Догадывался ли Саша о том, куда именно их приведёт вчерашнее свидание и его решение привезти Барби к себе домой? Если бы! Майор просто шёл в ресторан с девушкой, с которой его связывали договорённости о сексе, просто купил цветы, решив, что Катя, недавно оправившаяся от болезни, будет им рада и просто охренел, когда увидел напротив неё блондинистого щегла в брюках с подворотами, лапающего Трофимову не только взглядом, но и своими тощенькими ручонками. Не то, чтобы в нём мгновенно проснулась ревность, на дочку шефа всегда пялились (на неё, вообще, невозможно не пялиться), строили глазки и сворачивали шеи, чтобы посмотреть ей вслед, но одно дело раздевать глазами, хотя, конечно, это тоже не есть хорошо, а совсем другое вот так хватать за руки, когда она очевидно этого не хочет. Благо, что сопляк понятливый оказался, свалил сразу, и играть мышцами не пришлось. Зато потом пришлось подбирать слюни, когда девушка для начала продемонстрировала ему свои превосходные навыки флирта, а после всю себя. Чем дольше они общались, тем больше Соловьёв убеждался, что на ней даже мешок из-под картошки будет смотреться, как дизайнерский наряд, но это платье... Этот экстремальный разрез на подоле... Чтоб его! Разве можно такое безобразие надевать? Он же как увидел, чуть не разложил её прямо там, в машине, на парковке у ресторана. А ей весело. Ей видеть, как взрослый мужик из-за неё плывёт, в кайф.
В тот момент его перекрыло так, как давно не перекрывало. Даже тот факт, что шеф вернулся раньше из командировки и вместо Катиной квартиры пришлось искать другое место, Сашу тогда не особо расстроил. Хотелось эту сумасшедшую девчонку сильно и немедленно. Только не в номере гостиницы или отеля, где появление майора юстиции из областного следственного управления под ручку с молодой девицей точно не останется незамеченным, и не в сомнительных квартирах, сдающихся посуточно, и не у друзей, для которых его связь с дочкой начальства стала бы полной неожиданностью.
Не то, чтобы они с Трофимовой сильно скрывались и прятались по углам, но репутацию друг друга старались лишний раз риску не подвергать. Поэтому вариант поехать к себе домой мужчине показался самым логичным. По его расчётам это решение не могло привести к чему-то плохому, так как мама с детьми обещали вернуться только после выходных, Барби, судя по знакомой пелене возбуждения во взгляде, то, куда он её везёт, не волновало, а сам Соловьёв едва сдерживался от того, чтобы не свернуть на обочину, плюнуть на приличия и пересадить Трофимову к себе на колени, чтобы проверить есть ли всё-таки у неё что-то под платьем или нет.
Здравый смысл трубил на затворках сознания о тревоге и требовал остановиться пока не поздно, потому что Александр по своему желанию тащил любовницу туда, где не ступала женская нога, кроме матери, дочки и бывшей жены, но возбуждение, соблазнительные бёдра, мелькающие в разрезе платья, приоткрытые пухлые губки выкрутили его громкость на минимум. А потом, дома, мозги отключились окончательно. Минет, стринги, Катя, балансирующая на грани оргазма, её розовые от шлепков ягодицы...
Как в такой ситуации трезво мыслить? Как сохранить самообладание? Как не потерять голову? Он знал как распутывать самые сложные, на первый взгляд кажущиеся бесперспективными, дела, общаться с авторитетами и членами преступного сообщества, носящими ранг поменьше, и бороться за справедливость, но о том, как держать себя в руках, когда под ним так эротично стонала, извивалась и отзывалась на каждое его прикосновение дочь шефа, даже не догадывался. К такому в академии и на работе в органах не готовили. Как и не готовили к тому, как реагировать на внезапное возвращение родных с отпуска.
