Красный от гнева и раздувшийся от пива, он притащил Реклу в дом за волосы и поставил перед матерью.
— Вот что вытворяет твоя дочь-чудовище, которую я согласился воспитать! Выслеживает кроликов в лесу и вон как забавляется! Что еще я мог ждать от такой ни на что не годной женщины, как ты? Только такую дочь!
Может быть, тогда все было не хуже, чем в другие разы. Мать убегала от отца и кричала, он гонялся за ней, деревянные стулья трещали, разбиваясь о пол.
А она стояла в углу, зажав руками уши, но все равно слышала каждое слово, все слова до единого. Они проникали в уши сквозь ее ладони и вонзались в ее мозг.
— Я спас тебя от позора, когда согласился жениться на тебе! Никто бы не взял тебя, а я это сделал, хотя мне совершенно не были нужны ни ты, ни эта глупая девчонка!
Неправда, неправда!
Рекла сильнее прижала ладони к ушам, но слова родителей смешивались с теми, которые произнес когда-то тот мальчишка.
— Я никогда ее не хотела! И тебя не хотела тоже! — закричала ее мать. — Это ты бросился мне на шею. — Ее голос прерывали всхлипыванья. — Думаешь, я не пыталась устроить выкидыш раньше, чем стало поздно? Я хотела избавить себя от всего этого, но мне не удалось! Будь проклят тот день! Будьте вы прокляты, ты и она!
Неправда, неправда!
Рекла открыла глаза. Они были полны слез, и единственное, что она смогла увидеть, был блеск чего-то, лежавшего на столе. Он околдовал ее так же, как когда-то вечером сверкающий осколок стекла. Это был нож, которым ее мать резала зелень.
И тогда Рекла ударила. Два удара — и ее отец упал на пол вниз лицом. Мать смотрела на нее с такой ненавистью, что Рекла потом никогда не могла забыть этот взгляд. На мать хватило одного удара. Тогда крики прекратились, и в доме стало тихо. Эта странная тишина несла в себе покой, и Рекла беззвучно заплакала.
Она убежала. Она перешла все границы. После того, что она сделала, для нее не было пути назад. Она использовала свои знания об охоте и жила, бродя по лесам. Ее лицо появилось на стенах домов, нарисованное на объявлениях, в которых обещали награду за поимку преступников. Люди смотрели на объявления и качали головами. Теперь все знали, кто она и что способна сделать.
«Я плохая».
Если бы тот человек пришел на день позже, она бы умерла. Она бы перестала бороться, прекратила охотиться и дала бы себе умереть. Ей было двенадцать лет, и уже — ни малейшего желания жить. Ее разрывала на части огромная тяжесть того, что она сделала.
Тот человек бесшумно возник у нее за спиной, и, когда Рекла в ужасе повернулась к нему, он улыбнулся.
— Спокойно, я здесь не для того, чтобы тебя выдать.
Впервые с тех пор, как Рекла родилась, кто-то не желал ей зла. Волнение было слишком сильным, и вся боль последних лет выплеснулась в ее отчаянном плаче, а тот человек, пока она плакала, прижимал ее к себе.
Он был одет во все черное и двигался быстро и изящно. Он сказал, что он — победитель, и он носил с собой черный кинжал с гардой и эфесом в форме змеи, и у него было еще множество разного оружия.
— Я знаю, кто ты, Рекла, и знаю все о тебе. Знаю, что ты убила своих родителей, и знаю, что тебе нравится запах крови.
Она покраснела и виновато опустила глаза.
Тот человек взял ее пальцами за подбородок и поднял ей голову.
— У тебя нет никакой причины стыдиться себя. Смотри мне в глаза.
Рекла неуверенно сделала это.
— У тебя есть дар, Рекла, и то, что ты совершила, — необыкновенно.
Она проглотила слюну.
— Я плохая… Это знают все в нашей деревне.
Тот человек потряс головой.
— Ты особенная. Те, кто глуп, называют это злом, но мудрецы называют это справедливостью. Мой бог Тенаар действовал через тебя, чтобы явить свою славу, хотя ты не знала об этом.
Рекле было достаточно этих слов. Ее руками двигал бог! А ее проклятие — дар! Ее глаза заблестели.
Так она узнала Тенаара и узнала о том, что она — дитя смерти. Она поняла, что все эти годы ошибалась, считая себя проклятой. Какое ужасное недоразумение и сколько напрасных страданий! Она просто была заранее избрана Тенааром, который создал победителей. Назначение победителей — убивать всех других, которые не верят в Тенаара, которых он не избрал, и приносить их кровь в дар этому богу до того дня, пока он не вернется.
И таких, как Рекла, было мало. Даже среди победителей и убийц редко встречались такие, кто, убивая, испытывал бы от этого столько удовольствия. Она словно открыла для себя новый мир. Больше не от чего было чувствовать себя виноватой, незачем было терзать себя бесполезными наказаниями. Наоборот, здесь нужно было быть довольной, радоваться тому, что ты избрана. Вся тоска прошлых лет исчезла в один миг, и Рекла почувствовала в своей душе безмятежный покой, которого никогда не знала. Своих родителей она теперь видела такими, какими они были, — убогими, ничтожными существами; убить их было справедливо.
Тенаар стал для нее всем. Этот бог избрал ее, и она поклялась, что отдаст ему всю себя без остатка. Он станет смыслом ее жизни, она посвятит ему каждый свой вздох и умрет не раньше, чем увидит его славу во Всплывшем Мире.
И очень скоро Тенаар отблагодарил ее. Это произошло в один из первых разов, когда Рекла молилась на коленях перед его статуей. Это был всего лишь шепот, слабый и быстрый, но она услышала в своей мирной и спокойной душе какие-то слова. Бог говорил с ней. Она заплакала от волнения, мгновенно поняла, каково ее настоящее призвание, попросила его никогда не покидать ее и пообещала, что за это отдаст ему всю себя.
Шли годы, Рекла занимала в Гильдии все более высокие должности, и наконец стала одной из старейшин.
Она научилась обращению с ядами, освоила ботанику, изучив для этого даже книги, которые написал сам Астер. Ее наивысшим достижением стал напиток, который сделал ее вечно молодой. Она синтезировала его сама и особенно гордилась этим. Этот напиток было очень трудно изготовить, Рекла пользовалась им только сама и ревниво его оберегала. Она делала это не из женского тщеславия, ее не интересовало, красива она или нет. Ее тело было машиной, кинжалом в руках Тенаара. Она делала это для него, своего бога. Рекла хотела до последнего мгновения, до последнего вздоха служить ему всей полнотой своих сил. Смерть все же придет за ней, но заберет ее молодой и быстрой как время, еще способной к действию, еще смертоносной.
Да, это была счастливая жизнь — счастливая потому, что эта жизнь имела цель. В детстве она была лишена всего, блуждала в темноте, стараясь отыскать невозможное облегчение. Но с тех пор, как она узнала Тенаара, ее существование озарилось светом, и ей стал виден ее путь — прямой и надежный. Рекла знала, что в глубине каждого страдания пребывает и всегда будет он, ее бог.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
