на мгновение и, постаравшись успокоиться, шагнула к бабушке в комнату.
Она не спала, хоть и обещала обратное.
– Лиза, что случилось? Вадим так хлопнул дверью. Вы поругались?
Я кинулась к бабушкиной кровати, опустилась возле нее на колени и обняла бабушку, пытаясь спрятаться в родных объятиях.
– Нет! Да! Не знаю, бабушка. Понимаешь, – вот как ей сказать? – Вадим он.
– Не совсем обычный человек? – бабушка взглянула на меня с намеком. Я кивнула.
– Совсем необычный, бабуль. Он…
– Он добрый, понимающий, сильный, настоящий мужчина.
– Но он волк, бабушка!
– У каждого свои недостатки. Никогда бы не подумала, что ты у меня ханжа. Пусть повадки у него волчьи, зато сердце большое, человечное, настоящее.
Дверь в комнате Вадима снова хлопнула.
– Что ж ты, глупенькая, его не догоняешь, Лизок? – возмутилась бабушка, буквально отпихивая меня. – Беги, Лиза, догони его, пока не поздно!
Я вскочила на ноги. Он же такой быстрый, как я его догоню?
Выбежала из дома, как была. Все в том же махровом халате и в ботинках на босую ногу.
– Вадим! Стой! – он был уже у ворот, но остановился. Я подбежала и вцепилась в его руку.
– Лиза, нам лучше не видеться, и все рано или поздно забудется, – глухо проговорил он. – Лучше, если я буду как можно дальше от тебя.
– Кому лучше? Мне точно не будет лучше без тебя!
– Но ты же видела, кто я! И чего ты еще хочешь?! – прорычал мой волк.
– Я хочу быть счастливой! – буквально закричала я. – Рядом с тобой, Вадим!
– Лиза, иди в дом, ты замерзла, – он попытался мягко отцепить мою руку от своей.
И у него получилось. Но теперь он сам не отпускал мою руку.
Он долго смотрел на меня, вглядываясь в мои черты. Словно прощался и пытался хорошенько запомнить мое лицо.
Потом отпустил мою руку, развернулся и дернул на себя калитку.
– Ай, ай-яй-яй, – как можно жалобнее произнесла я, скорчившись от боли.
– Что такое? – подскочил ко мне Вадим и обеспокоенно всмотрелся в мое лицо.
– Вот тут болит, – я приложила руки к груди и часто задышала, мне и правда не хватало воздуха.
Вадим схватил меня на руки и понес в дом. Я тут же прильнула к его груди и чуть ли не заурчала.
Он принес меня в гостиную, усадил на диване, сам сел рядом со мной и устало вздохнул:
– Еще одна симулянтка на мою голову. Спортом надо заниматься, а не по офисам сидеть. Придется тебя всю жизнь держать на контроле.
– Вот именно, если ты будешь рядом, ничего болеть и не будет. Мне срочно нужен лечебный поцелуй! – потребовала я и подставила губки.
– Ну раз требуется, – Вадим хмыкнул и поцеловал так, что у меня голова на самом деле закружилась.
– Не уходи! – я обняла Вадима и прижалась к нему. – Никогда не уходи, слышишь?
– Не уйду, – ответил он, гладя меня по голове.
Потом он отнес меня в комнату и уложил спать. Соскальзывая в сон, я точно слышала:
– Я тебя люблю, моя сладкая, и никому тебя не отдам.
Утром думала не встану после эмоционального вечера, но желание увидеть Вадима, убедиться, что он никуда не ушел, буквально подкинуло меня на кровати.
Я молниеносно привела себя в порядок и сбежала вниз по лестнице, и сразу на кухню.
– Лизок, ты чего так топочешь? На работу опаздываешь что ли? – спросила бабушка, стоило мне забежать на кухню.
А я остановилась и не могла наглядеться. Это лучшая картина в моей жизни: бабуля готовит завтрак, Вадим с аппетитом его уплетает. Теперь он тянет ко мне руки, а я влетаю в его объятия. Бабушка довольно улыбается.
И на душе сверкают яркие, теплые звезды.
– Вот и хорошо, вот и чудненько, – бабушка умиленно посмотрела на наши объятия и повернулась к плите.
– Как спалось? – спросил Вадим, уткнувшись мне в шею и вдыхая запах.
Теперь я понимаю, почему он все время говорил про запахи. Он на самом деле чувствует их намного сильнее, чем обычный человек. А я-то думала он фантазирует или шутит.
Многое стало понятно, но все равно у меня столько вопросов.
– Ты на работу? – недовольно уточняет Вадим.
– Да, но сегодня же напишу заявление. Отработаю положенные две недели и уйду. Найду место с удаленной работой. Бабуль, как ты смотришь на то, чтобы переехать куда-нибудь загород, подальше?
– Мне все равно, где жить. Лишь бы не одной, внученька.
– Это даже не оговаривается, Екатерина Ивановна, за вами же нужен глаз да глаз, –в наш разговор вмешался Вадим. – Мы переедем ко мне все вместе. Вам обеим будет полезен воздух леса.
– Решено! Переезжаем через две недели! – радостно заявила, все еще сидя на коленях у Вадима.
– Я постараюсь решить свои проблемы за это время, – серьезно добавил Вадим, а я поежилась. Не хотелось бы, чтобы у него были проблемы из-за меня.
– Может, мы торопимся, Вадим? – спросила с надеждой на отрицательный ответ.
И получила его.
– Нет, пора что-то менять, невозможно вот так прожить всю жизнь. А я хочу прожить ее с тобой, любимая, – Вадим поцеловал меня, не стесняясь бабулю, которая старательно делала вид, что увлечена приготовлением завтрака. Но ее счастливое настроение выдавали легкие пританцовывания.
В офис шла со смешанными чувствами. С одной стороны, мне здесь нравилось и жаль будет уходить. Но некоторые личности не дадут мне покоя, и мне не хочется больше с ними сталкиваться.
Борис с Евгением расстроились, когда я написала заявление. Сказали, что хоть мы и работали вместе не так уж и много, им будет жаль терять ответственную и приятную коллегу.
От Ларисы я ждала едких замечаний и торжествующих взглядов, но она вела себя странно. Притихшая, молчаливая.
Если бы не наше прежнее не очень приятное общение, я бы ее расспросила, а так постаралась узнать что-то от Женьки. Он всегда все знает.
Но не в этот раз. Парень пожал плечами, когда я тихонько, буквально одними глазами спросила его о Ларисе. Он тоже кинул на нее сочувствующий взгляд.
Уверена, она такая из-за Арсения. Но, как говорится, за что боролась, за то и медаль получила. Лучше бы на Женьку внимание
