посольство для переговоров и тоже направим гонцов в Аквалию и Терран. Уверена, что приглашение на переговоры от двух стран будут звучать убедительнее, чем от одной.
— После Ущелья ты поедешь со мной в Фотью, я тебе уже говорил, тут не о чем спорить. Никуда я тебя больше от себя не отпущу, ни на шаг, — Татум начал вставать с кровати и обернувшись, поглядел в окно. Предрассветные сумерки тускло светились за окном. — Отдыхай. С утра выезжаем.
Глава 42
Алесса
Сбегу. Я просто потом сбегу от него. Нечего тут спорить, действительно.
Но то, что я сбегу от него обратно в Раант звучит как злая насмешка судьбы. Вот Форта надо мной веселится, наверное.
Мысли о планируемом побеге не покидали меня все четыре дня, что прошли от момента нашего отъезда из Клейма в Ущелье Потерянного Эха на поиски Цитадели Ордена Тантур Дисси.
В конце концов, у меня на руке до сих пор браслет телепортации. Так что путь мой будет коротким и безопасным. И нечего тут Татуму притворно переживать за мою безопасность. Вот разберемся с Орденом, а потом уже можно будет начать переговоры о свадьбе с их принцем заново. Если мы победим. Неправильно. Когда мы победим.
Вообще, путешествовать с игнийцем было очень комфортно. Татум заботливо укрывал меня на ночь теплыми одеялами и напрочь отказывался делить ночное дежурство, давая мне высыпаться. Сам он немного кемарил днём урывками на привалах. Не понятно, как он до сих пор еще держится на ногах без полноценного сна четвертые сутки?
Несмотря на неустанную заботу мужчины обо мне, само по себе путешествие нельзя было назвать приятным или беззаботным. Все три дня не прекращая лил дождь, так что вся наша одежда была мокрой насквозь. Для ночлега Татум умудрялся находить пещеры, в которых было более менее сухо.
Поддерживать всю ночь костер для тепла и просушки одежды получилось лишь в первую ночь. В двух других случаях пещеры заволакивало дымом от костра, нещадно щипавшим глаза и не дающим дышать.
Вдобавок, этот густой белый дым от мокрых дров напоминал мне неприятное ощущение от посещения тумана провидцев, вгоняя меня в печальное состояние нахлынувших обрывков мрачных видений.
К сегодняшнему вечеру я окончательно продрогла. Вечерние сумерки уже опустились на мрачное Ущелье Потерянного Эха, и я очень надеялась, что в этот раз нам повезет с пещерой и в ней будет тяга для того, чтобы мы могли развести костер и наконец согреться.
Татум уже долго выбирал место для ночлега, но к сожалению, нам никак не везло. Я видела, что и он сильно вымотан и устал. Чего доброго он и сам скоро из седла упадёт.
- Татум, давай остановимся в следующей пещере. Ну если не согреемся, так просто отдохнём, — я подъехала впритык к игнийцу и практически кричала на него, чтобы он мог меня услышать через шум дождя. — Вряд ли на четвертый день проливного дождя кто-то ещё за нами следит. Давай ты сегодня поспишь, а я подежурю?
— Посмотрим. Сначала надо найти сухую пещеру. Желательно хотя бы с небольшим количеством дров. Я промок и продрог до нитки. Ты сама как? — Татум шмыгнул носом, и, повернувшись ко мне, окинул меня взглядом.
Да-а, выглядел игниец очень плохо. Мертвенно-бледная кожа, синие растрескавшиеся губы, которые он постоянно облизывает. У него жар? Я заглянула под набухший от дождя капюшон. Мокрые волосы разметались и прилипли к лицу. В глазах нездоровый блеск, а на скулах слишком яркий румянец. Пота не видно из-за дождя, но уверена, судя по тому, как мужчина дрожит, пот явно есть.
Я протянула руку, чтобы коснутся его лба. Игниец медленно и как бы нехотя попытался уклонится, но не вышло. Ба-а, у него же лихорадка!
- Татум, у тебя жар! Всё , друг мой, ищем ближайшую пещеру, любую, и ночуем, иначе, не дай Витера, ты помрешь у меня к утру. Это не обсуждается! — возмущенно я воскликнула.
— Да всё нормально, не паникуй, — ответил Татум с некоторой задержкой. Боги, только бы этот бравый вояка не потерял сознание!
- Если ты упадёшь с лошади, я не смогу тебя поднять и брошу тут, имей ввиду! — зло выпалила я. — Так что держись в седле и быстрее уже выбирай нам пещеру.
- Не бросишь ты меня, моя принцесса, - усталым безжизненным голосом ответил игниец. — Мы связаны, ты забыла?
- Мы связаны? Ты о чём? — что за чушь он несёт, что опять о себе возомнил?
- О! Пещера. Пойду посмотрю, — проигнорировав мои вопросы, Татум неуклюже спешился и зашел в темную расщелину в скалах.
Форта наконец-то улыбнулась нам. Пещера оказалась подходящей. В ней были и тяга, и сухие дрова, и даже лошади влезли! Татум развел костер, а я промыла крупу и закинула в котелок сушеные овощи и мясо. Правда не такие уж и сухие они были из-за постоянного дождя, но вкус это не портило.
Покушав и отогревшись, мы с Татумом молча сидели в тишине, прислушиваясь к треску огня. Тепло сморило нас, и мужчина, не долго сопротивляясь, согласился наконец поспать. Укрыв его одеялом, я села поближе к свежему воздуху у выхода, чтобы не уснуть.
На улице барабанил дождь. Пытаясь занять себя, я достала свои записи о рунах, светившихся на обелиске в Клейме. Попробуем разобраться. Тут мне вспомнилось одно из видений, что явилось мне, когда я была потеряна в тумане провидцев.
Так, та светловолосая девочка наверняка я. Последний раз, действительно, именно в детстве я была непосредственно у обелиска Нанти. Свечения я не помню, но в видении девочка не смотрит на обелиск. А в последние года я лишь заходила в главный зал храма богини-вестницы, не проходя внутрь.
Итак, руны. «Послание», «пустыня», «жертва», «ребенок», «смерть». Начало понятное, на самом-то деле. Послание из пустыни — это наверняка про Мэггу, ведь она нам принесла много вестей со своей родины — Восточной Пустыни.
С «жертвой» и «ребенком» уже всё не так однозначно. Жертва-ребенок — это Вайр? Или это тот факт, что Мэгга забеременела, будучи в плену, от кого-то из своих насильников? Или то, как она потерялась в тумане провидцев, принеся себя в жертву. Возможно. Татума сам не помнит этого момента, к сожалению.
Кстати, как там Татум? Я обернулась.
Немой крик вырвался из моей груди и я вскочила.
Татум сидел с абсолютно прямой спиной, наполовину укрытый
