– А теперь, зупан, мы уйдем, и вы… – начал Лисил, но тут он глянул на Винн, и глаза его широко раскрылись. – Мы закончили. Все кончено. Не надо плакать.
Ян шагнул было к Винн, и неприязненное недоверие, с которым он все это время посматривал на нее, сменилось искренним беспокойством.
Винн отпрянула от него, вдруг осознав, что боится подпускать к себе близко кого бы то ни было. Она даже не подозревала до сих пор, что плачет, знала только, что никак не может унять дрожь, что все ее спутанные мысли можно выразить одним-единственным словом.
– Уйришг! – прошептала она дрожащим от слез голосом.
Взгляд ее помимо воли переходил с одного мертвеца на другого – эльф, гном, создание воздуха, создание воды и… огня?
– Да уведи же ты ее отсюда, болван! – рявкнул Каделл. – Эта комната ее с ума свела, и как бы со всеми нами не случилось то же самое!
Лисил крепко взял Винн за плечо и повел к выходу. Она не сопротивлялась, шла, мысленно твердя одно и то же – заученный в ранней юности урок, составные части творения:
«Стихии мира суть дух, земля, вода, воздух и огонь…
Состояния их суть сущность, твердь, жидкость, газ и энергия…
Проявления их суть дерево, гора, ветер, волна и пламя…»
А здесь, в комнате, были лесной эльф, горный гном…
Винн не знала, как называются три других существа. Их имена были забыты настолько давно, еще до Забвенных, что теперь эти создания были известны только как часть мифа об «Уйришг», как называли их эльфы. Хранители Знания приблизительно переводили это как «Порожденные стихиями» или «Дети стихий», хотя на самом деле слово было такое древнее, что его точного значения давно уже никто не знал.
В старинных, бережно восстановленных текстах содержались намеки на легенду, которая была в ходу на родине Винн, – о том, что люди и есть самая древняя из разумных рас. В изначальные времена они смешались со стихийными духами, и их отпрыски дали начало пяти новым расам. Эта легенда представляла собой попытку объяснить их происхождение, и вполне возможно, что в ней таилась толика правды, хотя эльфы заморского континента считали ее не более чем забавной сказкой.
Как же несправедливо, что легенда эта обернулась правдой… таким ужасным, таким кровавым образом!
Лисил повел Винн к лестнице, но девушка вырвалась, бросилась бежать и бежала, не останавливаясь, до самого выхода из замка. Она выбежала в замковый двор, и холод промозглой ночи мгновенно прохватил ее до костей. Винн упала на колени прямо в грязь и зарыдала. Двоих стражников нигде не было видно.
Лисил нагнал ее, присел рядом на корточки, взял за плечи.
– Что ты нашла, Винн? – спросил он и вдруг осекся, увидев на ее безвольно разжавшейся ладони унесенные из подземелья кости. – О, клянусь всеми мертвыми святыми! Что ты натворила?!
Винн подняла голову и молча взглянула на него.
Полуэльф заботливо надел ей на голову капюшон, затем плотнее запахнул на ней короткий плащ.
– Расскажи мне все, – попросил он. – Я же ничегошеньки не понимаю.
– Уйришг, – в который раз прошептала Винн, протянув к нему ладонь, на которой лежали три кости.
Не без труда, запинаясь на каждом слове, она рассказала Лисилу о Детях стихий – пяти забытых расах. Только о двух из них – эльфах и гномах – было известно наверняка, что они существуют, а все остальные, вполне вероятно, были только мифом, легендой, выдумкой, наконец. Лисил слушал, то и дело поглядывая на кости, которые лежали на ладони Винн, и в конце концов девушка увидела, что во взгляде его забрезжило понимание.
– Что ж, ясно, – сказал он наконец, – но нам надо идти. Я должен поскорее увидеть Магьер.
Он хотел помочь Винн подняться, но ее вновь затрясло, на сей раз при мысли о Магьер, которая ждет их у подножия холма, в деревне.
– Не хочу! – крикнула она. – Ничего больше не хочу знать, не хочу!
Лисил ухватил ее за локти и рывком вздернул на ноги. Винн мельком удивилась тому, какие у него сильные руки.
– Я тебя понимаю, – сказал он мягко, – но очень, очень прошу – соберись с духом! Магьер уже на пределе сил, и мне понадобится твоя помощь.
– Что она такое? – спросила Винн.
– Даже слышать этого не желаю! – отрезал Лисил. – Магьер так же, как и нас с тобой, никто не спрашивал, какой она хочет появиться на свет. Она родилась дампиром и…
– И ты вправду думаешь, что она только дампир? – перебила его Винн. – Я только что объяснила тебе, кого и что мы нашли в той комнате. Этот бронзовый чан такой огромный, целиком покрыть его гравировкой наверняка стоило немалого труда… и вот его использовали всего один раз, а потом бросили, как ненужную ветошь, потому что с его помощью уже добились того, чего хотели. Неужели ты никогда не задумывался над тем, с какой стати Сын Ночи, вампир, так потрудился, чтобы создать убийцу себе подобных?
Лисил начал терять терпение:
– Но ведь Магьер совсем не…
– Ну нет! – Винн уже почти кричала. – Именно такова природа Магьер… хотя только внешне. Эти несчастные, эти обескровленные жертвы там, в комнате… Ты подумай, Лисил, кто-то обшарил весь мир, чтобы найти их, а ведь все они, кроме эльфа и гнома, – миф, причем настолько древний, что о них просто позабыли. Всех их доставили сюда, чтобы убить и обескровить ради появления на свет Магьер… а потом предпочли замуровать комнату, нежели каким-то иным способом избавляться от улик.
Она оттолкнула Лисила, и голос ее смягчился. Не от сочувствия, скорее, от непонимания, как он может быть настолько слеп.
– То, что произошло здесь, – практически невозможно, недостижимо. И ты по-прежнему считаешь, что все это устроили только для того, чтобы создать всего-то убийцу вампиров?
Лисил смотрел на нее во все глаза, явно потерявшись в таком обилии слов.
– У меня нет выбора, – сказал он наконец. – Пойми, я люблю ее и потому не могу оставаться в стороне. Если ты не поможешь мне, я останусь совсем один. Даже Малец, похоже, не желает рассказать мне, что он знает, или объяснить, зачем он свел меня с Магьер.
Полуэльф шагнул ближе, и в его глазах была усталая безысходность.
– Ты нужна мне, – сказал он. – Ты знаешь больше, чем любой из нас. У меня есть только мое прошлое да природная хитрость, а только этого может оказаться недостаточно. Ты нужна мне, нужна именно сейчас.
В голосе его звучала такая мольба, что у Винн подкосились ноги. Она не хотела жить в этом мире. Она боялась, что первые шаги к разгадке прошлого Магьер неизбежно приведут их в более страшные места, чем замурованная комната. Малец оказался стихийным духом во плоти, другом полуэльфа с темным прошлым, о котором Винн до сих пор известно было слишком мало. Пес ухитрился свести Лисила и Магьер, и вдвоем они случайно узнали об истинной природе Магьер гораздо больше, чем Малец хотел бы открыть кому бы то ни было.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
