Придя в библиотеку, она взяла вовсе не кулинарные книги, а попросила подвести себя к стеллажам с историческими справочниками. За короткое время на острове Фрет удалось прочитать едва ли не больше книг, чем на всех уроках земной истории. Аля никогда не считала себя прилежной ученицей, уж точно не по этому предмету, но здесь информация о незнакомом мире выглядела залогом выживания. К тому же нежданное ответственное задание Бенну требовало новых знаний. И пусть она путалась в хронологии и, конечно, не запомнила всех перипетий вражды фениксов и гарпий, но уже в какой-то мере не ощущала себя чужой.
Теперь же выбор пал на справочник с подробным древом всей правящей династии и ее боковых ветвей. Аля хотела узнать, женился ли кто-то только на одной девушке.
Для чего? Надеялась ли она, что Королю на следующих испытаниях понравится другая кандидатка, а остальных он отпустит? Или же она верила, что ее отдадут Бенну, если удастся попросить? Хотя еще недавно сама мысль о замужестве тяготила воспоминанием о предательстве.
«Как же неудобно у них идет летоисчисление: не годами, а пятилуниями – когда выстраиваются в ряд все спутники планеты, – сетовала Аля, рассчитывая примерные даты жизни, изображенные на древе династии. – Вот сколько это по-нашему? Год? Два? Вроде как одно пятилуние – два сбора урожая на острове. Но здесь тепло, могут и по два урожая собирать в год. Будем считать, что год с чем-то».
– Прилежная вы девочка. Все бы такими были, – похвалила выбор библиотекарь, поправляя кружевной воротник на сером платье. – А то чирикают у фонтанов да сплетни обсуждают.
– Спасибо, – улыбнулась Аля.
Взгляд хранительницы книг потеплел, она провела рукой по раскрытому свитку со схемами и портретами, словно невзначай обводя длинным пальцем изображения нескольких ослепительных дам с изысканными коронами на горделиво вскинутых головах. Даже от крошечного их изображения в старой книге веяло чем-то величественным и непоколебимым.
– Жена Короля – это не только красивая куколка в обертке из дорогого платья. Настоящая жена Короля – верный спутник и советчик, который знает и историю, и политику, – продолжала нежданная собеседница. – Люблю я эту книгу-схему, с ней хорошо читать историю правления каждого из Королей.
– А выходили ли замуж по любви? Хоть одна из них? – спросила Аля, резко вскидывая голову. Светлые вьющиеся волосы беспорядочно разметались по плечам, закрывая непослушными локонами ветви нарисованного на желтоватой бумаге древа правителей-фениксов. Исчезли горделивые дамы и ослепительные короли. Остался только основатель династии. И тогда-то Аля заметила, что именно рядом с ним и с первыми его потомками отмечена только одна женщина.
– Любовь – странное чувство. Порой приходит уже после замужества, – продолжала рассуждать библиотекарь и стыдливо опустила глаза: – Но не мне судить, я никогда не была замужем.
– Можно мне книги о правлении первых королей? – уже не слушала ее Аля, поражаясь, как не заметила сразу столь важную деталь. Глаза разбегались от обилия жен и наложниц, от которых шли бесконечные побочные линии. О них предлагалось почитать на других страницах за пределами распростершейся на развороте схемы. Но из-за пестрых крошечных картинок терялось главное: первые Короли женились только на одной избраннице. Вероятно, отборы в те времена тоже не устраивались.
– Первых королей какого времени?
– Времени, когда фениксы прибыли в Весп-Лак! – воодушевленно потребовала Аля. – И еще… Есть книги о королях родного мира. Ну… мира, где обитает Дух-Феникс?
– Мало, очень мало, – смутилась библиотекарь, поджав губы. – Хроник почти не сохранилось. Все это только легенды, которые вряд ли помогут что-то понять.
– Давайте легенды! Это очень важно! – ответила Аля, энергично кивая. Она и сама не понимала до конца, почему знание о далекой старине может помочь ей. Но чувствовала, что обязана пролистать сборник мифов и легенд, сохранился со времен заселения острова Фрет.
