— Продвигается.
— А самочувствие жены?
— Улучшается.
Кэйри сунул в рот жёвательную резинку и сосредоточенно заработал челюстями.
— Прекрасно. — Кэйри пытливо смотрел на меня. — И что за причина, по которой вы явились сюда, мистер Холлидей?
— Достаточно важная. Я хочу заявить, что Мендон не виновен в убийстве Рут Маршалл.
— Вот как? — Маленькие глазки Кэйри удивленно расширились. — И на каком основании вы можете утверждать это, мистер Холлидей?
— В ее убийстве повинен человек, называющий себя Уилбуром. Он наркоман и недавно освобожден из тюрьмы под подписку о невыезде.
— А что дает вам основания полагать, что это именно он убил Рут Маршалл?
Я глубоко вздохнул.
— Я это знаю. Именно по показаниям Рут Маршалл Уилбур был осужден на двадцатилетний срок заключения. Едва оказавшись на свободе, он тут же принялся разыскивать свою бывшую сожительницу, но это ему до поры до времени не удавалось. Именно я сообщил Уилбуру адрес, по которому в данный момент проживала Рут Маршалл. А днем раньше предупредил Вассари, что копы напали на его след. Когда Уилбур нагрянул в бунгало, где проживала Рут Маршалл, Вассари там уже не могло быть.
Кэйри взял в пальцы карандаш и принялся постукивать им по столу. Его одутловатое лицо ничего не выражало.
— Интересные факты, но не совсем понятно, откуда все это вам известно. Когда вы познакомились с Уилбуром?
— Это длинная история. Может, будет лучше начать с самого начала?
— Как пожелаете. — Кэйри не сводил с меня пытливого взгляда. — Мне некуда торопиться.
— Я хочу дать компрометирующие меня показания. Не будет ли уместным позвать кого-то еще, чтобы должным образом запротоколировать их, дабы не тратить потом время на повторение?
Кэйри нахмурился и механически почесал кончик носа.
— Вы это серьезно?
— Серьезнее некуда.
— Как скажете.
Он выдвинул ящик стола, вытащил портативный магнитофон, поставил напротив меня и нажал кнопку записи.
— Валяйте, мистер Холлидей.
Взяв в руки маленький микрофон, я принялся рассказывать о том вечере, когда впервые встретился с Рут Маршалл, как спас от рук Уилбура, как она навела на него копов, после чего тот был осужден на двадцать лет. Подробно остановился на ее необыкновенном голосе и о моей попытке стать ее антрепренером, о том, как сделал все возможное, чтобы излечить ее от этой пагубной привычки, и о том, как мы проникли на киностудию, чтобы добыть денег.
Кэйри не проронил ни слова. Тяжело дыша, он уставился на покрытый пылью письменный стол и лишь время от времени посматривал на медленно вращающиеся бобины магнитофона. Только когда я перешел к обстоятельствам убийства охранника, он мельком глянул на меня, но тут же снова отвел взгляд.
Далее я поведал о том, как вернулся в родной город, как окончил университет, как совместно с Джеффом Осборном организовал строительную фирму, как через несколько лет напряженного труда нам был предоставлен контракт на строительство моста, о появлении моего фото в журнале «Лайф» и последующем за этим шантаже со стороны Рут Маршалл. Упомянул я и о несчастном случае с женой, и о том, как отчаянно нуждался в деньгах на ее лечение.
— Именно по этой причине я принял решение убить шантажистку. Но вскоре понял, что на это у меня кишка тонка. Мне удалось разыскать в бунгало револьвер, из которого Рут застрелила охранника. — Я вынул из кармана револьвер и положил на стол. — Вот это оружие.
Кэйри наклонился, внимательно осмотрел револьвер, что-то промычал и вновь откинулся на спинку стула.
— Разыскивая в бунгало револьвер, я наткнулся на коробку с письмами. Одно из них было послано некой Клэр Саймон…
— Знаю, знаю, — прервал меня Кэйри. — Мы тоже обнаружили его, так что я знаю содержание.
Замолчав, я с удивлением глянул на инспектора.
— Так почему, в таком случае, вы сразу не занялись поисками Уилбура?
— Продолжайте показания, мистер Холлидей. И что вы предприняли после прочтения письма?
— Приехал в Лос-Анджелес, отыскал Уилбура и сумел передать ему адрес Рут Маршалл вместе с тридцатью долларами на поездку в Санта-Барбару. Уилбур, как мне удалось узнать, действительно в тот же день исчез из города. Это было как раз в день смерти Рут Маршалл. Так что нет сомнений в том, что это именно он убил ее.
Кэйри протянул руку и выключил магнитофон. Затем раскрыл пухлую папку, лежащую на столе, и начал быстро просматривать бумаги, находящиеся там. Отыскав какое-то письмо, он протянул его мне.
