Вадима отдать? Если так, то даже не пытайся. Я уже всё решила, моего века хватит, чтобы внука на ноги поставить, а чужие советы нам не нужны, — обрубила она попытки наладить контакт.
— Я вам не советчик, — спокойно согласилась Мелана. — И меня никто не подсылал. Но поверьте, там… — она сделала многозначительную паузу и указала пальцем вверх. — Там совершенно по-иному рассуждают. Александра спокойно ушла, отдав сына в надёжные руки любимого мужа и матери. Она знала, что вам можно доверить самое дорогое, и доверила. Но время идёт, и заменить ребёнку погибшую мать сможет лишь приемная мать или мачеха, но никак не бабушка, понимаете? И отец в жизни мальчика играет первостепенную роль, а вы хотите Вадима лишить этого.
Мила, подперев руками подбородок, внимательно смотрела на Тамару Петровну. А та упорно не поворачивала к ней лицо, уставившись в окно, и утирая слёзы.
— Каждый ребёнок очень любит бабушку. Бабушка добрая, ласковая, готовая всегда помочь и защитить. А если вы будете стоять на своём, то у Вадима не будет ни мамы, ни папы, ни бабушки, а только что-то среднее в одном лице. Вы этого хотите для своего внука? А Саша, как думаете, она этого желала своему сыну?
— Хватит меня учить, не доросла еще, — закричала женщина. — Уходи! Не хочу с тобой больше разговаривать! И дорогу сюда забудь, — бесновалась она, наконец обернувшись к крёстной внука.
Их глаза встретились, и Мила крепко зацепилась за взгляд Тамары Петровны, не давая ей его отвести.
— Смотрите, что будет, внимательно смотрите и хорошенько запоминайте. Сейчас не я вам показываю, а вы сами всё видите. Только видите не абстрактно, как думаете, а детально, как будет в жизни. И поверьте мне, будет именно так.
Тамара Петровна заворожено смотрела Милке в глаза. На лице её была то живая радость, то мимолётная грусть. Погружаясь всё дальше и глубже, женщина становилась все серьёзней, во взгляде читалась обеспокоенность и иногда откровенный страх. На смену этому настроению пришла обреченность, безысходность и боль.
Мила сморгнула, прервав кино в голове у бабушки крестника, и встала из-за стола.
— Я загляну к Вадику, а вы посидите здесь, подумайте над тем, что вы увидели.
Казалось, что Тамара Петровна не реагирует, что она ещё там, переживает то, что увидела снова и снова. Мелана не стала ей мешать и пошла в комнату к малышу, который как раз проснулся и гулил у себя в кроватке. Какой славный. Вадим увидел крёстную, но не заплакал, а лишь нахмурил бровки.
— Привет, богатырь, — улыбнулась она ему и взяла на руки. Вадик смешно причмокивал губками и разглядывал Меланью. — Давно мы с тобой не виделись, какой ты большой вырос. А глазенки какие любопытные, — Мила, легко покачивая крестника, присела на диван.
В комнату молча вошла бабушка и села рядом. Тамару Петровну будто сдули, от гордости не осталось и следа, сейчас рядом просто усталая женщина, которая принимает нелёгкое для себя решение.
— Мила, скажи, всё, что ты мне показала — это правда?
— Я вам ничего не показывала, просто вы заглянули в отражение своих мыслей через меня, — продолжала тютюшкать малыша Меланья. — Когда вы думали о своей дальнейшей жизни, то не учитывали много нюансов, мелочей, ситуаций. А я помогла вам увидеть полную картину, с разных сторон, не учитывая мнения и установки, а как есть. Что вы увидели?
— Я увидела, как виновата перед внуком, — задумчиво сказала Тамара Петровна.
— А почему? В чём вы увидели свою вину? — мягко допытывалась Мила.
— Я всё поняла, поняла, — обессилено прошептала женщина. — Просто мне страшно, а вдруг они не справятся?
— Справятся, можете не сомневаться, — утвердительно кивнула Мила. — И вы всегда сможете прийти на помощь, поддержать, направить. Но не берите всё на себя, у вас в этой жизни своя роль, не стоит переигрывать.
— Да, наверное, ты права, — согласилась она. — А я ведь действительно устала, очень устала. Из офиса на удалёнку перешла, по ночам работаю, сплю урывками, хорошо, что хоть Вадим спокойный.
— Тамара Петровна, давайте сделаем так, я ещё не знакома с девушкой Лёхи, но обещаю, что обязательно с ней встречусь, пока в Москве. А там я вам скажу своё мнение, хорошо?
— Да, Милочка, это будет просто идеально, чтобы я попусту не нервничала, спасибо тебе, дай Бог здоровья.
— Вот и договорились, — Меланья улыбнулась и вручила Вадима бабушке. — Хороший парень растёт, крепкий. Повезло ему с бабушкой, хорошо кормит.
Тамара Петровна смущённо посмотрела на внука.
— Прости меня, мой хороший, чего то твою бабулю понесло не туда. Хорошо, что вовремя остановили. Спасибо, Милочка.
— Ну а теперь, для полной картины пока и папочку позвать, — предложила крёстная.
На секунду женщина замерла, а потом махнула рукой, отпустив ситуацию по новому руслу:
— Зови…
Значит так надо…
Лёха зашёл осторожно. Он вопросительно посмотрел на Милу, та одобрительно кивнула. Словно гора с плеч у парня свалилась, он выдохнул, заулыбался и пошёл в комнату здороваться с тёщей и сыном. Тамара Петровна ответила на приветствие зятя, но разговаривать ей с ним не хотелось, она старательно отводила глаза от счастливого папаши и вздыхала.
Наконец не выдержала и ушла в кухню, Меланья последовала за ней.
— С вами всё в порядке? — заботливо спросила девушка.
— Да, всё хорошо, просто мне тяжело на это смотреть сейчас. Я ж понимаю, что не права, но всё равно на него злюсь. Что мне делать? — поделилась переживаниями женщина.
— Ничего не делать, — улыбнулась Мила. — Время лечит, пройдет неделя или две, и у вас всё встанет на свои места. Вы главное не сдавайтесь, как почувствуете злость, так сразу улыбку нашего Вадимки вспоминайте, вон как играются.
Через дверной проём было видно, как малыш шлёпает ладошками по лицу папы, а тот дует ему в лицо, заставляя вертеть головой. Вадим улыбается, Лёха тоже, идиллия.
— Тамара Петровна, а может, мы с Вадиком погуляем, раз уж оба здесь, а вы отдохнёте часок? — предложила крёстная.
Довольная бабушка согласно закивала головой и стала собирать внука на прогулку.
Мила и Лёха шли по скверу между дворами.
