не понимал, что могло произойти в таком случае. Сейчас ему только не хватало волнений среди крупных промышленников и целой череды банкротств боярских родов. С экономикой и так не все в порядке. Ее довольно сильно лихорадит. А разборка с Рукавишниковым может спровоцировать настоящую лавину в целом ряде сфер империи.
— Что ты предлагаешь, Михаил? Но так дело мы тоже не можем оставить. Потенциально это может быть очень и очень опасно…
— Прямо сейчас мы можем сделать не так уж и много. Предлагаю, никаких особых мер к Рукавишникову не применять. Лучше за ним установить очень плотное наблюдение и контролировать каждый его шаг. На Скуратовых нужно продолжить финансовое давление. Нужно всем дать понять, что Скуратовы изгои и каждый, кто будет с ними работать, рано или поздно окажется в числе проигравших. А вот с препаратом можно поступить следующим образом, — безопасник довольно улыбнулся. Похоже, ему пришла стоящая идея. — Официально «живые» продажи еще не начались. Первая партия, довольно ограниченного тиража, только — только отправлена тем, кто сделал предзаказ, — он выразительно постучал пальцем по крышке коробочки. — Нужно натравить на компанию «Русское здоровье», которая занимается продвижением продукта, Имперскую службу здоровья. Это же ее непосредственная обязанность отслеживать непроверенные медицинские препараты, — безопасник сделал очень выразительное выражение лица, которое, собственно, все объясняло.
Император сразу же ухватил суть предложения. Действительно, зачем лезть напролом и ломать копья, если это можно сделать так, что никто и не подкопается. Пусть роль таран возьмет на себя Имперская служба здоровья. А они пока потянут время. Глядишь, через некоторое время что-то измениться.
— Очень хорошо, Михаил. Пусть проверяют очень и очень тщательно. Надо им предоставить для этого все необходимые полномочия. Мы ведь обязаны заботиться о здоровье наших подданных, — сказано это было таким тоном, что стало ясно: на здоровье обычных людей ему было наплевать «с самой высокой колокольни». — Пусть не спешат. Проведут все нужные экспертизы. А ты, со своей стороны, сделай так, чтобы им никто не мешал со стороны. Надо бы еще в СМИ провести особую компанию на этот счет. Бросим этим дармоедам тоже кость. Пусть погрызут ее.
Все обговорено и рассчитано. Осталось только претворить в жизнь. Правда, реальность оказалась совсем не такой, как планировалось.
-//-//-
Все происходило в полном соответствии с имперским законодательством на взгляд обычного обывателя. В один день на «горячую» линию Имперской службы здоровья позвонил некий господин, назвавшийся Петром Федоровичем Измайловым и проживающим в городе Санкт-Петербург по улице Звенигородская дом 3 квартира 14. Сообщил, что увидел рекламу одного странного медицинского препарата, который обещал выздоровление едва ли не от всех болезней. Собственно, сомневался он в этом, подозревал мошенничество и просил разобраться в этом. Этот сигнал был честь по чести зарегистрирован и отмечен по всем учетным базам, вследствие чего руководство службы немедленно инициировало проверку. Глава службы лично создал особую комиссию с представителями различных имперских учреждений и организаций — Имперского министерство здравоохранения, Имперского министерство общественного призрения, Имперского научно-исследовательского института медицины, Третьего имперского центра перспективных медицинских исследований, Общеимперской организации медиков, чтобы провести самую тщательную проверку данного сигнала. Объяснял он свое пристальное внимание к данному вопросу тем, что сигнал касается очень важной и социально значимой темы и может иметь страшные для здоровья подданных империи последствия.
Правда, потом кое-кто из журналистов попробовал связаться с этим неравнодушным человеком, чтобы расспросить обо всех подробностях, но, к своему удивлению, не нашел по указанному в заявлении адресу никакого Петра Фёдоровича Измаилова. И дома такого не было, соответственно. Только какое это теперь имело значение? Никакого, ибо механизм уже пришел в движение.
-//-//-
Сообщение-молния, распространенное пресс-центром Имперской службы здоровья.
«На основании Императорского эдикта о разработки и обращении специальных медицинских препаратов от 14 октября 20… года Имперская служба здоровья приостанавливает продажу медицинского препарата «Источник жизни», распространяемого компанией «Русское здоровье». Вся партия препарат конфискована и помещена в специальную исследовательскую лабораторию, где будет проходить самую тщательную проверку. Всем подданным, успевшим на момент выхода рескрипта приобрести и получить указанный препарат, надлежит в самые кратчайшие сроки позвонить по указанному в сообщении номеру об этом или принести приобретенный продукт в наши отделения. Имперская служба здоровья гарантирует возвращение финансовых средств, затраченных на приобретение препарата. Предупреждаем, что прием препарат может привести к серьезным негативным последствиям здоровья, вплоть до летального результата. Просим подданных империи соблюдать осторожность и следовать рекомендациям Имперской службы здоровья».
Надежда умирает последней
-//-//-
Когда-то ухоженная и уютная, комната сейчас носила на себе явные следы долгого одиночества. На широком обшарпанном диване валялись не первой свежести рубашка и майки, сильно мятое покрывало сползло на пол. Из под зашарпанной дорожки торчали задники стоптанных тапочек. На все это с окон глядели пыльные шторы, по которым давно уже плакала стирка.
— Она где-то здесь…, — чрезвычайно возбужденный Марков с хрустом раскрывал ящики старого шкафа. Дверцы хлопали одна о другую. Одна от сильного удара перекосилась и повисла на изломанной петле. — Хм, я точно помню, что она где-то здесь… Розовое шампанское, моя Машенька его очень любила. Куда же эта бутылка делась? Я должен обязательно это отпраздновать…
Он прекрасно помнил, что розовое шампанское, которое они однажды пили с покойной супругой, стояло где-то здесь в шкафу. Они выпили по бокалу и отправились на прогулку.
— Куда же оно запропастилось? — в голосе зазвучали истерические нотки. Дверцы шкафа стучали сильнее, вытащенные вещи вылетали из ящиков, падали на пол. — Она точно была. Мы же ее в тот день не допили. Я прекрасно это помню… Я сначала налил Машеньке полфужера, потом себе столько же…
В последние дни, вообще, его состояние разладилось. Все чаще вспоминалась покойную супругу, пытался разговаривать с ней. Иногда спорил и даже ругался.
Вот и сейчас он пытался позвать ее:
-Машенька, может ты помнишь, куда запропастилась эта бутылка? Помнишь, то розовое шампанское, которым мы отмечали мое повышение? Мы ведь его не допили? Что говоришь? — он на мгновение замолчал, словно наделся услышать ее ответ. — Конечно, нужно найти. Ведь, сегодня у нас праздник, Машенька! Ты спрашиваешь какой? Я, наконец-то, добился успеха в своих изысканиях! Представляешь, сколько лет прошло!!? Мы обязательно должны выпить по бокалу шампанского! Это грандиозный успех, Машенька! После стольких лет неудач мне, наконец, удалось нащупать верный путь! Маша, Маша, ты меня снова не слушаешь?
Тут его блуждающий взгляд упал