По ощущениям, словно на двадцать лет назад вернулся, когда родители неожиданно приехали с дачи и застали его полуголого с ещё тогда будущей женой в постели. Тогда он сумел отделаться лекцией о предохранении и ответственности от папы, а сейчас, когда Трофимову увидела не только мама, но ещё и дети, объяснений избежать не получится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Проблема заключалась в том, что объяснять по сути было нечего. Не говорить же четырнадцатилетним подросткам, что папа просто в свободное от работы и их воспитания время развлекается с молоденькими девушками, не обременяя себя серьёзными отношениями. Он, конечно, старался быть прогрессивным отцом и обсуждать с детьми всё, но не настолько же. Да и они ещё ни разу не видели рядом с ним женщину, кроме бывшей жены, а тут явно недавно проснувшаяся Катя в его халате, наброшенном на голое тело, и с котом на руках.
Последнего, кстати, за утреннюю привычку будить всех, чтобы его покормили, надо бы и вовсе посадить на диету и выдавать корм только, когда он действительно проголодается, а не тогда, когда усатому величеству в голову придёт мысль пожрать. И ведь знал пушистая морда, что, если сунется к Саше, то он его пошлёт и выставит за дверь, поэтому разбудил Барби. Хотя с другой стороны мужчина всё же был коту благодарен, ведь не выведи тот Катю в коридор, то родные, наверняка, заглянули бы в спальню, застали их в кровати во всей обнажённой красе и ситуация из очень неловкой мгновенно бы переросла в крайне неловкую.
А травмировать семью хотелось в самую последнюю очередь. Дочка и так одарила его не самым радостным взглядом, когда он вышел из спальни. Соловьёв, услышав её звонкий голос, сначала было решил, что ему приснилось, но потом, когда к Ваське добавился ещё и растерянный голос Трофимовой, понял, что это точно не сон. На то, чтобы вскочить с кровати и натянуть первое, что попалось под руку, ушли считанные секунды. Меньше минуты заняло и быстро объясниться с родными, дождаться, пока Катя оденется и выйти из квартиры. Только на принятие решения прекратить встречи и прощание времени понадобилось больше..
Раньше, если нужно было рвать, то рвал без сожалений. Развод с Ирой прямое тому доказательство. Теперь же почему-то медлил. То ли из-за того, что Барби была отчасти права и расставаться сразу после совместно проведённой ночи было не очень красиво, то ли из-за того, что это пришлось делать на несколько дней раньше, чем он планировал.
Изначально Александр хотел вежливо откланяться перед тем, как из отпуска вернутся мама с детьми. Потому что при их отсутствии в городе мужчина ещё мог позволить себе немного расслабиться, то продолжительная интрижка с ними поблизости совсем не вписывалась в его систему координат. Особенно интрижка с дочкой шефа. Особенно интрижка, которая всё больше стала походить на обычные, выходящие за рамки их договорённостей, отношения
39. Александр
Трофимова и так для него была из ряда вон, с какой стороны не посмотри. А сегодня и вовсе побила все рекорды, даже не прилагая для этого особых усилий. Конечно, Соловьёв знал, что её вины в том, что они попались его родным, не было. Он сам привёз Катю к себе и сам оставил на ночь. Вот только, если в квартиру ещё готов был пустить, то подпустить настолько близко к семье - нет. Это было слишком. Это была черта, за которую никто и никогда до неё не переступал. И пусть она сама, возможно, не горела желанием оказаться в такой ситуации, но факт оставался фактом. Нужно было завязывать. Он уже был слишком взрослым мальчиком, чтобы играть с Барби.
Поэтому всё правильно. Всё так, как надо, а Катя - девочка умная. Побесится пару дней из-за того, что так внезапно распрощались не по её инициативе, и потом переключится на кого-нибудь другого. У него же - мама на пенсии, дети-подростки, новый учебный год в школе, работа, которой меньше не становится, и куча других проблем. Взрослая жизнь, чтоб её. Интересная, но беспощадная.
На звук его появления в прихожей сразу же выглянула мама. Осмотрев Сашу с ног до головы, будто ни разу до этого не видела, женщина улыбнулась и подошла ближе.
- Твои вещи, которые лежали здесь, - Елена Михайловна кивнула на тумбочку, стоящую рядом с входной дверью. - Я убрала, чтобы... Ну, сам понимаешь... Чтобы дети не смущались.
