разных источниках – разные цифры), но по-любому она была совсем девчонкой. А тут муж, Эдмунд, возьми да и умри от чумы. Осталась малолетняя вдовица с младенцем на руках.
Назвали сыночка Генрихом, и к его воспитанию плотно подключился брат Эдмунда, Джаспер, заменивший мальчику отца. Заменил ли он при этом девочке-вдове Маргарите мужа – тут единства мнений нет. Все только слухи, разговоры и домыслы. Но дыма без огня, сами понимаете, не бывает. Хотя нужно отметить, что Маргарита Бофор была особой сильно набожной, так что вполне могла и удержаться, законы церкви соблюсти.
Когда начались разборки между Ланкастерами и Йорками, Джаспер Тюдор выступил на стороне Генриха Шестого и Маргариты Анжуйской, а когда Йорки победили – вынужден был свалить в эмиграцию, во Францию. Типа в изгнание. И племянничка с собой прихватил. А Маргарита Бофор осталась в Англии и продолжала ковать личную судьбу. Еще раз замуж вышла, дождалась кончины супруга, потом с очередным женихом под венец отправилась… В общем, дамочка не скучала. Это уж не говоря о том, что в возрасте 7 лет ее выдавали замуж в первый раз за такого же семилетнего мальчика. За кого? И что потом случилось с деткой-мужем? А это я вам расскажу чуть позже, посмеетесь.
Подведем промежуточный итог: так кем же у нас получается Генрих Тюдор? По линии отца и через бабушку Екатерину Валуа он прямой потомок французских королей из династии Валуа, то есть королевская кровь в нем имеется. По линии матери Генрих получается Ланкастером, то есть потомком Плантагенетов. И тут с королевской кровью все в большом порядке. Более того, он сын единоутробного брата короля Генриха Шестого, полнородных братьев не имевшего. Выходит, что если признать власть Ричарда Йорка незаконной и поставить вопрос о возвращении трона Ланкастерам, то Маргарита Бофор – ближайший живой представитель этой династии, и на ее сына Генриха Тюдора это тоже распространяется. Поскольку женщины, как мы уже знаем, Англией пока еще не правили ни разу, никто и не думал о даме Бофор как о возможной королеве, зато о сыне ее подумывали. Не все, конечно, но многие.
Вот, собственно говоря, в чем и состояла одухотворяющая идея восстания, инициированного герцогом Бекингемом, принадлежащим (по линии матери) к роду Бофоров. Они не за просто так мятеж устроили. У них был готовый кандидат на престол.
Но не все так очевидно, как кажется на первый взгляд. Во-первых, Бофоры все-таки были не совсем законными; во‐вторых, брак Екатерины Валуа и Оуэна Тюдора ничем не подтвержден, чудесного документа под названием «свидетельство о браке» не имелось, штампа в паспорте тоже, и таким образом их дети вроде как бастарды. Иными словами, теоретически права Генриха Тюдора на английскую корону, с одной стороны, достаточно убедительны, с другой стороны – весьма сомнительны. Поэтому вступает в игру право сильного. «Пусть решит поединок». Очень по-английски.
Вот с такой угрозой внезапно столкнулся Ричард Третий. После подавления восстания он немножко подуспокоился и занялся государственными делами. Выпустил Елизавету Вудвилл, точнее, дал ей возможность покинуть наконец убежище в Вестминстерском аббатстве и продолжать скромное существование вдали от двора, а дочерей ее, напротив, призвал ко двору и сделал фрейлинами своей супруги Анны Невилл.
И тут новая беда: умирает его единственный сын, которого родила Анна Невилл. То есть наследника нет. Меньше чем через год умирает и сама Анна. Елки-палки, а кто же будет ему наследников престола-то рожать?! Нужно срочно искать новую жену.
И тут… Ой, даже рассказывать совестно…
Поползли слухи о любовной связи короля Ричарда Третьего с Елизаветой Йоркской, старшей дочерью покойного Эдуарда Четвертого и Елизаветы Вудвилл. Дядя и племянница. Каково, а? Ну, здесь все как обычно: слухи множатся, а с доказательствами слабовато. Замечу, что, когда я говорю о доказательствах, я имею в виду документальные подтверждения, доступные сегодняшним историкам. А у современников этих доказательств могло быть сколько угодно: видели, провожали, встречали, охраняли, передавали письма и, возможно, даже их читали, стояли за портьерой – да все, что угодно. Но ни фотографий, ни видео, ни диктофонных записей сделать не догадались, растяпы! Вот как с такими легкомысленными людьми историю через 500 лет изучать?! Прямо зла не хватает.
Есть, однако, одно обстоятельство, которое позволяет нам более или менее уверенно предполагать, что любовная связь дяди с племянницей все-таки была. О нем скажу чуть дальше.
Пока Бекингем готовил свое провалившееся впоследствии восстание, Маргарита Бофор не сидела сложа ручки. Она действовала. Она очень хотела видеть на престоле своего сына Генриха, который пока что прохлаждался во Франции в обществе своего дядюшки Джаспера Тюдора и компании близких друзей. Маргарита придумала ход конем: вступила в тайную переписку с Елизаветой Вудвилл (напомню: до разгрома восстания Елизавета все еще пряталась в убежище) и предложила ей брак между Генрихом Тюдором и Елизаветой Йоркской. Отличная комбинация! Йорки и Тюдоры пойдут в одной упряжке, и междоусобице наступит конец. Если у власти будет оставаться Ричард Третий, то перспектив у Елизаветы Вудвилл и ее дочерей никаких не просматривалось. А вот если посадить на трон Тюдора, то девочка из Йорков станет королевой и вся ее семья вздохнет наконец свободно.
Елизавета согласилась. Разумеется, старшая, Вудвилл. Потому что младшую, Елизавету Йоркскую, вообще никто не спрашивал. Дети – не самостоятельные единицы, они всего лишь товар для обмена.
Возможно, Елизавета Вудвилл и пожалела о своем согласии чуть позже, когда Ричард подавил восстание Бекингема, счел, что опасность миновала, и дал возможность вдове брата и ее дочерям покинуть убежище. Но жалела она или нет – а слово дано, договоренности скреплены, хода назад нет. Более того, Генрих Тюдор уже в декабре 1483 года, то есть через пару месяцев после неудачного восстания, принес в соборе Руана клятву, что женится на дочери покойного короля Эдуарда Четвертого.
Елизавета Йоркская стала фрейлиной королевы, а тут уж, как мы знаем из многих предыдущих историй, совсем близко до флирта с королем. Так что роман, скорее всего, действительно был, и в конце концов наступил момент, когда доказательств этой связи стало так много, что королю Ричарду пришлось даже созывать совет и яростно отрицать свое намерение жениться на девушке Лизе, собственной родной племяннице. Да, близкородственные браки были в ту эпоху в полном ходу, но не до такой же степени, честное слово!
В такой благости прошло еще полтора года. Ричард Третий правит, Лиза Йоркская блистает при дворе, мама Елизавета Вудвилл сидит тихонько и лелеет свою ненависть к королю, погубившему ее сыновей, и ко всем Йоркам вообще, а мама Бофор из подполья руководит захватом власти в пользу Тюдоров. В общем, никто не скучает, у всех полно дел
