кольцом на спине. Ее круглая голова была непропорционально большой, с короткой черноносой мордочкой, аккуратными маленькими ушками и кошачьими усами. Вся Чи Лан, кроме темной маски вокруг огромных сияющих золотых глаз, была покрыта белым пушистым мехом. Своим тонким голосом она деловито произнесла:
— По-моему, нам следует разобраться в той ситуации, в которую ты попала, свободнорожденная госпожа Карле. Нет, прости, лейтенант Карле, — так правильно? Как я поняла, ваши предки оказались высажены в здешних местах?
— Да, — кивнула Стефа. Она снова вернулась к подчеркнутой осторожности в разговоре. — Они почти сразу стали сталкиваться с местными жителями — иногда на поле битвы, иногда мирно. Сражения показали, что люди сильнее и выносливее икрананкцев. Здесь же войны не прекращаются. Не лучше ли быть хорошим солдатом, чем батрачить в полях или на шахте? Так с тех пор и повелось — каждый эршока, достигнув должного возраста, поступает на воинскую службу. Тё, кто не может уже сражаться, получают чин квартирмейстера или другой подобный.
Фолкейн заметил шрам на руке девушки. «Бедное дитя, — подумал он. — Все должно быть иначе. Ей бы танцевать и развлекаться на Земле — со мной, например. Она слишком милая, у нее слишком нежное сердце, чтобы…»
Глаза Стефы блеснули.
— Я слышала, старики говорили, что на других мирах все время воюют. Не нужны ли там наемники? — заинтересованно спросила она.
— Что?! Э-э…
— Я хорошо сражаюсь. Видели бы вы меня в битве при Яндже! Ха! На наши порядки напали кавалеристы. Одну зандару я насквозь проткнула пикой. — Стефа вскочила, выхватила меч и начала размахивать им в воздухе. — Я снесла голову всаднику одним ударом! Она так и покатилась! Я повернулась и разрубила другого нападающего — от плеча до бедра. Тут на меня слева кинулся спешившийся воин. Я заехала ему щитом в лицо, прямо в клюв. Потом…
— Остановись! — простонал Адзель и зажал уши.
— Нам нужно прояснить ситуацию в целом, — поспешно вмешался Фолкейн. — Ты враждуешь с катандарским императором?
Стефа сдержала свой боевой порыв, снова села и протянула стакан за новой порцией выпивки. Заговорила она сдержанно ц осмотрительно.
— Эршока стали служить первому властителю из династии Джадхади, когда старая империя распалась. Они помогли ему оседлать Зверя Катандары, восстановить и расширить империю; с тех пор они — личная гвардия всех императоров и основа армии. В недавние времена они захватили Рангакору в Сундрадарте к востоку от Сумеречного хребта. Это — самая важная твердыня. Хоть она и не перекрывает дорогу к основному перевалу в горах, земли вокруг богаты источниками, а это делает провинцию самой богатой в Чакоре.
— Хаос побери вашу поганую геополитику! — перебила ее Чи. — Почему тебя преследовали солдаты императора?
— Э-э-э… Я не знаю доподлинно. — Стефа отхлебнула из своего стакана. — Не лучше ли, если сначала вы расскажете о себе? Тогда, может быть, удастся понять, почему Джадхади Третий держит вас здесь, а не в Катандаре. Или его резоны вам известны?
Адзель покачал своей огромной головой.
— Нет, — ответил он. — Более того, мы не знали, что находимся в карантине. Некоторые намеки, конечно, были. Нам на самом деле показалось странным, что до сих пор мы не приглашены в столицу, да и местные жители мало общаются с нами. Как-то мы на флиттере отправились осматривать окрестности и увидели военные укрепления неподалеку; потом Гудженги потребовал, чтобы мы больше не летали. Он сказал, что вид летательного аппарата вызывает слишком сильный страх у местных жителей. Мне не хотелось бы обвинять его в том, что он темнит, но это объяснение производит впечатление притянутого за уши.
— Правду сказать, вас здесь держат в изоляции по приказу императора, — мрачно произнесла Стефа. — Жителям других мест запрещено появляться в Хайякате, а местным не позволено покидать здешние края. Это плохо для торговли, но… — Фолкейн собрался было спросить, почему она сама нарушила запрет, но девушка продолжала: — Скажите мне, как вас занесло в эту Богом забытую дыру? Почему вообще вы явились на Икрананку?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