– Здесь непривычный язык. Может быть, лучше учебник по новейшей истории? – начинала сомневаться в здравомыслии прилежной кандидатки удивленная библиотекарь. – Это полезнее… сказок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Ничего, я разберусь. Потом и новейшую историю продолжу учить, – отмахивалась Аля, пролистывая желанные страницы. Толстый фолиант не выдавали на руки. Вероятно, он и не пользовался большой популярностью среди обитательниц гарема, каждая из которых прекрасно знала свое место после замужества и не стремилась стать чем-то большим. Но наставали другие времена, и Бенну сам говорил, что Король тоже не в восторге от необходимости устраивать смотрины и испытания.
«Судя по схеме правителей и их жен, эти проклятые отборы начали проводить где-то через пять поколений после первого Короля острова Фрет. А что было с ним?» – судорожно сопоставляла факты Аля, следя пальцем по схеме и выписывая перьевой ручкой на отдельный лист некоторые факты.
С удивлением она обнаружила, что буквы из-под ее руки вырисовываются на языке Фрета, как будто древняя магия постепенно меняла ее, превращая в жителя мира Весп-Лак. Не грозила ли эта же магия в конце концов подавить волю и сделать покорной статуэткой в гареме Короля? Может, кто-то воздействовал на разум извне? Сами стены…
Аля потрясла головой: нет, здесь никто не пытался сломить ее волю. Не слушали, удивлялись ее нежеланию побеждать, строили козни и плели интриги, но все же не опускались до одурманивания травами или заклинаниями. Пока разум оставался ясным, существовал и выбор. Хотелось в это верить, тем более книги подсказывали: закостенелые традиции – это наследие совсем не той древности, к которой взывала Павена.
Значит, и благословение Духа-Феникса не зависело от их соблюдения. Но вряд ли в это поверили бы подданные, потому что даже понимающая и, наверное, умная библиотекарь недовольно косилась из-за стойки на старания Али.
– И пал Змей, и посрамлен был Фениксом. Заперт с тех давних лет навек покровитель темный гарпий… – беззвучно шевелила губами Аля, с трудом складывая в предложения замысловатые ряды метафор и символов. Еще сложнее из них вычленялся смысл. Но она не сдавалась.
– Вы пропустили обед! Что скажет Павена! – всплеснула руками библиотекарь, когда тени от стеллажей удлинились, а в библиотеке зажглись призрачными светлячками магические шары-лампы.
– Ничего, стройнее останусь. Еще ужин будет, – отмахнулась Аля, уже не совсем понимая, в каком она времени.
Легенды окружали ее все новыми и новыми образами. Мифы перетекали в легенды. В начале они прославляли деяния могущественных космических сущностей, рассказывая о битве древнего зла, Змея Хаоса, и Великого Хранителя – Феникса. Как оказалось, он был не один: существовали и другие Хранители, и другие миры, которые они защищали своей волей. Но, как говорили мифы, со временем Хранители победили древнее зло, загнали в ловушку черной дыры, а потом и сами ушли на покой, передав магию людям и иным разумным существам.
Тогда мифы сменялись легендами о деяниях благородных героев, первых правителей. О побеге-изгнании из родного мира остались лишь грустные песни. Аля так и не поняла, что не поделили фениксы. Но потом плач о покинутой родине сменился рассказом о властителях острова Фрет.
Первый Король-Феникс в Весп-Лаке сражался с первым королем гарпий, как удалось вычитать в древней балладе. Незнакомый язык чужого мира в книгах по-прежнему воспринимался как едва выученный иностранный, а старинные фигуры речи и метафоры вызывали головную боль. И все же Аля все яснее представляла картины ушедших времен.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Был страшен бой. И гарпий беззаконных король в пучине моря утонул. Но плач плывет над миром. Горе! Горе! Король великий Феникс спас всех – себя не уберег. Отравленной стрелой в грудь пораженный, лежал он на камнях средь пепла, – разобрала Аля и ужаснулась, невольно представив Бенну.
Мгновенное наваждение рассеялось, метнулись черной тенью в глубину библиотеки, растворилось пылью между шкафов. Но когда-то давно такой же рыжеволосый молодой мужчина пожертвовал собой, сражаясь на передовой против захватчиков-гарпий. История повторялась кругами по спирали. Сердце сжалось, хотя на столе лежала схема, где значилось, сколько потомков было у первого короля и кто сменил его на троне. Но, возможно, в легенде речь шла о другом короле? А этот отважный смельчак погиб во цвете лет? Аля продолжила водить пальцем по строчкам. С каждой страницей она все больше привыкала к старинным оборотам, все проще удавалось перевести их, точно это древняя магия вела ее.
