проговорила мама. Ее глаза то расширялись, то сужались, как будто она не могла сфокусировать зрение.
Да, мое преображение получилось более зрелищным, чем постепенные изменения, происходившие с Кейси. Но я бы не подумала, что его было достаточно, чтобы человек потерял дар речи.
Видимо, я ошибалась.
— Спасибо, миссис Уоррен, но мне надо идти, — сказала Лидия и изящно положила в рот одну-единственную виноградинку. — И я знаю, что у Алексис планы на сегодняшний вечер.
Мама кивнула, не сводя с меня глаз.
— Пойду попрощаюсь с Кейси. — Лидия повернулась и ушла. Я слушала стук ее каблуков цок-цок-цок — по полу, выложенному керамической плиткой.
Мама продолжала молчать.
Я стала беспокоиться, не стало ли ей плохо.
— Мам, тебе нравится?
— Алексис, ты выглядишь прекрасно, но…
Но? Какое еще «но»? С тех пор как я перешла в старшую школу, самым заветным маминым желанием было, чтобы я снова начала делать то, чего требуют социальные нормы. Покупать одежду в торговых центрах, следить за волосами, краситься со вкусом.
Я ожидала… не знаю чего. Что она закричит от радости. Захлопает в ладоши. Обнимет меня.
Никаких «но» я не ожидала.
— Мне очень нравится. Правда. Ты сногсшибательна, но…
Опять это «но». Я перешла в наступление.
— Я подумала, что пришло время меняться. Скоро уже надо будет начинать думать о поступлении. А еще этот конкурс фотографии…
— Просто… ты так изменилась, — сказала мама. — Сколько времени тебе понадобится, чтобы так укладывать волосы по утрам?
— Да их феном посушить, и все, — пожала плечами я.
Она внимательно осмотрела меня с головы до пят.
— Выглядишь ты совсем взрослой.
Сияние, согревавшее меня изнутри, потускнело.
— Я думала, ты обрадуешься.
— Милая моя. — Мама подошла поближе и обняла меня. — Я рада. Я просто немного в шоке, вот и все. И, знаешь, с тобой и до этого все было нормально.
Я высвободилась из ее объятий.
— Но почему бы не стать лучше? — холодно спросила я. — Если ты можешь это сделать?
На это она ничего не ответила. Просто вздохнула, но тут же попыталась исправиться и подняла руки вверх, показывая, что сдается.
— Наверное, мне просто не нравится то, что две мои малышки уже совсем взрослые.
Этикет требовал улыбнуться и притвориться, что ее слова меня утешили. Именно это я и сделала, хотя все было совсем не так. Я вышла из кухни, чувствуя, как возвращается неуверенность в себе. С облегчением завернув в коридор, я нашла Лидию и Кейси у двери в ванную. Они стояли и болтали.
Увидев меня, Кейси, похоже, совсем не удивилась.
— Разве она не чудо как хороша? — спросила Лидия.
— Она и раньше была ничего, — отозвалась Кейси. — Но… да, ты и правда выглядишь мило, Лекси.
Провожая Лидию до двери, я заметила, что она припарковала красный автомобиль своего папы прямо на дороге, у тротуара.
— Надеюсь, тебе не выпишут штраф, — сказала я.
— Штраф? — Она удивленно улыбнулась, как будто слышала это слово первый раз в жизни. — Тебе еще многое предстоит узнать, Алексис.
Многое узнать? Об Аральте? Мне очень хотелось спросить у нее, что именно мне о нем неизвестно, но я удержалась. Теперь, когда я понимала, что с головой влипла в эту историю, мне было невероятно интересно. Конечно, убеждала я себя, я знала, как опасно связываться с призраками. И, безусловно, я собиралась покончить со всем этим как можно скорее. Просто…
Я помнила то ощущение — как внутри меня бил фонтан из света. И мне хотелось еще.
— Свети, солнышко! — попрощалась Лидия, запрыгивая в машину.
Я вернулась в дом. Мама разговаривала по телефону.
— А вот и она. — Мама передала мне трубку. — Это Картер.
— Алло? — Я взглянула на часы. Было без трех минут семь.
— Привет, Леке.
— Что случилось?
— Слушай, прости, пожалуйста, но у меня сегодня не получится приехать. Я начал редактировать свою речь, и она совсем развалилась. Если я сейчас сделаю перерыв, мне придется сидеть с ней всю ночь.
— А, — проговорила я, возвращаясь в свою комнату и закрывая за собой дверь. На кровати стояли туфли, которые мы выбрали вместе с Лидией. Я скинула их на пол и присела.
— Тебе нужны свободные уши? Я могу зайти. Хочешь, принесу ужин?
— Это очень мило, — начал он. — Но мама уже приготовила мне сэндвич. И я не хочу тебя утомлять.
— Ты не утомишь меня, — возразила я. — И, похоже, тебе не помешает помощь.
— Нет, правда, я справлюсь, — сказал он. — Я вставляю в речь новые пункты, и, мне кажется, они должны… произвести большое впечатление.
— Очень хочу ее услышать, — проговорила я.
— Ладно, хорошо, — ответил он. — В общем, я немного занят. Если хочешь, могу позвонить тебе попозже.
— Если у тебя будет время. — Так бы сказала идеальная девушка. — Но если не будет, ничего страшного.
— Хорошо, — сказал он.
— Тогда пока.
Я уже хотела отключиться, когда услышала в трубке приглушенный голос:
— Ну что она сказала?
Мне показалось, что подо мной провалился пол. А еще стены, потолок и вообще все вокруг. И сама я внутри разбилась на тысячу кусочков.
Потому что я знала, чей это был голос.
Это был голос Зоуи.
Я сидела на кровати, словно оглушенная, и из моих глаз текли слезы. Потом я поднялась, скинула с ног туфли и направилась в ванную, чтобы смыть макияж.
На моих щеках остались угольно-черные следы, как будто на них пролили чернила.
Я уставилась в зеркало и увидела, как на моих глазах наворачиваются новые чернильно-черные слезы. Нужно было промокнуть их, пока они не закапали рубашку. Я схватила несколько салфеток и поднесла их к лицу. Опустив салфетки, я увидела, что они покрыты серыми пятнами, такими же, как те, что остались на рубашке Меган и на моих джинсах. Кое-где отметины были гуще, и я поняла, что они представляют собой ту же беспросветную черноту, что и жижа, залившая спиритическую доску.
Я не выкинула салфетки в мусорную корзину — там их могла увидеть Кейси. Я смыла их в унитаз, а потом принялась тереть свои щеки и продолжала, пока они не стали идеально чистыми. Когда я закончила, мочалку можно было выкидывать.
Теперь я стала не такой, как все. Нечто чуждое изменяло меня — всех нас — изнутри. Если мне нужно было напоминание об этом, я его получила.
«Свети, солнышко», — говорили мы друг другу.
Потому что иначе весь мир узнает, что на самом деле ты чудовище.
14
ТОЙ НОЧЬЮ я почти не спала. Когда будильник прозвенел
