Валенсия ушла, я села на кровать и задумалась. Что же делать?
Если я предприму попытку сбежать, они могут убить меня? А Вадим? Если он вступится за меня, что они могут с ним сделать?
Меня пронзила мысль, что я готова смириться с чем угодно, но не с его потерей. Мне даже не важно, где жить. Лишь бы с ним.
Я его люблю. Люблю своего волка. Своего мужчину.
Глубоко вздохнула, успокаиваясь. Надеюсь, с ним будет все в порядке.
Аппетита не было, но завтрак я съела, чтобы не злить местных.
Впервые сталкиваюсь с закрытым обществом, но пиарщик я или где? Я умею находить общий язык с самыми отбитыми блогерами, неужели с оборотнями его не найду?
Мне принесли местную одежду. Снова не стала спорить, тем более что мне хотелось сменить свою офисную. Одежда понравилась. Мягкая, дышащая, приятная к телу. После обтягивающей юбки и строгой блузки просторная рубашка и широкая юбка были в самый раз.
Вышла из своей комнаты, прошла в входной двери через гостиную со старомодным ковром и мебелью. Такие были в бабушкиной квартире, что я видела на черно-белых фотографиях.
Выход из дома был открыт. Я толкнула дверь и вышла на солнышко.
Мои ледяные от нервов конечности стали постепенно отогреваться.
Мне не хотелось возвращаться снова в комнату, поэтому я почти весь день бродила от дома к дому и общалась с людьми. По-другому и назвать их было сложно. Люди, как люди. Разве что мужчины грубоватые, но они почти не обращали на меня внимание, занимаясь своей работой. Я к ним и не подходила, сторонясь. Многие из мужчин, судя по всему, были на охоте.
Решила для лучшего понимания ситуации пообщаться с бабульками, они всегда лучший источник информации и им все равно, кто носит свободные уши, лишь бы поболтать. И сидели они почти у каждого дома.
Здесь не было заборов, и все казались такими дружными, точно одна большая семья.
Я обратила внимание, что деревенька окружена густым лесом. Ограждений я не заметила. Это говорило об уверенности, что никто никуда отсюда не денется. Плохо.
В одном из дворов меня пригласили на обед. Снова простая, но вкусная, от того, что свежая пища. Тут прямо по улицам бродили куры, гуси, козы. У каждого дома был огород. Обедала молча и грела уши. На меня почти не обращали внимание, не расспрашивали. Казалось, что я тут, как тень.
Так и бродила тенью весь день, не зная, чем себя занять.
Мои мысли крутились вокруг Вадима. Местные намекали, что я его женщина. Удивляло, что все обо мне знают и о нем все знают, а, кажется, что он точно не отсюда.
Чем сильнее темнело, тем тревожнее мне было.
Я уже направилась к своему домику. Тут явно ложились спать пораньше. Бабульки рассказывали, что бывают и ночные гуляния, но сейчас еще прохладно, не сезон для этого.
Открыла дверь, но дернулась, услышав вой в лесу.
Можно было подумать, что это кто-то из местных мужчин-волков, но в этом вое было столько грусти.
Он звал меня.
Любимый!
Глава 38.
Вадим
Сегодня дядя снова вызвал меня на разговор. Что-то не понравилось мне, как ускользали его глаза от моего прямого взгляда.
Оказалось, что он просто соскучился и ничего нового сообщить не хочет.
– Зачем тогда звал? Мне нужно встретить Лизу с работы. Я думал у тебя есть новости о вожаке и его потомстве.
– Нет, Валенсия пока не разродилась, но вот-вот.
– Он говорил обо мне? Что он говорил о Лизе?
– Говорил, вспоминал, скучает по-отцовски, – дядя хитро на меня глянул, намекая, что моего возвращения уже ждут.
– Не разделяю его чувств, уж извините, – внутри очень неприятно заскребло, будто моему волку срочно понадобилось вырваться. Подавил это чувство, но заторопился. – Прости, у меня нет времени для праздных разговоров.
Развернулся и ушел.
Волк внутри уже не просто скреб, он метался, рычал, торопил. Телефон Лизы отозвался неприятным голосом, сообщая, что любимая не в сети.
Может, она как раз на парковке, там связь блокируют бетонные блоки.
Ворвался в каменное пространство и зарычал.
Нет ее здесь. Но была. И не одна!
Ну дядя, прохвост, я тебе этого не прощу. Специально отвлек меня, пока ее увозили.
Знакомые запахи. Клан. Еще и запах прилизанного. Может, конечно, он был здесь позже, но почему-то мне так не кажется.
Отправился по его следу. Похоже он поднялся обратно в свою стеклянную коробку. И как тут могло нравится Лизе? Все ужасно воняет химией и пластиком. А еще лицемерием и подчинением.
Тенью проскочил мимо охраны. Людей в здании было мало. Без труда нашел прилизанного. Тот побелел, когда увидел меня в своем кабинете.
– Что ты тут делаешь? – он вскочил со своего места и постарался отпрыгнуть подальше, но уперся в стену.
Да, маловат кабинетик для такого умника. Это же надо было додуматься продать свою невесту, хоть и бывшую. В его кабинете чувствовалось столько разных неприятных запахов. Кровь, грязные деньги, пот, страх.
Как мерзко.
И как Лизу угораздило с ним связаться?
– Хотел узнать, где ее браслет, – намеренно спокойно произнес я.
– Ты совсем рехнулся, неандерталец, что ты несешь? Какой браслет?
– Верни и отделаешься только больничкой, – я подошел близко, в нос ударил его страх. Фу, кислятина. Трогать эту гадость не хочется, но придется. В воспитательных целях.
Сверкнул глазами, и этот урод тут же полез в карман и отдал шаманскую безделушку, которая все же работала. Пока Лиза ее носила, ее не трогали.
Значит, надо добраться до нее, вернуть браслет и помочь сбежать.
Сам останусь в клане в залог ее свободы.
Хотелось разорвать этого гада. И как он только узнал. И зачем Лиза отдала ему браслет.
Ммм, женский запах на шнурке и страх был именно этой женщины здесь, в тухлом кабинетике. Тогда понятно, Лиза не ему отдала браслет? Просил же не снимать.
Выходил из офиса уже не скрываясь, бросил на ходу, чтобы вызвали скорую. А то сдохнет еще прилизанный.
Быстро заскочил к Лизе домой, предупредил бабулю, чтобы не волновалась. Но ее разве проведешь? Слушая мои россказни о том, что Лизу отправили в командировку, а я еду к ней, затряслась вся, но взяла себя в руки, поджала губы, стараясь остановить трясущийся подбородок, и серьезно сказала: «Вадим, будьте осторожны. Понапрасну не рискуйте. Я буду ждать вас!»
К утру добрался до
