– Где Жрец, как его зовут и где лаборатория? – спросил Эрик.
– Парковая 5, это где корпус Политехнического университета, – сказал тот, глядя за спину Эрика, – зовут его Андрей Бисенгалиевич…
Советник почувствовал за спиной движение и отскочив, пропустил мимо себя секретаршу, державшую в руке здоровенный кинжал, она кинулась снова, а сектант шарил под кроватью, явно в поисках оружия. Откинув секретаршу, на доставшего огромное ружьё Иннокентия, Эрик выскочил из спальни, столкнувшись с девкой, державшей в руках здоровенную дубину, уклонившись от неумелого удара, советник выбежал в следующий зал и запер за собой дверь, торчавшим в замке ключом. Зал был завален теми самыми катушками для открытия портала, их требовалось уничтожить, стащив и разломав быстрыми ударами стулья, советник накидал сверху бумаги и чиркнув спичкой, поджог импровизированный костёр. В дверь ломились, слышались удары приклада, сектант видимо не решался пока стрелять, костёр разгорался очень быстро, повалил едкий чёрный дым от плавившихся корпусов, внутри груды что-то звонко щёлкнуло и во все стороны полетели струи пламени. Эрик едва успел увернуться от огненных брызг, как внутри послышалось ещё несколько щелчков, советник не дожидаясь последствий метнулся из комнаты, захлопнув на ходу дверь. Всей спиной он ощутил жар, не оглядываясь Эрик бежал к лестнице и лишь пробежав пролёт, он бросил взгляд на дверь, вернее горящий как в топке проём.
Быстро спускаясь вниз, советник кричал о пожаре, мгновенно проникающем сквозь перекрытия, прожигая потолок и сжигая всё на своём пути, сектанты глядели на пламя с улыбкой, подставляя ладони под струи, наблюдая как горят их руки. Добежав вниз, Эрик увидел, что пламя уже добралось и сюда, потолок сохранился местами, мгновенно обугливаясь, выскочив на улицу, советник развернулся и кроме пламени ничего не увидел, в огне еле были различимы тающие на глазах стены и был сквозь рёв слышен вопль: «хвала Лучезарному!». Заметив начинающих собираться глазеть на пожар зевак, Эрик быстро зашагал вглубь квартала, вспоминая карту, Парковая улица была всего в трёх кварталах, нужно было поспешить, пока кто-нибудь не предупредил лабораторию.
Сектант не обманул, одноэтажная университетская лаборатория, судя по табличке имелась, зайдя внутрь, Эрик наткнулся на хорошо вооружённого охранника в бронежилете с автоматической винтовкой, тот преградил путь и потребовал пропуск.
– Я Высший из Антверпена, от Иннокентия, к Андрею Бисенгалиевичу, – сказал Эрик.
– А я из Пензы, от «Скорпиона», сам по себе, – нагло ответил охранник, – у вашего брата тут никаких прав, только с пропуском, да и Андрея Бисенгалиевича тут нет.
– Разговор не сложился, – вздохнул Эрик и вполсилы ударил охранника в грудь.
Подхватив автоматическую винтовку и вытащив из-за пояса охранника пистолет, советник направился внутрь: длинный коридор с шестью дверями заканчивался стеклянными дверями с расположенными там верстаками. Поочерёдно открывая двери, Эрик находил там письменные столы и стеллажи с документами, дверные замки отламывались при лёгком нажиме, в предпоследней комнате обнаружилась группа из трёх поедающих лапшу охранников, их советник отключил несколькими лёгкими ударами. Открыв дверь в цех, Эрик обнаружил пять готовых катушек и множество полуразобранных, в углу были сложены баллоны, такие же баллоны торчали и в катушках, видимо из них и вырывалось такое всесокрушающее пламя. Стрелять в баллоны Эрик не рискнул, зато внутри стояли многочисленные стеллажи с бумажной документацией, советник быстро сдвинул их к баллонам и опрокинул. Нагромоздив с десяток стеллажей, Эрик достал свои верные охотничьи спички и запалив какой-то отчёт, бросил его в импровизированный костёр, очень быстро разгоравшийся. Памятуя предыдущий опыт, советник со всех ног кинулся к выходу, на ходу сбив с ног троих в халатах и одного охранника, пламя взревело и начало пожирать здание как и в прошлый раз, жар был просто нестерпимым, поэтому советник выскочил на улицу.
