в Сайгоне этого с избытком, и удивительно недорого.
Эпичные события его совершенно не беспокоят. А я, несколько даже растерянно, пытаюсь сообразить, чем нам это грозит, если все вскроется.
Вернувшись на базу ТанШонНят, поле того, как мы подменили таможенный груз профессора Гремница, у нас состоялась беседа. С участием капрала Венцеля.
Тоесть, мы сначала переоделись в свою одежду. Потом Хофман, сообщил нам, что если в Бернском банке есть действительно значимые активы, каждый из присутствующих получит по десять процентов деньгами.
Не успел я открыть рот, что бы отказаться, это сделал капрал Уильям Венцель. Он заявил, что не претендует. А потом и я добавил что обойдусь. Один Джо, молчал, занятый своими мыслями, и они были абсолютно не про деньги. К моему изумлению, его отношения с Айрин Паттерсон из легкой курортной интрижки, ну или, из эдакого протеста зажравшейся барышни, как я это воспринимал, свернули куда то не туда. Это, кстати, меня беспокоило.
Хофман, на наш демарш, сквозь зубы заявил, что ждет тогда от нас названия благотворительных организаций, куда он перечислит деньги. Потому что не собирается быть нам обязанным. Дискуссию, что мы попытались завязать он пресек так же безапелляционно. Я буркнул, что может, там и нет ничего. Он заявил, что даже если там доллар, каждый из вас получит по десять центов. И это не обсуждается.
Сошлись на том, что вернемся к вопросу после изучение содержимого этого депозитария.
Потом анкл Бил рассказал, что груз что мы сперли с таможни, перемаркируют, и отправят грузовым Геркулесом С-130, в Окленд, Калифорния. Потом доставят в Сан- Диего, на армейские склады. Оттуда это можно будет забрать, числа после десятого января.
Вам, парни, нужно будет переговорить с начальником базы. Третьего января в Окленд летит пассажирский лайнер компании Тайгер Авиа. Везет солдат, у которых закончилось турне* в Индокитае. Малыш Оттам в списке пассжиров. И вам, если попроситесь на рейс, скорее всего не откажут.
Что касается гроба с останками, то я рекомендую отправить с помощью недавно организованной австралийской компании. Он полистал бумаги на столе. Называется TNT. Они доставят прямо домой, в срок, тобой указанный.
Когда мы уже усаживались в джип, капрал, что вышел нас проводить, сказал:
— Джентльмены. Второго числа у малыша Джо кончается турне. Я надеюсь, что вы больше ни во что не будете ввязываться. Потому что на свою долю от кхмерских сокровищ, я как раз рассчитываю.
Мы заверили его что только девочки и алкоголь, даже без наркотиков. С чем и уехали. Не стали говорить ему, что вобщето у нас в планах еще беседа с герром Гремницем…
Еще только появившись в Сайгоне, Карл дозвонился до отца. И попросил его не верить никаким сообщениям, кроме как от него лично, или, если что то случится, то только официальной информации. Или от неких Грина, и Оттама. Что оказалось нелишним.
Профессор Клаус Гремниц, отоспавшись, и сдав на таможню свой груз, позвонил в Мюнхен. И сообщил Отто Хофману, что его сын, Карл, трагически сорвался со скалы у него на глазах. В связи с джунглями, останки найти не удалось. Проводники уверяют, что в тех местах хищники. Но, Отто, я везу останки твоего брата. Может быть это тебя утешит.
А еще, мы никак не могли найти способа, с этим профессором приватно побеседовать. Карл нам сказал, что в публичном месте он сразу же, как только ему начнут задавать неудобные вопросы, станет звать на помощь. Он знает своего родственника. Второй этаж отеля, куда он заселился, самый дорогой, и соответственно, самый охраняемый. Незаметно не проникнуть. В город он практически не выходил. Только пару раз сходил в библиотеку Французской Гимназии, что располагается буквально рядом с отелем.
Сложно было даже проследить за ним. Белых и негров сейчас не так много в Сайгоне, что бы их не заметить. Так я, на свою голову, решил поговорить с господином Таном Чуанли. Человек, не чуждый криминала, он мог бы что то посоветовать.
Так и оказалось. После обязательного ритуала при встрече, я ему изложил версию-лайт. Что пригласив родственника в экспедицию, профессор Гремниц пытался его убить. И мы хотим выяснить причину. Есть основания полагать какую то далеко идущую интригу. Поэтому хотим с ним поговорить, так сказать наедине, что бы никто не мешал, а он не сбежал. Как бы нам его выманить из отеля?
Господин Тан немного подумал, задал несколько уточняющих вопросов. Когда вам нужно? Вы не планируете его убивать или калечить? А потом он просто-напросто потряс меня. Предложил похищение. Не удивляйся так, молодой Ши. Мои люди увезут его из отеля, с мешком на голове, в бельевой корзине. Вы переговорите вот здесь, он показал рукой на склад магазина, а потом мы его, так же, доставим обратно. Стоит двести долларов…
Клауса Гремница, с мешком на голове, втащили на склад двое дюжих китайцев. Судя по волочащимся ногам, он был в отключке.
Китайцы бросили его на стул посреди помещения, связали руки за спиной, и отошли к стене. А я, вблизи, рассмотрел, как выглядит человек, готовый влегкую застрелить племянника. Невысокий, сухой и жилистый, брюнет, длинные темные волосы упали на лицо, закрывая глаза. По виду — лет тридцать — сорок, хотя я точно знаю, что ему сорок пять.
Напротив него остались только я и Джо. Хофман, с китайцами, был у него за спиной. Только Карл сидел на стуле. Я настоял, что бы он не участвовал в допросе. Я стащил мешок с его головы.
Профессор Гремниц начал подавать признаки жизни спустя пару минут. Задвигался, задергался, тихо застонал, а потом дернул головой, откинув волосы назад, что бы лучше видеть.
Пленнику заткнули рот, сказать он ничего не мог, лишь уставился на нас. Увидел белого и негра, достаточно просто одетых в темное, и пристально его разглядывающих.
Убедившись, что тот вполне пришёл в сознание, Джо подошёл и смачно заехал ему кулаком по физиономии. Не сильно, впрочем.
— Постой, — сказал я ему — сначала я с ним поговорю.
Взял стул и уселся слева от Гремница, заглянув ему в глаза.
— Я понимаю — сказал я немцу — Тебе больно и страшно. Ты хочешь держаться с достоинством, но не понимаешь. как себя вести. Давай поговорим, и все устроится.
По его глазам я видел, что он испуган, но отнюдь не сломлен. Пытается понять, что происходит. И будет меня разводить, что бы выстроить линию поведения и освободиться. Но и я это все уже видел, и ему не верю.
Вытащил
