чтобы объяснить, какой благородный мотив двигал Мариной, когда она отомстила за девчонок, а в конечном счете – за поруганную честь их дачной компании.
Все начали исподтишка переглядываться, не зная, как прореагировать на такую версию. А Марина спокойно сказала:
– Не скрою, мне льстит твое высокое мнение о моих человеческих достоинствах. Но ты слишком хорошо обо мне подумала, Лиза! Отомстить на моем месте за девчонок?! Знаешь, при каких обстоятельствах это было бы возможно?
– При каких?
– Если бы я была лесбиянкой!
Из рук Натали на стол вылетела, но не разбилась, пустая чашка.
– … А у меня слишком обыденная сексуальная ориентация, – усмехнулась Марина. – Мужики!
– Но тебя видели на месте преступления! – Лиза ударила кулаком по столу.
– Кто?!
– Неважно! Скажем так, косвенный свидетель.
– Может, он обознался? – прошептала Вера. – Как подозреваемая была одета?
Этот простенький вопрос вышиб Лизу из седла. «Да, прокол! Я забыла об этом спросить! Мне было не до гардероба преступницы!»
– Послушай, «королева сыска», – с раздражением сказала Марина. – Ты уж, пожалуйста, уточни детали и тогда выдвигай обвинение!
– Ну вот! – Лиза даже вскочила с места и начала бегать по веранде. – Никто ничего не понял! Я вовсе не обвиняю! Просто я раскрыла суть туманной истории – и все. Я ведь взяла в вас слово – не болтать!
Антонова закинула ногу на ногу и твердо сказала:
– А моего слова – недостаточно?! Так вот я в присутствии всех заявляю: меня там и в помине не было! Весь день я создавала весенний коллаж! У себя в мастерской!
«Маринка явно недовольна моими психологическими выводами, – с горечью подумала Лиза. – И обвинением, конечно, тоже… С утра надо вновь лететь к Галине».
Вечеринка завершилась как-то скомканно.
– Знаешь, Лиза, – напоследок сказала Марина, – тебя можно заподозрить гораздо больше, чем меня. Ведь именно ты была на той лестнице!
После ухода гостей Натали со вздохом заметила:
– Боюсь, что твое хобби может рассорить тебя со всей тусовкой…
– Патовая ситуация. – Лиза пожала плечами. – Ведь я хотела выгородить Маринку! И возвысить!
В ответ Натали покачала головой.
– Но ты же обвинила ее в убийстве!
Глава 17
Лизин мозг и ночью продолжал трудиться на ниве расследования. Из глубин подсознания выплыло, какая накладка могла произойти в данном деле. Утром, еще по пути в Москву, Лиза решила провести «следственный эксперимент». На углу того переулка, где располагалось кафе, она увидела магазин стекла. В его витрине были выставлены те самые бокалы, из которых Шуйко при жизни потчевал «званого гостя». Бывшая головоломка начала складываться в четкую мозаику. Теперь Лиза точно знала, что делать.
Повезло, Галина вновь оказалась на месте. Видимо, она принадлежала к разряду тех барменш, которые ни на минуту не выпускают свое хозяйство из цепких рук.
Как только Галина назвала наряд подозреваемой, Лиза поняла, какой непростительный промах допустила вчера. Шокированная падением Шуйко – ведь «слоны не летают!», – она зациклилась на собственном предположении. И упустила то, что было на самой поверхности! Стремление выправить ситуацию погнало Лизу в офис напротив бара, в злополучный «пентхаус» Шуйко. Предварительно она договорилась с Галиной о том, чтобы та была предельно внимательна ближайшие десять минут.
Лиза представилась в домофон и услышала, что Инна обрадовалась.
– Это ты! Вот здорово!
«Удача сопутствует мне», – подумала гостья. Секретарша была в том же самом офисном костюме, что и вчера. Жакет и юбка темно-зеленого, бутылочного, цвета. Вот только блейзер – другой. Вместо желтого – черный. Поймав Лизин взгляд, Инна тихо сказала:
– Это ничего, что только сорочка – траурная?
– Порядок, – одобрила та, доставая из сумки два бокала.
– Вот они! А я уж думала, кто-то стырил, – с облегчением сказала Инна, принимая пропажу. Но через секунду вдруг напряглась:
– С ними никаких подвохов?
– Все нормально. Ты прикупила их вчера утром?
– Да. – И секретарша принялась сбивчиво рассказывать соратнице по вчерашнему несчастью, кто и как прореагировал на смерть ее шефа. Инна говорила, что многие из оповещенных жаловались на ишемическую болезнь. Лиза не стала прояснять ей самой главной детали смерти босса. Ведь всех на данном этапе вполне устраивал сердечный приступ.
– Или все-таки настоящий инфаркт? – допытывалась Инна.
– Разве у медиков поймешь! – Лизу сейчас гораздо больше занимал другой факт.
Пристально глядя на костюм, упомянутый Галиной, Лиза горевала о своей дикой оплошности. Кто мешал ей вчера спросить у барменши об амуниции подозреваемой? Если бы она услышала о костюме бизнесвумен, то сразу бы поняла, что Марина здесь ни при чем. Ее культовая одежда – джинсы и свитер.
Задуманную инсценировку Лиза провела с блеском. Чтобы Инна не насторожилась, завела речь о том, что давно обещала бабуле в подарок шесть итальянских бокалов, к юбилею. Как и следовало ожидать, Инна сама вызвалась проводить ее до магазина стекла. Более того, сказала, что выход через второй этаж удобнее. Если бы Лиза готовила все детали «следственного эксперимента», то и тогда он не прошел бы так ровно. Единственную трудность она испытала, поднимаясь по лестнице, с которой Шуйко спланировал к ее ногам. Но и это удалось перетерпеть.
Когда они выскочили в переулок напротив кафе, Галина была на посту. В магазине роскошного стекла Лиза разыграла потрясение от космических цен, чем даже вызвала улыбку на губах Инны. Там же они и расстались. Секретарша потащилась отсиживать в офис, а Лиза, спустя пару минут, юркнула в кафе.
– Она! Та самая вчерашняя краля! – гаркнула барменша, лишь только Лиза появилась на пороге.
«Следственный эксперимент» был завершен. И Галину, и Лизу – вслед за ней – сбил с толку тот самый латиноамериканский тип женщин. Излюбленный мужчинами. Вблизи Инна и Марина были не слишком схожи. Но родство черт: карие глаза, пухлые губы, два крыла каштановых волос до плеч – издали делало их почти что двойниками. Если бы Лиза вчера не была шокирована смертью Пети и непременной связью этой кончины с их командой, то сразу догадалась бы об элементарном. Галина засекла Инну – а вовсе не Марину Антонову! – в тот момент, когда секретарша выскочила за драгоценной посудой. Венецианским стеклом покойный Шуйко хотел пустить кому-то пыль в глаза.
«Кому-то! Именно тому, кто и прикончил нашего Петю! Парадокс!» Вслед за этим Лиза подумала, что жизнь полна таких то ли иронических, то ли трагических парадоксов.
Дома, в Зараево, она сразу же позвонила Марине и сбивчиво попросила у нее прощения.
– Это было облыжное обвинение! Каюсь от всей души. Но когда-нибудь я тебе покажу эту Инну! Вблизи – только те же черты. А издали – вроде бы