На улице его поджидали двое с автоматическими винтовками, сразу открывшие огонь. Получив пару ощутимых тычков в рёбра и грудь, Эрик вскинул оружие и начал стрелять в ответ, винтовка стреляла длинной очередью и выпускала какие-то совершенно несерьёзные пули. Одного нападавшего Эрик уложил первым же выстрелом, а второй укрылся за деревом. Патроны быстро закончились, вытащив пистолет советник произвёл пару выстрелов и решил, что здешнее оружие вообще никуда не годится, малый абордажный привычно лёг в руку и рявкнув, прострелил дерево и охранника насквозь. Тут раздался визг тормозов, из фургона посыпались копии предыдущих охранников, только в касках с забралами и в бронежилетах, решив оборвать затянувшийся визит, Эрик вскинул револьвер и оставшимися пятью патронами расстрелял нападавших. Пулями их просто отбрасывало, вмятые грудные бронепластины торчали из спины, водитель фургона и несколько вооружённых пистолетами пассажиров, спешно закрыв дверь, взвизгнув задымившимися шинами поспешили удалиться. Перезаряжаясь, советник краем глаза следил за приближающимся мобилем.
– Запрыгивай, – сказал водитель, открыв дверь, – тут через минуту будет всё кроме танков.
– Спасибо, – поблагодарил советник.
– В размахе не откажешь, – объезжая лежащих на дороге охранников, сказал незнакомец, – секту спалить, лабораторию спалить, ОМОН расстрелять как перепёлок, это магнум 44 что ли?
– Простите? – не понял Эрик.
– Револьвер что за такой огромный? – спросил водитель.
– Малый абордажный, – пожал советник плечами.
– Он ещё и малый?! Не иначе модификация «Смит и Вессон 29», не видал таких, – резко повернул руль незнакомец, – залечь на дно есть где, часа два на улицу лучше не соваться.
– Да, вон туда до конца проспекта, потом направо к ломбарду, – показал Эрик.
– А, знаю, – кивнул водитель, – отличное место, тут начальник полиции города живёт и прокурорских с десяток, искать тут вряд ли будут.
Они вошли в квартиру, проверив старушку, по-прежнему безмятежно смотрящую в пустой аквариум, устроившись на кухне, советник поставил чайник, достал остатки вчерашнего ужина и приготовил импровизированную питу. Незнакомец с интересном следил за ножом в руке Эрика и ничего не говорил, отхлебнув чаю и жадно впившись в питу, наполненную мясом и овощами, он довольно закатил глаза. Советник разобрал и начал чистить револьвер, вызвав новые возгласы удивления.
– Чем обязан такой помощи? – начал допрос Эрик, – прошу прощения, забыл представиться и поприветствовать: здравствуйте, будем знакомы, Эрик Карлович Оллсон.
– Экие церемонии, – усмехнулся незнакомец и вытерев руку о свитер представился, – Сергей, здорово.
– Так чем обязан? – напомнил советник.
– Обязанности это по моей части, – с набитым ртом сказал Сергей, – я этих сектантов выслеживал по просьбе семей, из частных детективов мы.
– А в перестрелку зачем лезть?
– Так все мои полугодичные слежки разрешились одним ударом, вернее двумя, – хмыкнул Сергей, – я на пузе крышами прячусь, в бинокль гляжу, фотографии тышшами делаю, собрал досье размером с «Войну и мир», но прямых доказательств никаких. А секту прикрывали серьёзные люди, против таких даже папаши жертв, тоже люди непростые, ничего сделать без весомых доказательств не могли. Вот и ползал как змея. А тут прям Грязный Гарри с пушкой, бац – сектантов живьём спалил, бум – лаборатория как свечка, бабах – все коррумпированные полицейские разом. Отчего же не помочь хорошему человеку?
– Но это же серьёзное нарушение закона, – напомнил советник.
– Я вас умоляю, – скривился тот, – за ними тянется след, что плакать по ним даже матери не будут, сам если не из конторы прислан, тоже человек по всему шарящий.
– Ну по служебной надобности, – кивнул советник не вдаваясь в подробности, – может поделитесь информацией, мне бы ещё жреца этого найти.
– Две недели назад, появились у жертвенника в парке, с группой человек в двадцать, с тяжёлым вооружением, включая пару станковых пулемётов «Утёс» и РПГ с «Мухами», а потом как сквозь землю провалился, – доложился Сергей, – самих не видно, оттуда не уезжали – там у меня камеры, еду не носят, гадят по ходу в ведро. В день, когда они приехали сверкнул жуткий синий очень яркий свет на дворе, даже камера одна сгорела. Так, что там он должен быть.
