рамках сценария).
Поездка уже себя оправдала.
Аккуратно пихаю батю в бок кулачком. Глазками показываю на сумку со всякой всячиной, закупленной тут, в Голяне.
— Спасибо огромное за рассказ, — кивает мой родитель старосте. — А чем сейчас занимаются люди, совершившие этот трудовой подвиг?
«Человек способен подчинить себе природу», — тезис приписывают Великому Кормчему. Сказал он так или нет, но местные жители реально продвинулись в заданном направлении. Природу «прогнули», выдолбили — на весу в основном — ряды взрывных отверстий вдоль отвесной скалы. И провели серию взрывов. Затем — метр за метром, шаг за шагом — убирали обломки, большие и малые. На этом этапе трудились все, от мала до велика, и даже добровольцы из соседних деревень приходили.
Хотя поначалу смеялись над затеей местных. Говорили, что скорее коза снова забьет в барабан копытами, чем жители Голяна прорубят гору.
— Вы про мужчин из тринадцати семей? — уточнил с полуулыбкой староста. — Один из них сидит перед вами. Ещё трое с семьями уехали жить в город. Насовсем. Один, по фамилии Ван, погиб при строительстве туннеля. Ещё один, мой дальний родственник, годом позже попал под завал.
— Нам очень жаль, — выразил за всех нас сочувствие батя. — Рукотворное чудо далось вам дорогой ценой…
Как-то совсем невесело это звучало.
— А другие продолжают жить в деревне, — снова заулыбался господин Шэнь и принялся перечислять. — Занимаются… Да кто чем. Кто гостевой дом держит…
…Бывали в таком, сбежали, пытаясь при этом казаться вежливыми: там тупо на полу брошены ряды матрасов, сверху тряпки, не внушающие доверия.
Остальные трудяги, со слов старосты, занимаются самыми разными делами. Строительство (из камня, конечно), починка труб (водопровод тут есть, самодельный), труд на полях (они маленькие и неудобно расположены, но есть). Кто-то держит пчел: ульи высоко в горах, мед получается особенный. Кто-то собирает там же, на верхотурах, редкие лекарственные травы. И грибы заодно.
В общем, люди выживают, как умеют.
Поток туристов несет юани, но в основном не жителям, а управлению национальным объектом.
— Нужно сделать так, чтобы люди хотели вернуться, — сказала ворона задумчиво, когда мы шли в указанном старостой направлении.
Тучи, пока мы общались, успели пролиться дождем и уйти за ущелье. Дождь смыл пыль с камней. Деревня блестела в лучах предзакатного солнышка.
Мы топали за медом. Мед — натуральный — я люблю, так почему бы и не закупиться им здесь? Раз уж он тут «особенный». И заказ на следующие сборы медка оставить. Возможно, тетушка Ли в сладких вариантах стеклянных блинчиков решит использовать горный мед?
Этого всё ещё слишком мало. Даже если мы скупим всё, что эти люди готовы продать. Что-то затем пустим на презенты моим зрителям на Баоку. Или к родне отправим.
Мы можем взять и — просто так, от души, не на камеру — подарить этим людям коз, кур и прочую полезную в хозяйстве живность. Я высказала мысль бате (кто у нас главный по доставкам), он одобрил.
Нас это не разорит. А мы и для своих деревенских родичей заодно прикупим животинок. Так, мне обещали научиться делать домашний козий сыр к следующему празднику весны. Вислоухих нубийских козочек батя выписал аж из Индии.
Ухаживать за ними будут старшие дядя с тетей (не спрашивайте о степени родства). Именно нубийские, потому как им в теплой местности провинции Гуандун хорошо будет.
А ещё я-прошлая общалась как-то с фермерами, держащими «нубиек». И эти вислоухие козоньки показались мне милыми. Не пахли козой — и молоко их не пахло. На вкус — как сливочный пломбир. Сыр из него — просто пальчики оближешь.
Дорогущих коз нубийской породы мы сюда не потащим. Здешние попросту не оценят их исключительных качеств. Да и горы… Тибетские козы лучше подойдут, быть может, или ещё какие-то из местных, приспособленных к высоте да холодным зимам?
Озадачу родителя, пусть его голова болит о парнокопытных.
Но этого всё ещё недостаточно. Желательно, чтобы люди хотели приезжать сюда, оставляли здесь денежки. Здесь, в деревне, а не только перед въездом в туннель. Нужна «фишка», желательно — съедобная. Местные любят еду, необычную еду, разнообразную еду.
Так, ворона, ты же личность творческая. Натвори для этих людей решение! Давай, подключи фантазию…
Что тут растет? Кроме кукурузы с ямсом… Хурма? Да, неплохо! Замороженную хурму хорошо продавать зимой. Тут зимой снег лежит, морозы — а обледенелая хурма за кислым и вяжущим вкусом скрывает медовую сладость.
Что ещё? Грецкий орех! Как я сразу не подумала? Грецкий орех и кексы — идеальное сочетание. Можно и с добавлением меда, который тут же и делают. А ещё можно пустить повсюду, прям по каменным заборам, виноградную лозу. Сушить ягоды в изюм — много его и не надо — и вместе с орехами в кексики.
Кекс с хурмой в сезон — тоже вкуснота.
Китайцы делают кексы не совсем так, как мне привычно (и называют фагао). Ну да ничего, принципы схожи. Электрическую печь для выпечки тоже можно привезти.
Перед глазами словно наяву появились картинки будущего рекламного ролика. Двое держатся за руки, обмениваются нежными взглядами. Парень (мужественный, крепкого телосложения… Жуй Синь? — шикарно бы смотрелся) обещает девушке исполнить все желания, звезду с неба…
«Лучше бы кексиков», — мечтательно опускает длинные ресницы девушка. — «Из Голяна. С орехами… М-м, они там такие вкусные! Милый, ты не прочь быстренько сбегать за выпечкой для меня?»
И милый, разумеется, подрывается. Мощно бежит — нужно как-то снять его бег с внешней части скалы, от ущелья. Чтобы атлетичное мужское тело проносилось вдоль этих грубых каменных проемов в рассеянном свете. Чтобы частицы пыли от шагов взмывали и клубились.
И ввернуть мысль, что настоящий мужчина ради каприза любимой готов на выдающиеся поступки.
Главное, чтобы в туннеле не образовался затор после такого… А то знаю я, как местные ломятся в популярные места. Если о некой локации много говорят (не люблю выражение «на хайпе», но оно тут в тему), туда рвутся все, кто только может.
Производство ролика обойдется в пять-шесть миллионов юаней. Работа с комбинированными съемками, аренда оборудования, гонорары, монтаж, обработка, сведение. О, ещё выезд в глушь всех причастных добавим.
С побочными расходами можно смело увеличивать смету до семи миллионов. Помещение (нормальное, а не развалюха в газетных листах), электрические печи, упаковка, в которой кондитерское изделие не стыдно и с горы привезти, что себе, что в подарок (в Поднебесной оформление важно), расходы на ингредиенты и прочее,
