Шелест листвы и тихий шепот ветра словно вторят её внутренним переживаниям и сомнениям. Ночная тишина одновременно успокаивает и пугает, напоминая о жертвах, которые она принесла, и о трудностях, с которыми ей предстоит столкнуться.
Если она вернётся к семье, то каким будет её будущее? Полгода или год её траур и горе, так и быть, уважит отец, молча одобрит мать Ярослава, Лада, а потом? Ждана не даст дочери долго сидеть в девках и сосватает за кого-то из Пскова, быть может, компаньона Эгиля или человека не из купцов, а, например, состоятельного крестьянина.
Славку она этим не вернёт. Благосостояние семьи лучше не сделает, а, наоборот, навлечёт на них и себя несмываемый позор: вести о том, что после объявления невестой самого великого князя она вернулась назад на хвостах сорок разлетятся не только по Лыбуте, но и всем окрестным землям, добавив в репутацию отца ещё одну ложку дёгтя, а ведь дела его и без того не так хороши, как хотелось бы.
Будет ли она счастливее с новым мужем? Вряд ли. Станет одной из тех, кого Щука называл овцами.
По любви её замуж не выдадут, а супруг, скорее всего, окажется старым некрасивым толстосумом, что станет обращаться с ней, как с трофеем или игрушкой. Каким бы... противоречивым ей не казался Игорь, он, по крайней мере, спас её из горящего капища и согласился сберечь жизнь Славки в обмен на этот брак.
То, что этой самой жизни его лишил жестокий и буйный дружинник — от князя уже не зависело. Видно, так уж на роду Ярослава было написано: умереть молодым, как бы не старалась она вытащить его из рук смерти.
Неужели она погорячилась и вот так опрометчиво совершила очередную глупость?
С каждым шагом гнедой лошади Ольга чувствует, как в её жилах бурлит сомнение, что только усиливается. Когда прохладный ночной воздух касается лица варяжки, слезы дочери Эгиля смешиваются с вновь обретенным чувством силы.
Она больше не связана цепями общественных ожиданий и обязанностей. Вместо этого она обретает свободу, прокладывая свой собственный путь. Звезды мерцают над ней как путеводные огни, нашептывая обещания светлого будущего.
Да, она оплакивает утрату прежней жизни, семью, которую ей пришлось оставить, и горькое прощание с Ярославом. И всё же она надеется, что в родной деревне родные смогут заново построить свою жизнь и обрести счастье, будь то Эгиль, Вил, Ждана или даже Лада — старую одинокую женщину в беде она не оставит и упросит отправить ей хоть какое-то содержание.
Нужно вернуться к охотничьему домику до того, как её хватится кто-то из княжеской своры.
— Поторопись, милая, — разворачивает Молнию девица и всматривается в окружающий полумрак. — Поторопись!
Древние деревья шорохом листвы словно шепчут ей слова поддержки, их ветви вытягиваются и указывают дорогу к охотничьему домику, а звёзды в вышине пристально следят за ней, не сводит своего взора и одинокая луна.
Решимость принять судьбу княжеской жены ради лучшего будущего всех вокруг становится всё сильнее. Темнота леса больше не пугает Ольгу, а наоборот, придает ей мужества и стойкости.
Через несколько минут ускорившаяся кобыла неожиданно останавливает свой бег и замирает посреди густого ельника. Вокруг не видно ни зги, а воздух как никогда холоден и влажен, пробирая морозным ветром чуть ли не до костей.
Девушка судорожно сглатывает слюну и обречённо вздыхает, не узнавая мрачный лес вокруг. Они заблудились.
* * * * *
Новгородский порт, той же ночью
В порту Новгорода, расположенном на берегу Волхова, днём оживает шумный город, где купцы, моряки и простые жители занимаются торговлей и обмениваются товарами из ближних и дальних стран. Однако с наступлением ночи, когда древние стены погружаются в темноту, в них возникает совершенно иная атмосфера.
В бледном лунном свете на стоянку кораблей падает рассеянное сияние, а загадочные тени пляшут по узким улочкам, уставленным деревянными складами и тавернами. Питейные заведения, которые днём были заполнены шумными посетителями, теперь становятся тише, поскольку последние расходятся по своим комнатам или возвращаются домой, подвыпившие и довольные. Мерцающие ручные фонари, что держат немногочисленные выпивохи, следующие ко сну, придают тускло освещенным улицам таинственную ауру.