— Не та ли это записка, которую вы ему писали?
Я сразу узнал почерк, и сердце мое екнуло.
— Как она оказалась у вас?
— Найдена в гостинице «Андерсон». Уилбур так и не получил ее.
Пот выступил у меня на лбу, и пришлось вытащить носовой платок, чтобы вытереть его.
— Не получил? Как же так! Не понимаю, о чем вы!
— Не получил, — уверенно повторил Кэйри. — Ваше послание было доставлено в гостиницу утром семнадцатого, а Уилбур был арестован ночью. Он физически не мог получить ваше письмо, так как был арестован за распространение наркотиков и отправлен в тюрьму штата отбывать оставшийся срок заключения. — Кэйри вновь взял в правую руку карандаш и принялся постукивать им по столу. — Обнаружив письмо Клэр Саймон, я немедленно связался с полицией Лос-Анджелеса, и мне сообщили, что он уже арестован. Утром следующего дня администрация гостиницы передала ваше послание, а те переадресовали его мне. Мы ничего не стали предпринимать в отношении Уилбура, так как тот не только не мог убить Рут Маршалл, но даже не получил вашу записку.
Как загипнотизированный я смотрел на Кэйри, не в силах заставить себя поверить в услышанное.
— Так кто же в конце концов ее убил? — выдавил я.
— Ну и упрямый же вы человек, — скучным тоном отозвался Кэйри. — Сколько можно повторять: ее убил Джек Мендон. Имеются неопровержимые доказательства этому. Он изменял Рут Маршалл. Еще в Санта-Барбаре он познакомился в Памелой Тэрри и по уши влюбился в эту красотку. Рут каким-то образом узнала о их связи и пригрозила, что выдаст его полицейским, если тот не прекратит интрижку с Памелой. Мендон и так уже собирался делать ноги, а тут еще ваш звонок. Более чем убедительный повод для бегства. Но Рут Маршалл не сомневалась, что он хочет отделаться от нее, и набросилась на Мендона с ножом. В завязавшейся потасовке Мендон убил ее. В качестве улики у нас имеется нож, которым было совершено убийство, имеется испачканный кровью убитой костюм Мендона. Наконец, у нас имеется его признание в факте совершения убийства сожительницы.
Я не сводил взгляда с Кэйри, слишком ошеломленный, чтобы что-то сказать. Замолчав, Кэйри выжидательно смотрел на меня, равномерно постукивая карандашом по столу. Поняв, что мне нечего возразить, он продолжал:
— Итак, мистер Холлидей, своим признанием вы поставили себя в крайне щекотливое положение.
— У меня не было ни малейших сомнений в том, что именно Уилбур виновен в смерти Рут Маршалл, — хрипло сказал я, — и не хотел, чтобы в этом обвинили Мендона.
Кэйри нажал кнопку перемотки магнитной ленты.
— А чего ради, скажите мне, вас должна была беспокоить участь такого законченного мерзавца, как этот гангстер? — Кэйри снял катушку с лентой и положил ее на стол.
Ни один человек, если он не хочет оказаться подлецом в собственных глазах, не мог бы на моем месте поступить иначе.
— Надо же, какой моралист… Обвинить вас в умышленном убийстве, скорее всего, не удастся, но лет пятнадцать тюрьмы вам тем не менее гарантировано. Интересно, как отнесется к этому ваша женушка? Она не возражала против того, чтобы вы сделали это идиотское признание, за которое полагается такой долгий тюремный срок заключения?
— Сара ничего не знает.
— Надо же! Сообщение о вашем аресте явится для нее настоящим потрясением, не так ли? — Злорадные нотки в голосе инспектора мне не понравились.
— Вам-то что до этого?
Кэйри наклонился, потрогал револьвер и вновь откинулся на спинку стула.
— А кто будет достраивать мост, если вы окажетесь за решеткой?
— Свято место пусто не бывает. Незаменимых людей нет.
— Что верно, то верно. — Стул под грузным телом Кэйри предательски заскрипел. — Вот и на моем месте с завтрашнего дня будет сидеть другой. Я и домой-то не успею дойти, как мои бывшие сослуживцы забудут о моем существовании… И все же, какая участь ожидает вашу жену? Остаться одной-одинешенькой в таком возрасте…
— Вам то что до того! Что сделано, то сделано, и пора расплачиваться по счетам. А вы делайте то, что положено в таких случаях.
Кэйри закрыл лежащую перед ним папку, отодвинул ее на край стола и взглянул на часы.
— Подождите минут пять, мистер Холлидей. — Прихватив револьвер и бобину с лентой, он с трудом протиснулся мимо меня и вышел из кабинета. Мне не оставалось ничего другого, как ждать.
