Всё равно вырваться не получается.
— Да я и не скрывал изначально, — Татум рассеянно взъерошил волосы ладонью. — Но когда я попытался тебе представиться, один раз ты меня перебила, а второй раз начала насмехаться. Так что я решил, что так даже интереснее: получше узнаем друг друга, не обремененные твоими скандалами о принуждении тебя к браку со мной, — игниец поднял на меня взгляд своих завораживащих изумрудных глаз. — Неужто за это время я тебе не понравился?
Вот ведь хитрый интриган. В точку. Понравился. Ещё как.
- Какая разница? Раз я всё равно должна выйти за тебя, — я постаралась ответить как можно равнодушнее. — Но я всё ещё не понимаю, к чему весь этот спектакль⁈ Вот ведь любишь ты розыгрыши, гадкий шутник! То Борва подошлёшь, то личность свою скрываешь, играя роль простого бравого вояки. Клоун какой-то, а не наследник Игнитума. А что эта красная сфера была вокруг тебя, ты что, тоже маг? — я решила сменить тему.
— Судя по всему, да. Я и сам удивлён, — ответил Татум, отводя взгляд. Врёт что ли⁈
— И какой же ты маг, как ты думаешь? — сделаю вид, что поверила пока. С этим хитрым принцем надо держать ухо востро.
— Видимо, я маг огня и дракон-оборотень, — сухо сказал игниец. А вот это уже интересно…
— Дракон⁈ А какого цвета ты дракон? — мысли летели вперёд. В моих видениях было три дракона: черный, зеленый и золотисто-красный. Сфера игнийца была красного цвета, а в последнем видении на меня напал зелёный дракон…но он и на змея напал…
— Изумрудного, в цвет моих глаз. Как и у всех драконов, — ответил Татум и вновь посмотрел на меня своими искрящимися зелеными всполохами изумрудными глазами.
Значит зелёный дракон, всё же, меня спасал, а не нападал… Вдруг мне стало очень неуютно. Лежу тут в обнимку с женихом. Наедине. Да ещё и так близко лицо это его красивое, аристократическое. Так и хочет потянуться к нему… или что бы он… надо срочно менять тему.
- А ты знаешь, что означают всполохи маленьких зеленых молний в твоём взгляде? Я вижу в твоих глаза отражение своих. И мои тоже искрятся похожим образом, — я, сглотнув ком в пересохшем горле, отвела взгляд. Повисла тишина.
— Да, знаю, — тихо прошептал Татум после минутной задержки. — Это значит, что мы истинная любовь друг друга.
Глава 45
Татум
Наблюдая с вершины скалы, выступающей над ущельем, за снующими внизу работорговцами, я думал о том, что до сих пор не знаю, как отличить жреца Морры из Ордена Тантур Дисси от обычного человека. Как их распознать среди десятка людей, копошащихся в лагере? Или все тут культисты?
Мы с Алессой наткнулись на этот место вчера и пока лишь наблюдали за происходящим. Все работорговцы носили красно-желтые ленточки, вплетенные в волосы и одежду, как и те мерзавцы в Восточных Пустошах. В городе же никто из тех торговцев в лавке «Айдернис и сыновья» не носил этих лент. Хотя один из них был тут — всё тот же Найджел. Он, кажется, руководил группой.
После нашего, пусть и не до конца откровенного, разговора по душам в пещере пару дней назад принцесса Аэратты заметно поутихла в своём гневе. Но мне до сих пор кажется, что это — напускное. Она пока просто скрывает свои истинные эмоции.
Я так и не смог ей признаться про содержание пророчества, говорившего, что я должен её убить, чтобы спасти мир. Как мне ей об этом сказать⁈ Как мне это теперь сделать, когда я по уши влюблен в эту девушку? Временами своевольную и капризную, но такую отважную и самоотверженную? Готовую пожертвовать собой ради попытки спасти меня, как тогда она поступила в Клейме.
Когда Шэд захватил мой разум пару дней назад, я оказался, как будто бы, не только отрезан от контроля за своим телом, но и отсутствовал в реальности в принципе. Я не помню ни того, что делал Шэд в моём теле, ни того, о чем они с прицессой говорили. Судя по всему, он и открыл Алессе, кто я. Что он ещё сказал ей? Это терзало меня. Но я боялся сказать лишнего, начав задавать вопросы, пока сам ещё не был готов к разговору.
В этой затаившейся тишине мы и продолжили свой путь, пока не наткнулись на лагерь работорговцев. И вот теперь, наблюдая за бандитами, я осознал, что и Алесса тоже поглощена все эти дни какими-то, видимо не очень приятными, мыслями, раз молчит и не спорит.
Между тем, в лагере наметилась какая-то излишняя оживлённость. Слава Богам, а то я устал уже пол-утра лежать в раскоряку здесь, на обдуваемой всеми ветрами скале, в одной позе. Алесса тоже вытянула шею, приглядываясь к происходящему внизу.
Ажиотаж вызвал человек в длинном черном дорожном плаще, пришедший с юго-запада, со стороны, противоположной расположению Клейма. Люди в лагере переполошились, подбегая к дороге и кланяясь ему. Видимо, какая-то местная шишка. Или главарь.
Мужчина прошёл лагерь насквозь и скрылся в командирском шатре знакомого нам по Клейму Найджела. Через пару минут один стражник, выйдя из палатки, подозвал бандита, сидящего у костра, и передал ему какое-то указание. Тот, позвав пару товарищей, подошёл к клетке, в которой содержались пленники, в основном женщины и дети с типичной внешностью аэраттцев в грязных оборванных одеждах.
Работорговцы вывели часть людей из клетки и связали всех узников в одну длинную цепь. Двенадцать человек. Много. Надо их обязательно попытаться спасти, хоть это и не приоритетно, в данном случае, как бы жестоко это не звучало. Важно разведать обстановку и скоординировать усилия всех королевств по предотвращению распространения этого культа.
Но это не значит, что я не попытаюсь спасти этих людей.
Алесса напряглась и чуть привстала, когда один из разбойников начал избивать плетью одну из женщин-пленниц. Я аккуратно взял её кулак в свою руку и тихонько сжал, обратив на себя внимание. Она тревожно дёрнулась, но посмотрела на меня.
— Мы обязательно попытаемся их спасти, — практически беззвучно прошептал я.
Она в ответ кивнула и расцепила кулак, переплетая наши руки. Сжала мою ладонь в ответ своими маленькими хрупкими пальчиками. В её красивых синих глазах стояли слёзы, а сам цвет сменился с кобальтового практически на чёрный. Лицо Алессы исказилось гневом и презрением. Скорее всего, глядя на происходящее