Среди ничем не примечательных посудин, пришвартованных в порту, одна бросается в глаза тем, что на палубе её стоит одинокий человек. Это судно скромных размеров, скрытое тенью, с выцветшими парусами, на которых изображены знаки отличия давно забытого клана. Корабль выглядит обветренным и потрепанным от бесчисленных путешествий по коварным морям.
Под покровом ночи, когда все уже улеглись в свои постели, из темноты появляется силуэт в плаще с капюшоном. Двигаясь с бесшумной сноровкой, таинственная фигура приближается к ничем не примечательному кораблю, а стоящий на борту и наблюдающий за беспокойными волнами матрос оживляется и хватается за короткий меч.
Человек, скрытый складками плаща, не подает признаков узнавания, пока он поднимается на борт корабля, скрывая свою личность от посторонних глаз.
— Я ждал птицу, — ожидавший гонца Козводец по-прежнему сжимает свой клинок и с недоверчивым прищуром смотрит на незваного гостя. — Каков пропуск?
— Девиз торговцев. Птица не сеет, не жнет, а сыта живет, — отвечает незнакомец и, получив от собеседника утвердительный кивок, улыбается.
Корабль тихо поскрипывает, когда оба мужчины опускаются в его чрево и исчезают из виду.
Внутри корабля атмосфера полностью меняется. В воздухе витает атмосфера тайны, шепот самых разных языков и запах опасности. Таинственная фигура, так и не снимая своей маскировки, проходит вперёд и протягивает пожилому седовласому мужчине, что ждал его на борту, серебряную монету с оттиснутой на ней руной " ᚱ ", обозначающей путь.
— Князь велел передать это как знак того, что мне можно доверять.
— Доверять чуть больше, чем ранее, — добавляет обладатель окладистой бороды и головы с глубокими залысинами. — Тебя послали не просто так, верно?
В тускло освещенной каюте на большом столе разложена карта из пергамена, на которой изображены соседние государства и владения самого сидящего на киевском престоле правителя. Одним отточенным движением своего клинка знатный муж отсекает верх карты и берёт его в руку: на обвисшей недублёной сыромятной бычьей коже можно заметить очертания Волхова, Ильменя и стоящего на их берегах города.
— Здесь, в глубинах этого судна, секреты продаются как товар, — показывает отрез карты своему оставшемуся инкогнито собеседнику мужчина и ухмыляется. — Твой князь предлагает именно такую цену за моё молчаливое содействие и помощь?
Фигура в плаще и капюшоне, глядя на заинтригованного хозяина корабля, некоторое время молчит, прежде чем ответить в весьма завуалированной манере:
— В тяжёлый час узнаешь верного человека. Подумай над этим.
Бородатый мужчина кивает и крутит серебряную монету в своей морщинистой, с пигментными пятнами, руке, прежде чем торопливо убирает её в карман шароваров из дорогой ткани. Через час, с наступлением рассвета, загадочная фигура покидает борт судёнышка, оставляя того, кто был свидетелем этого визита, размышлять о своём решении и делать верный выбор.
* * * * *
Ощущение чего-то нехорошего только усиливается, а под ложечкой начинает сосать.
Ранее спокойная и послушная Молния принимается громко ржать и мотать своей головой с большими умными глазами, в которых читается тревога. Ольга чувствует, как напрягаются мышцы кобылы под ней, когда воспитанница Щуки в очередной раз смотрит во мрак ночного леса.
Взволнованная варяжка сама смотрит в переплетения ветвей в этой забытой богами чаще, пытаясь понять, чем вызвано беспокойство лошади. Повернув голову, она замечает движение за деревьями. Страх охватывает сердце дочери Эгиля, когда она осознаёт, что в полумраке может скрываться что-то по-настоящему опасное.
Подстегнув гнедого скакуна, она изо всех сил натягивает поводья, но лошадь, охваченная страхом, не сдвинулась с места. Ещё раз. Ещё раз! И всё равно — безрезультатно.
