попробовать. Это была помесь лошадиного навоза в сочетании с протухшей водой из канавы.
– А-а-а! – я резко и громко выдохнул, пытаясь отдышаться, потому что всего от малюсенького кусочка мяса у меня просто перехватило дыхание и потекли слезы. Я выплюнул проклятое мясо и попытался отдышаться, умоляюще глядя на Джоанну. Девушка сразу сообразила, что я прошу воды, и быстро протянула мне флягу. Я схватил спасительную жидкость, даже не подозревая, что и там меня ждет сюрприз – совершенно не заметил, как одна из фляг почему-то оказалась около огня и раскалилась настолько, что…
– А-а-а! – завопил я, отбрасывая прочь драгоценную воду. – Это же кипяток! Джоанна! Ты что?!
– Я всего лишь хотела ее нагреть, там был лед! – стала оправдываться девушка, но и я был хорош – через перчатки не успел вовремя понять, что фляга полыхает огнем, и сразу плеснул жидкость себе в горло.
– Ты ненормальная! Кхе-кхе! Что ты засунула в эту птицу, тьма ее забери!
– То, что ты мне сказал взять! Специи! Вот! – она показала мне небольшую стеклянную баночку, в которой я сразу узнал пузырек с песчаной магией.
– О нет! Ты же маг, ты что, не смогла отличить специи от волшебного сосуда?!
– Что?! Извини, но на нем не написано, что это! – закричала Джоанна и тут же осеклась. – А что там было?
– Лучше тебе не знать. Ох, – я схватился за живот, который моментально скрутило: всего шепотки хватило, чтобы прах мумий вперемешку с мукой и песком подорвал мое здоровье, на которое, стоит сказать, я жаловался очень редко. – Быстро достань из моей сумки исцеляющую жидкость! Голубой пузырек. Ну же, скорее! Джоанна, что ты мне даешь? Это оранжевый. Я же сказал: голубой! Ты ослепла, что ли? – закричал я, весь скрючившись от боли, и сердито посмотрел на девушку. – Эй!
Не знаю, наверное, я все же переборщил, потому как губы Джоанны задрожали – казалось, она вот-вот разрыдается. Так и случилось. По ее щекам одна за другой покатились слезы. Я даже забыл про свою боль, когда она, одной рукой вытирая глаза, протянула мне наконец злополучный пузырек.
– Слушай, да не все так плохо. Ну испортила ты нам ужин. С кем не бывает? Ты только сама не ешь это. Знаешь, что это было? Песчаная магия. Слышала о ней?
Девушка покачала головой, присаживаясь обратно на одеяло.
– Надеюсь, что после этого я не стану жабой, – вздохнув, сказал я и выпил весь исцеляющий пузырек без остатка. – Это волшебство, что оказалось в нашей птице, может поднять и вихрь, и бурю, и даже создать зыбучие пески. Но хуже всего, что эта магия создается на основе останков мумий, по сути, там трупный яд.
– Но из-за чего возникает магия? – с явным интересом спросила девушка, косясь на куски разложенной по тарелкам курицы и вытирая рукой предательски льющиеся слезы.
– Также в состав входят размельченные до состояния муки волшебные камни. Не знаю, какие именно, но зато действует вся эта смесь как надо – если правильно ее использовать, то можно и мертвеца вернуть, если до этого создать для него подходящий глиняный сосуд, – объяснял я, заметив, что девушке действительно интересен мой рассказ. – И да, хорошо, что ты не знаешь, как ею пользоваться. Еще не хватало, чтобы курица восстала из мертвых и начала тут бегать с отрезанной головой!
– Но это же темная магия! Запретная. И ты ею пользуешься? – спросила Джо, всхлипнув.
– Нет, я понятия не имею, как это делать. В отличие от некоторых. Но если этот пузырек просто распылить перед собой, произнеся при этом, что именно хочешь увидеть, то вполне может, например, разыграться буря. Как видишь, у меня этого порошка почти не осталось, а благодаря тебе его у нас вообще теперь нет. И я даже знать не хочу, что бы случилось с моим желудком, не будь у нас исцеляющего раствора.
– Кстати, этот раствор…
– Да, это тот же измельченный волшебный камень. Просто камень-то ты в себя не засунешь – зубы мне все-таки жалко, поэтому я попросил, чтобы мне его превратили в порошок. Как в воду глядел, что пригодится!
– Извини… – совершенно искренне произнесла девушка. Не знаю, что именно так расстроило мою спутницу, но если бы мне показали девушку, с которой я познакомился накануне, и девушку, сидящую напротив меня, то я сказал бы, что это два совершенно разных человека. Да, внешне они одинаковые, но по характеру – просто огонь и вода. Забавно, но такая Джоанна даже чем-то притягивает, так она стала похожа на обыкновенную девушку – хрупкую, нежную, которую хочется защищать. Но… Я же знаю, что на самом деле она не такая.
– Тьма с тобой, – смирился я. – Лучше убери от меня эту курицу, сейчас приготовим что-то другое, точнее, будем есть, что осталось: вяленое мясо, хлеб и прочее. М-да, запасы надо будет пополнить при случае.
– У меня есть немного фруктов. Бананы, сушеные яблоки, чернослив, курага.
– Оставь, что может храниться, а вот бананы давай. Что еще есть?
– Алкоголь. Немного, правда.
– Вот этого точно не надо. Не знаю, как ты, я вообще не пью, – честно признался я.
Пусть считает, что я трезвенник, хотя я не употребляю крепкие напитки не из-за того, что не хочу, просто давно понял, что любой бокал ослабляет мою силу. Я перестаю «видеть». Может, конечно, это было дурацкое совпадение, но рисковать я не хочу.
Достав из сумок еду, мы отужинали молча – каждый думал о своем. На пустыню уже спускались сумерки. Я ни о чем не расспрашивал Джоанну, рассчитывал, что она сама начнет разговор, но этого так и не случилось. Правда, и выглядела девушка как-то странно. В свете белого огня ее лицо казалось неживым, щеки будто впали, под глазами появились темные круги, да и улыбка пропала с лица, не говоря уже о том, что и дурного характера как не бывало.
– Джо, доставай второе одеяло. Я затушу костер.
– Зачем?! – встрепенулась девушка, буквально вытаращив на меня глаза.
– Что именно «зачем»? Если ты про костер, то ты должна знать, что свет всегда притягивает зло. Нас могут заметить с дороги, пока мы будем спать. Поэтому я и сказал, чтобы ты взяла много теплых вещей. Как только огонь погаснет, уж поверь на слово, можно просто окоченеть, если не укрыться с головой. Лошадей, кстати, я уже укрыл.
И вновь ответом мне была тишина.
Я лишь неодобрительно покачал головой, вздохнул и стал готовить место для сна, как вдруг Джоанна призналась:
– Я давно не убивала людей. В последнее время я стараюсь оставить противников в
