с кризисом и упадком русских кодов, хотят выплеснуть и ребенка: сами коды, которые позволяют нам оставаться собой и преодолевать в том числе и сами болезни. Иными словами, ссылаясь на болезни, хотят убить наш иммунитет.
Проханов пишет об этом так:
– Если вместо Мечты, вместо Царствия будет предложена народу ложная задача и на ее выполнение будут направлены коды, то произойдет катастрофа. Коды родят Пугачева, родят революцию. «Таблица» взорвется, как реактор Чернобыля, и государство погибнет.
Герой «Таблицы Агеева» присутствует при черном сатанистском действе, направленном на истребление «русских кодов»: «На адскую наковальню кидался “русский код”, по нему наносился удар страшной кувалды и превращал драгоценный кристалл в пыль. Так был уничтожен “код Пушкина” в храме Вознесения. “Код русского космоса” у серебряного памятника Гагарина. “Код Херсонеса” и “код Победы”. И теперь была истерзана, истоптана, разорвана, полита ядовитой бычьей спермой вся русская история, пасхальный смысл которой Петр Дмитриевич проповедовал. И это торжественное осквернение совершалось во имя него, было его казнью, было уничтожением сокровенной “Таблицы”».
Здесь перед глазами всплывает галерея антикодового разгула: перформансы Гельмана, Самодурова, Пусси Райот, глумливый сарказм Шнурова, стремящегося освободить русский дух через мат и хамство, рубка и осквернение православных икон, фаллосы на разводных мостах Петербурга, прибивание «художником» собственной мошонки к брусчатке Красной площади, свадьба на катафалке, стриптиз на амвоне, «шабаши пидарасов» в Большом театре, как и во множестве других театров, высокомерные кощунства ведущих «Эха Москвы», черномагические эскапады Невзорова и прочая контринициатическая «работа» с русскими кодами.
В то же время в романе есть и развернутый, не карикатурный образ антипода главного героя, которого зовут Фаддеем. Сначала он вкрадывается в доверие, подсовывает полуоккультные имитации русских кодов, а потом сбрасывает личину и страстно предъявляет тайную стратегию врага:
«– Ты спрашиваешь, Петрусь, чем мне досаждает Россия? Россия невыносима для мира. От нее вся тьма. Мир хочет приручить Россию, как приручают диких животных. Присылает в Россию ученых, педагогов, философов. Учит ремеслам, наукам, добрым нравам. Приглашает в семью народов. И кажется, затея удалась, “Европа – наш общий дом”. Братания, падают “железные занавесы”. “Аполлон – Союз”, академик Сахаров, конвергенция. Но всегда найдется какой-нибудь старец Филофей, вроде тебя, Петрусь, и снова “Святая Русь”, “проклятый Запад”, “Архипелаг” и ракеты “Калибр”», – говорит Фаддей.
Что же нужно от России ее ненавистникам, тем, кто создает и внедряет в нее антикоды? Им нужно, чтобы Россия ушла из истории, уснула. И все эти антикоды призваны стать на место вечных русских кодов с их пафосом воли к жизни, преодоления бед, с их витальной силой. Антикоды так или иначе суицидальны, самоубийственны. К примеру, это антикоды отдыха, каникул, демобилизации, растворения в теплом и невраждебном окружении. А также антикоды ухода в виртуальный мир, в прошлое либо в пассивные грезы. За всеми ними как их сущностная изнанка стоит скрытое кодирование национальной эвтаназии, которую можно осуществить лишь при усыплении бдительности, злом гипнозе. В конечном счете все это означает добровольное уничтожение того самого тезауруса, который мы исследуем в нашей работе.
И вновь дадим слово Фаддею, который является весьма важным персонажем для постижения природы и происхождения русских антикодов:
«– От России весь мир трясет. Тысячу лет трясет. Россия всему миру укоризна. Тащит всех в свое Небесное царство. А мир упирается, не хочет. А Россия его подталкивает бердышами, пищалями, дальнобойными орудиями, ракетами “Сатана”. (…)
Русский народ находится в плачевном состоянии. Он почти не народ. Но русские всегда выкидывают фокусы. Как поведут себя они, если к ним в руки попадет твоя “Таблица”? Опять “Пятая империя”? “Эхо Херсонеса”? “Святое оружие”? “Религия русской победы”? Опять “Русская Мечта”, когда на Святой Софии появятся православные кресты? “Таблица” не должна попасть в руки русских. Русские должны отдохнуть от своей пасхальной истории. Хватит им маяться, добредая то до Берлина, то до Парижа. Хватит русским правителям – князьям, царям, вождям, президентам – рвать пупки и строить империи. Дадим им, черт возьми, отдохнуть!»
Многие века антисистемные силы искали и так и не смогли найти Интегральный Антикод, который бы заставил подчиниться им другие цивилизации и культуры, отказавшись от драгоценных сакральных и родовых кодов. Поэтому Антисистема пошла по другому пути: она решила взрастить под себя специальных людей и постепенно распространить их влияние, заставив все человечество отдать своих детей на «воспитание» и «перевоспитание» Антисистеме. На выходе этого процесса наступит такой момент, когда новое поколение людей уже примет Интегральный Антикод, который никогда не приняли бы их предки. А значит, это поколение окончательно отречется от предков, традиций, их святынь. В этом и заключается стратегия Антисистемы (той самой Мировой Тьмы, если говорить на языке наивной картины мира).
Репетиции такого рода трюка в виде революций и Смут уже неоднократно сотрясали человечество. И на самом Западе мутация поколений и их отречение от предков зашли уже очень далеко.
Мистерии Пятой империи
Важнейший посыл «Таблицы Агеева» – тема «тайной власти». Если у других народов такую тайную власть осуществляли эзотерические клубы и ложи, оккультные ордена, то в России время от времени секретами цивилизационных кодов как будто по наитию овладевали наши правители и гении. Возможно, что происходило это в силу крайней необходимости – как проявление особого мистического инстинкта самосохранения. Не инстинкта спасения собственной шкуры, а инстинкта спасения самой цивилизации. Ради чего как раз шкуру-то свою зачастую и не жалели.
«Правители знали “русские коды”, которыми управлялся народ, сражался, трудился, терпел, искал благодать, верил в чудо, искал бессмертие, – говорит Проханов. – Сочетая власть видимую и невидимую, русские правители создавали царство, сберегали его в час беды, возвышали и выстраивали в час цветения». «Эти коды знали русские святые. Знал Пересвет. Знал Александр Матросов. Знал народный святой Евгений Родионов. Эти коды знал Сталин. Он готовил народ к полету в небо. Народ-экипаж, готовый взлететь на небо. (…) И он взлетел к звездам, коснулся неба».
В докладе Сергея Баранова поставлен вопрос о «политической литургии» России будущего – и поставлен он совершенно правильно. Так же точно сформулирован им водораздел между церковной и светской «литургиями»[53]. Мысль его развивается так: код русской цивилизации описан в мифе и реализуется через обряд вероучения Русской мечты. Реально допустимыми религиозными обрядами могут быть только обряды православной литургии. Однако в жизни могут быть и другие светские обряды, главное, чтобы они не превращались в языческие и не заменяли церковные. Пример – «Бессмертный полк».
Пример «Бессмертного полка» феноменален, он четко дает понять, что имеется в виду под «политической литургией» и почему религиозным ревнителям в данном вопросе
