от всех, причастных к этим темам, требовала конкретики. По всем же остальным направлениям можно отметить только рост русского списка «Форбс». То есть числа мультимиллионеров и миллиардеров. И параллельно – доходов членов правительства.
Последнее, скорее всего, совпадение. Или не совпадение. Кто его знает? Монетизация и коммерциализация всего, что нужно и не нужно, есть. Толку – ноль. Точнее, на бумаге толк огромный, начальству есть что рассказать. Но только на бумаге. Бумажный оборот в стране огромен, как никогда. Тем, кто еще что-то умеет делать, делать то, что они умеют, некогда. Им нужно заполнять формуляры. Писать программы. Выпрашивать у чиновников деньги на то, на что с их, чиновников, точки зрения нужно эти деньги давать. И придумывать, как хотя бы часть этих денег пустить на дело. А не на спущенный сверху маразм. Рискуя быть обвиненными в нецелевом расходовании средств со всеми из этого вытекающими. Поскольку кто виноват в том, что в стране бардак (а на самом деле он и есть) расширяется, нормальное пространство, в котором живешь, не боясь за то, что с тобой будет завтра, сужается, а песням сирен веришь все меньше? Учитель, врач и инженер. Это от них все беды. Получают много, работают мало, вопросы неприятные начальству задают и вообще раздражают его все больше. Геть их, псов!
Причем начальство не специально гробит страну. Оно старается навести порядок. Как может. И как оно этот порядок понимает. Искренне расстраивается, что не все получается. Не та страна досталась, что ли? Оптимизирует. Сокращает. Сливает. Цифровизует. Модернизирует. Реформирует. Опять оптимизирует. А отрасли дохнут одна за другой. Как куры у того раввина из анекдота. Может, в консерватории что-то поправить, как советовал по другому поводу Жванецкий? Поскольку меняй этих всех, которые наверху, местами, не меняй. Перебрасывай их с поста на пост или не перебрасывай. Перетрахивай их, не перетрахивай, согласно Батьке с его характерным акцентом и двойным смыслом получившейся рекомендации…
И ведь было уже. Читаешь Островского – который дореволюционный драматург, или Салтыкова-Щедрина, Чехова, Зощенко, Ильфа с Петровым – все было. Запретить их, что ли, писателей? Сатира, а заодно и юмор очень вредны для чинопочитания и бесполезны для подданных, которые начинают ощущать себя гражданами. Жуткая ересь из них произрастает. Мысли нелояльные и дерзкие. А на дворе рано или поздно выборы и в стране не монархия. Получается сплошной Крылов. «Квартет». А вы, друзья, как ни садитесь… Непорядок. И он на самом деле вокруг – только оглянись.
Есть много стран, где хуже, но это не утешает. В Африке или на Индостане жить не очень хочется. Лучше как в Канаде или Новой Зеландии. А тут что ни придумываешь, все не то. Оптимизировали систему природопользования. Лесам хана. Торфяные пожары. Чиновники бьют в заповедниках краснокнижную дичь с вертолетов. Рыба все равно идет в Японию. Бросаешь клич: все на нанотехнологии! Возникает монстр, от которого нанотехнологий как от козла молока. И даже то, что есть, перестает работать. Хотя уже и в Албании, и в Казахстане нанотехнологиями занимаются вовсю. Не говоря об Израиле и США. Строишь дорогостоящие трубопроводы в Европу и Китай. Пока построены – там Катар со сжиженным газом. Мучаешься с системой ГЛОНАСС. ДжиПиЭс работает хорошо, а ГЛОНАСС от случая к случаю. Даже собственной авиации и армии навязать ее можно только через «не хочу» – исключительно из соображений безопасности.
Спутники падают, потому что ракеты-носители советского производства кончились. А в новых контрафактные китайские микросхемы и припой не тот. Сажай ответственных лиц, не сажай… Вводишь ЕГЭ. Упрощаешь правописание. Хочешь, чтобы кофе среднего рода не считалось ошибкой. Сочинения отменяешь. После чего школы загибаются и университеты вслед за ними. Как там у Черномырдина? Хотели как лучше. Получилось как всегда. Хотя понятно, что, занимая в центре города такие места, которые можно выгодно застроить, они страшно раздражают местное начальство. Эту землю можно использовать с точки зрения быстрого заработка куда выгоднее. Построенное на их месте продать. Деньги к деньгам. А в провинции все это держать тем более невыгодно. Как и роддома – их тоже сокращают. И невыгодно платить донорам за сдачу крови. На чем можно сэкономить немало денег. Это и есть экономика, как говорил автору в середине 90-х финансовый помощник Ясира Арафата под Иерихоном, когда местные торговцы складывали в его микроавтобус сумки с кэшем.
И даже не скажешь, что у власти не те люди, которых туда вынесло в 90-е. Они самые и есть. И денег у них – куры не клюют. Благо с ценами на нефть и газ фартило и фартит. Когда они их скирдовали под крошечный процент в западных банках, их критиковали за развал инфраструктуры страны. Теперь они эту инфраструктуру перекраивают, а ее как не было, так и нет. Но денег тоже может не остаться. Они уходят на отечественные гигантские стройки, игрушки руководства. Олимпиада в Сочи. Саммит АТЭС. ВСТО. Северный поток. Южный. Чемпионат мира по футболу со всеми построенными к нему за безумные деньги стадионами. Притом что во что, во что, но в футбол отечественными силами не выиграть ни при каком раскладе, невзирая на то, сколько получают футболисты. Точнее, может, они бы выигрывали, если бы им платили по результатам, но этого делать никто не будет. Черные дыры экономики. Вроде древнеегипетских пирамид. От которых тем, кто с ними связан, хорошо. Некоторым даже очень. Но основной массе окружающего населения что они есть, что их нет…
То есть руководство свято блюдет четыре основных принципа поведения интеллигенции, дорвавшейся до власти, – не только питерской. Любой. Вранье. Воровство. Болтовня. Точное соблюдение демократической процедуры. Как злые языки и характеризовали работу мэрии Северной столицы во времена, когда ее возглавлял профессор. Трибун перестройки и внешне аристократ. Сотрудники которого есть сегодняшняя власть в общенациональных масштабах. Они хотят как лучше. Управляют, как умеют. И раздражаются, выслушивая просьбы снизу. О том, чтоб было меньше зверств с животными. Чтобы подумали чуть-чуть о детях-сиротах. Не приговаривали к смерти сирот-инвалидов, запрещая их усыновление в не слишком любимые начальством США на пороге спасения. Чтоб не рушили то, что можно спасти и сохранить. В образовании. Культуре. Медицине. И так далее. Причем, если удается добраться с этим до Главного и если это не противоречит его внутренним установкам – как с сиротами, он делает, что нужно, и сохраняет или исправляет – как может. Вопрос, достаточно ли этого.
Интеллектуальная элита страны не молчит – громко спрашивает. Просит. Напоминает. Зудит над ухом. Шевчук, Рошаль, Хакамада. Ответов не получают. Либо получают уклончивые. Последнее время отвечать стали политологи.
