свои права, растапливая ночной холод, замершего перед неизбежностью города. Слабое дребезжание окон, всколыхнуло тишину; вскочив из кресла, в котором он провел всю ночь, полковник подошел к окну и отдернул штору. По дороге стройной колонной шли танки, с наглухо задраенными люками, выплевывая черную гарь из выхлопных труб. Проводив взглядом грозные машины, свернувшие на третье кольцо, полковник выглянул из окна, заметив, как поредел людской поток на улицах. Он включил телевизор, где снова бежала строка срочных новостей. Вклинившийся диктор могильным голосом информировал об инфекции, вспыхнувшей в Москве, в связи с чем вводился карантин, без права выезда из города. В репортаже из больниц города, взволнованные респонденты живописали ужасные истории, случившиеся с их родными и знакомыми, от чего те скончались, а тела их исчезли. Врач одной из больниц, с истерикой в голосе, объявил во всеуслышанье, что покидает свое рабочее место из за опасения за свою жизнь. Снова на экране появился диктор, повторяя информацию о мерах по сдерживанию роста количества инфицированных, ухмыльнувшись, полковник выключил телевизор и в этот момент в прихожей зазвенел звонок на входной двери. Полковник затих, прислушиваясь к барабанной дроби в дверь, потом решительно шагнул в коридор и щелкнув замком, распахнул дверь, стараясь оставаться в тени. За порогом стояли участковый и старший по подъезду.
— Добрый день, участковый Смирнов — представился милиционер, козырнув для приличия. — Вы здесь проживаете?
— Так точно — строго ответил полковник, достав двумя пальцами удостоверение и помахав им перед носом проверяющего — Что случилось, майор?
— Тов. Полковник — чувствуя свое уязвимое положение отчеканил участковый — Предупреждаем жителей подведомственной территории о введении карантина.
— Вы себя хорошо чувствуете? — вдруг встрял в разговор старший по подъезду, разглядывая полковника.
— Немного приболел — согласно ответил полковник, пряча лицо — Я смотрел новости — он решил быстрее отделаться от незваных гостей, но те не сдавались.
— У нас тут врачебная бригада внизу — почему то снизив голос сказал участковый — Хотите, осмотрят вас, может лекарства выпишут — он улыбнулся, довольный своей сообразительностью.
— Обойдусь — рявкнул полковник — С вашего разрешения я отдохну — он попытался закрыть дверь, но тут старший по подъезду, сам того не подозревая, подписал себе приговор.
— У нас инструкция, выявлять всех заболевших — он поглядел в спину участковому и тот обреченно кивнул, понимая, что просто так уже уйти не удастся.
Полковник ослабил хватку на дверь, он поднял лицо навстречу проверяющим и со злорадством отметил, как отшатнулись они, разглядев его мертвенный вид с глазами без дна.
— Инструкция дело серьезное — негромко произнес он, придвинувшись и резко схватив каждого из них рукой за горло. Участковый запоздало схватился за кобуру, не успев даже вскрикнуть, снова подняв глаза, он увидел рядом с собой мертвое лицо, глядевшее в упор на него, около него бился в агонии, отдавая последние капли жизни, старший по подъезду, повиснув на руке, прижавшей его к стене. Через минуту все было кончено. Полковник, разглядывая своих жертв, пытался представить их в прошлой жизни, потом, когда они молчаливо отступили, меняя цвет лица на землисто бледный, он указал им на верхние этажи подъезда.
— Продолжайте обход по квартирам. — он криво ухмыльнулся — Инструкция есть инструкция.
Два мертвеца переглянулись, едва заметно кивнув ему, и как роботы двинулись по лестнице вверх. Тихо прикрыв входную дверь, полковник приложил ухо вплотную к косяку, слушая, как хлопают двери на этажах. Через полчаса двое проверяющих, качаясь, вышли из подъезда, направившись к машине скорой помощи, стоявшей недалеко. Полковник, наблюдая за этой сценой, дольно улыбнулся, понимая, какая участь уготована медикам. После небольшой возни, которая была заметна по тому, как качалась машина с красными медицинскими крестами на крыше, взревел мотор и авто выехало из двора, не забыв включить проблесковые маячки. Миновав все посты, эта машина смерти, разнесет по городу инфекцию, передаваясь при рукопожатиях, прикосновениях и просто случайно. Через 48 часов в многомиллионном городе, развернется пандемия, остановить которую будет не под силу никому. Увеличивающееся количество зомби не оставит надежд на спасение живым. Упустив из поля зрения всего лишь одного человека, не сумев оценить его скрытый потенциал, ум и решительность, так не вовремя лишив его должности и уважения, государство, посчитав себя всесильным монстром, в одночасье получило врага, намного сильнее себя. Теперь этот враг, после всех унижений, выпавших на его долю, сможет заявить о себе во весь голос, обретя бессмертие и ужасную силу, способность казнить и миловать, от которой нет спасения никому живому. Его сила способна создать армию, которая пойдет за своим предводителем, туда, куда он укажет, сметая на своем пути все живое и оставляя за собой мертвую пустыню. Если ему не удалось стать властителем при жизни, у него появилась возможность стать им после смерти.
Полковник быстро оделся, натянув на голову капюшон и отыскав в трюмо темные солнцезащитные очки, надел их, скрывая глаза. Он вышел на безлюдную улицу и стараясь быть незамеченным, отправился переулками в свою секретную лабораторию.
56
Небольшая лодка плыла по ровной как стекло поверхности воды, отражаясь темным пятном на скатерти небесного океана. Перед его глазами разлилось безбрежное пространство, умиротворенно принявшее облик голубой воды, символизируя бесконечность жизни. Порыв внезапно налетевшего ветра, покрыл поверхность воды рябью, гребешки волн сходясь в неистовстве, образовали сильную волну, качнувшую лодку с силой, от которой он, теряя равновесие словно в замедленной съемке, завалился, увидев над собой темнеющее от гнева небо, прежде чем вода поглотила его. Отчаянно пытаясь глотнуть столь желанного, но недостижимого воздуха, он в зверином порыве выгнулся всем телом, стремясь вернуться в мир, где осталось все, что было ему когда то дорого. Его трепещущее тело ощутило прикосновение рук, державших его за плечи, от чего он открыл глаза, увидев над собой, склонившихся к нему незнакомых людей в форме.
— Встаем, встаем пассажир — нетерпеливо произнес солдатик, с надеждой оглядываясь на стоявшую в дверях проводницу.
Громов, собравшись с силами, привстал с полки, с недоумением разглядывая столпившихся людей. До его замутненного сознания долетали обрывки фраз о карантине, срочной эвакуации, а в глазах людей читался животный страх. Ему помогли накинуть куртку и вывели на перрон, где вдохнув холодного воздуха, он окончательно пришел в себя, щурясь на лучи, встающего за горизонтом солнца. Из толпы людей, стоявшей на площади перед зданием вокзала, отделилась фигура и радостно размахивая руками, бросилась ему навстречу.
— Андрей Иванович! — горестно выкрикивал запыхавшийся Колька — Куда же вы запропастились? Мы с Алексом не знали что и думать! — его глаза предательски
