Давай скорее жрать, а то в темноте ложкой в рот не попадем.
Разлили спирт, выпили. Илья подумал, что он уже даже и не кривится при этом. Привык что ли? Тушеная картошка показалась чертовски вкусной. Только было ее очень мало. Марек, кусочком хлеба, тщательно вытер тарелку, и, отправив его в рот, откинулся на стуле.
— Не наелся ни хрена! Так дело пойдет, восстановится стройность фигуры, утерянная пятнадцать лет назад. Ну, давай, рассказывай, чего вы там насовещались?
— Да чего насовещались… — Илья ковырялся в зубах распрямленной канцелярской скрепкой. — Короче охотники…
В этот момент их беседа оказалась прервана неожиданным звуком — будто кто-то прижал к столу ученическую линейку, а свободный конец оттянул, да и треснул им по столу.
Друзья прислушались.
— Интересно, — сказал Марек, — это то, о чем я подумал?
О чем он подумал, Илья узнать не успел. В следующую секунду бухнуло, словно захлопнули, раскрытую посредине, толстую книгу.
Последующий стрекот автоматных очередей, донесшихся откуда-то со двора института, окончательно убедил приятелей, что им не почудилось, и внизу развернулось настоящее сражение. Илья непроизвольно считал — одна очередь, вторая, третья. В промежутках между ними вклинивались сухие щелчки одиночных винтовочных выстрелов.
— Господи, да там война началась!.. — Илья сорвался, уронив стул, и вылетел в коридор. Огляделся и кинулся в комнату напротив (в поисках еды и полезных вещей, они уже успели вскрыть все комнаты поблизости от триста пятой). Марек пыхтел следом. В темноте Илья стукнулся обо что-то коленом. Шипя от боли, он, кое-как дохромал до окна и прильнул к стеклу, пытаясь что-нибудь рассмотреть во дворе. Ни черта там не было видно. Но только в первый момент. А затем, Илья и сопящий рядом Марек увидели, возникающие то тут, то там, вспышки выстрелов, сопровождающихся треском коротких очередей. Недолго думая, Илья распахнул окно и высунулся наружу по пояс, пытаясь разобрать, что творится вокруг институтского крыльца.
Большой балкон второго этажа, закрывал от обзора площадку перед входом, но было видно, что крыльцо слабо освещено неверным мерцающим светом, исходящим из вестибюля. "Да там, похоже, горит что-то!" — сообразил Илья.
— Ну что там? Что там? — нетерпеливо вопрошал сзади Марек. — Смотри не вывались, дай, я гляну! — он пытался оттереть Илью, и протиснуться наружу.
В этот момент, их заметили. Мазнул по глазам красный лучик лазерного целеуказателя. Илья не мог идентифицировать, какая из вспышек внизу была предназначена им, просто стекла вокруг, зазвенели и посыпались, и словно горячим ветром обожгло щеку. Он моментально втянулся внутрь комнаты, и присел, прижавшись к батарее отопления.
— Твою мать! — выдохнул Марек, падая рядом. — Это кто ж на нас напал? Инопланетяне? Надо что-то делать, а то сидим тут прижавшись, как два зайчика… Слушай, — повернулся он к Илье, — а тебя кажись, зацепило, вся щека в крови.
Не обращая внимания на его болтовню, Илья лихорадочно соображал. Очевидно, что их кто-то атакует. Но кто? "Братва"? Да их всего-то двое на свободе оставалось. Не могли же они вдвоем устроить такую канонаду. И откуда у них столько оружия? Вон лупят очередями, патронов явно не жалея.
Внезапно с улицы раздалось:
— Эй, ментяра и ты, бородатый хер!.. слышите меня?
Несмотря на искаженный мегафоном голос, Илья сразу узнал говорившего. Это был Крюк, собственной персоной. Крюк, которому полагалась сейчас сидеть в конференц-зале, примотанным скотчем к стулу. Каким образом он выбрался?
— Надеюсь, вы уже поняли, с кем имеете дело? — тон Крюка был явно хвастливым. — Так вот, последний раз предлагаю по-хорошему — кто сейчас выйдет и бросит волыны, тому ничего не будет, обещаю!
Со стороны института ему что-то ответили. Слов Илья не разобрал, но голос узнал — жив, выходит, Семенов. Он приподнялся и снова осторожно глянул в окно. Вон оно что: бандит забрался в милицейский "уазик" и вел оттуда пропаганду.
— А если по-плохому?.. — рявкал, меж тем, Крюк, отвечая на реплику. — Если по-плохому, тогда слушай сюда, урод! Тогда будем гасить тебя и корешей твоих! Живьем жрать вас будем! Я лично с тебя… — со стороны института щелкнул выстрел. Крюк удивленно выматерился и мегафон замолчал. Похоже, бандит, во избежание неприятностей, покинул "уазик". Он что-то хрипло проорал своим дружкам, и в следующую секунду на институтский вестибюль обрушился шквал автоматного огня. Впрочем, обстрел продолжался недолго, видимо бандиты начали-таки беречь боеприпасы. Затем, сочтя оборону подавленной, они кинулись на штурм. С разных сторон, к крыльцу устремились четверо, а их товарищ продолжал хлестать по вестибюлю длинными очередями. Потом затих, очевидно, опасаясь попасть в своих. Бандиты приподнялись, готовясь к броску, но тут очередь ударила уже из Института, и они опять залегли. Слегка привыкнув к темноте, Илья видел, как скорчившиеся на ступенях темные фигуры, о чем-то переговариваются. Потом они разом начали отползать обратно, в темноту двора, под защиту стоящих в беспорядке машин.
Внезапно выглянула луна, словно в небе зажегся яркий фонарь. И в ее свете, Илья увидел, что бандиты собирались возле своей фуры. Илья считал. Один, второй, третий… все пятеро там! Эх, сейчас бы по ним из гранатомета! Всех бы разом!
— Так что? — риторически вопросил сзади Марек. — Сбежали, значит?
— И не только сбежали… а еще и где-то успели вооружиться до зубов!
Илья опять выглянул в окно. Спрятавшись за огромной кабиной "Вольво", бандиты о чем-то совещались. Илья примерно представлял о чем. Очевидно, первоначальный план, прорваться в вестибюль, чтоб разом захватить Институт, не удался — Семенов и иже с ним, благополучно пережив шквальный обстрел, продолжали держать оборону и сдаваться не собирались.
"Что ж мы тут сидим? — лихорадочно соображал Илья. — Надо бежать, помогать нашим!" И тут же другая мысль пришла ему в голову — как же они тут быстро разделились, на наших и не наших! Где-то он читал про это — куда людей не помести, первым делом, они не преминут вцепиться друг другу в глотки!
— Ну, чего, отец, делать-то будем? — дернул его за штаны Марек.
— Чего делать? — Илья на секунду задумался. Действительно, чего? Бежать помогать Семенову? Нет, стой! Он повернулся к другу.
— Ты сиди здесь и жди, а я загляну в конференц-зал, посмотрю, что там, а потом спущусь на первый этаж к Семенову…
— Да ты охренел? — не дав ему закончить, возмутился Марек. — Ты меня за кого держишь? За ссыкуна? Вы там биться будете, а я — сидеть, дрочить на луну?
— Да подожди ты… — Илья досадливо поморщился. — Никто тебя за ссыкуна не держит… Я придумал! Я сбегаю вниз, и притащу тебе рацию! Будешь отсюда за действиями "братков" наблюдать и рассказывать, что они делают! Ну, а
