батальона вызывает.
«Жук» Никитина спрятался за радиомашиной. Сам комбат вместе с адъютантами и двумя ротными командирами наклонился над развернутой на капоте картой.
— Алексей Сергеевич, — кивок в сторону командира второй роты, — получена задача наладить временную переправу у Кепри. Отправь один взвод с офицером. Понтонный парк забираете с собой.
— Строим мост или паромы? — деловито поинтересовался капитан Чистяков.
Никифоров воспользовавшись случаем протолкался к карте. Если ошибки нет, Кепри недалеко, километров сорок-пятьдесят по шоссе. Маленький городок, грязный и нищий, разумеется.
— Иван Дмитриевич, скатаетесь с саперами. Под Кепри англичане успели мост взорвать, посмотрите, что нужно чтоб восстановить как можно быстрее. Понтоны или мост, на месте с пехотой определитесь. Меня просили обеспечить нагрузку шестнадцать тонн.
— Танки?
— «Ослики», — так в русской армии называли штурмовые самоходные орудия с открытой рубкой. — Должны уж знать, во второй Санкт-Петербургской танков нет.
Последнее уточнение не лишено было смысла. На марше батальон плавно сместился к железной дороге в полосу наступления 3-й бронетанковой дивизии. Большая часть соединений подвижной дивизии, в интересах которой первоначально должен был действовать Кексгольмский батальон осталась к северу от Малого Заба, достаточно широкой и полноводной по весне речке.
За день отдыха Никитин сумел навести порядок в своем батальоне. Технику привели в порядок насколько это возможно, людям устроили помывочный день. Нет, местными мыльными местами русские брезговали. У арабов свои специфические понятия о культуре и гигиене. Саперы просто развернули свои походные бани. Штука удобная, хоть к ней приноравливаться надо.
Ни одна машина понтонного парка на марше не отстала. «Дромадеры» Ярославского завода оказались надежными, прочными и неприхотливыми авто. Добротные трехосные грузовики с двумя ведущими задними мостами полностью соответствовали своему названию. Как верблюд берет свои три тонны и едет спокойно по любой дороге. А вот нижегородские авто и грузовики московского АМО оказались не столько хороши, как о них рассказывали в рекламе на радио.
Уже через час после отдачи команды колонна машин пылила по шоссе. Первым шел трехосный полугрузовой «Кергесс» с полевой радиостанцией в фургоне. Машина этакая фантазия конструкторов, сделавших то ли огромную легковушку с кузовом, то ли маленький грузовичок с кабиной на пять человек. И не разберешь, что это на самом деле.
В пути рядом с водителем восседал подпоручик Андрей Аристов. Иван Дмитриевич делил заднее сиденье с унтер-офицером радистом. За «Кергессом» пылила длинная колонна «Дромадеров» с понтонным парком и саперами.
К Кепри вело достаточно приличное шоссе и совершенно не загруженное. Слева от дороги тянулась возвышенность Канидомлан. Справа расстилалась всхолмленная степь, изредка встречались крохотные поля и пасущиеся стада. Редкие встречные и попутные арбы и гужевые повозки вовремя прижимались к обочине, арабы в полотняных хламидах философским взглядом провожали машины. Замотанные в платки женщины прятались за повозки и спины своих мужчин. Несколько раз попадались встречные машины и мотоциклы.
Сам поселок у моста оказался живописно разбросанными на берегу глинобитными домишками и переплетением глухих оград. На главной улице белели стены нескольких приличных особнячков. Уже за полверсты от берега дорогу перегородил пулеметный броневик дозора.
— Саперы? — молодой подтянутый унтер моментально срисовал эмблемы Кексгольмцев.
— Кто старший на переправе? Какая часть?
— Третий батальон Волховского механизированного. Ваше благородие, место для переправы нашли в двух верстах выше по течению. Вам сейчас прямо до кишлака и сразу сворачиваете на грунтовку. Не промахнетесь, у съезда встали наши «Ослики».
— Благодарю за службу! — махнул Аристов. — Поехали.
Унтер не обманул. На окраине поселка расположились шесть гусеничных машин. Узкие гусеницы с маленькими катками на пружинной подвески, клепанная броня рубок, высокие дуги крепления брезента выдавали в машинах старые надежные ОС-3. Известное изделие самарских тракторостроителей, универсальное шасси с полковой трехдюймовкой и парой пулеметов.
Пехота у места будущей переправы развернула бурную деятельность. Высокий широкоплечий красавец комбат, представившийся как капитан Болотин, на месте не сидел. Его люди нашли лодки, промерили глубины, даже перебросили с берега на берег канат. Сейчас пехота лопатами срезала грунт с берегового обрыва, готовила спуск к воде.
— Андрей Иванович, я заберу «Дромадер» и скатаюсь к мосту.
— Вместе поедем, — отреагировал Аристов. — Мне здесь все равно делать нечего. Взводный справится.
Саперы уже суетились у грузовиков, разгружали машины. Понтоны из прочной резины с брезентовым покрытием накачивали автомобильными компрессорами и относили к воде. Здесь же из заводских элементов собирали балки и связи будущего моста.
Перед тем как уехать Никифоров все же подошел к пехотному комбату и поинтересовался состоянием старого моста.
— Инспектировать будете? Добро. Мост был капитальный шоссейный. Арабы взорвали крайний пролет. Пешком пролезть можно, но лучше со страховкой.
— После вашего батальона кто-то еще переправляться будет? Понтоны можем разбирать?
— Подождите, господин сапер, вам какое распоряжение получено?
— Разобраться на месте.
— Тогда не спешите. Лучше дивизию запросить. Мало ли кто еще решит переправится. Подождите. У моста мой дозор на обоих берегах. Если потребуется привлекайте людей, но чтоб без ущерба для службы.
— Спасибо, Виктор Климович.
Что ж, мост действительно строили на совесть, стальные связи на бетонных опорах. Взрывом разрушен настил, повреждены балки. Иван Дмитриевич не утерпел, спустился по ферме к опорам. Так и есть, в бетоне второго от берега быка трещины.
— Что скажете? — Прокричал сверху Аристов.
— Придется балками обвязывать, Андрей Иванович. Или рельсами. Попробуем раздобыть на железнодорожной станции. Я видел за путями сложены рельсы и шпалы.
С моста открывался хороший вид на реку и домики за рекой. Кепри разделен рекой на две части. На той стороне люди капитана Болотина успели соорудить огневую точку, поставили пулемет на обочине и обложили мешками с песком. Левый берег и сам мост охраняли только патрули.
Никифоров не отказал себе в удовольствии прогуляться до противоположного берега. С середины моста открывался великолепный вид на реку и окрестный пасторальный пейзаж. С моста видно далеко, в том числе и работающих саперов.
Большую часть понтонов уже накачали и спустили на воду. Две моторные лодки буксировали плавучие элементы целыми секциями. А с берега люди скрепляли понтоны балками и связями, сразу клали настил, по краям пролетов укладывали специальные балки, чтоб не дать колесам соскользнуть в реку. На берегу освобождавшиеся пустые машины отгоняли в сторону чтоб не мешались. Взводный унтер нашел хорошее укрытие для техники на опушке небольшой рощицы.
Именно подпоручик Аристов первым заметил пыль на горизонте. Какого-либо беспокойства у саперов это не вызвало. Серые шлейфы за пылящими по грунтовкам и шоссе колоннам уже
