– Менестрель, сир! – воскликнул Рэп. – Он меня спрашивал об этом!
Король попытался выдавить улыбку.
– Любого человека, который способен петь так, как Джалон, естественно заподозрить в знании слова. Любой выдающийся талант… – Он остановился, перевел дыхание и с усилием произнес, обращаясь к Сагорну: – Расскажи ему об опасностях!
Сагорн заговорил, не отрывая глаз от короля:
– Слова противятся произнесению вслух, их нелегко сказать. Ты и вправду не помнишь, чтобы мать говорила тебе свое?
– Нет, сэр.
– Твое, несомненно, сильнее многих, – тихо сказал Сагорн, по-прежнему глядя на короля. – Возможно, это оно заставило тебя забыть, что ты его знаешь, хотя я никогда не слышал о…
Король вдруг застонал и скорчился от боли. Его рука была прижата к боку, и пот струился по землисто-бледному лицу.
– Еще сердечных капель, ваше величество?
Холиндарн молча кивнул. Старик повернулся и подошел к столику в углу. Он возвратился, держа стакан и высокую склянку с какой-то мутно-зеленой жидкостью. Рэп поднялся с места, чувствуя себя здесь лишним. Сагорн поймал его взгляд и кивнул.
Рэп поклонился и попятился к двери. И, только выйдя из комнаты, он вспомнил, что так и не узнал об опасностях.
2
На следующее утро Рэп нашел Форонода, который стоял на берегу с другими людьми. Снег почти растаял. Юноша терпеливо ждал, пока все получат задания, затем выступил вперед. Его приветствовали всего лишь кивком. Хотя управляющий выглядел так, как будто не спал с той бурной ночи, он ни словом не напомнил об этом, а просто тер глаза, молча слушая, как Рэп передает ему распоряжение короля.
Затем кивнул, тряхнув своей серебряной гривой.
– Ты умеешь читать?
– Нет, господин. Но я должен научиться.
– Это может подождать. Можешь начать помогать мне прямо сейчас?
– Да, господин.
– Мне доложили, что у мыса Острый Камень выбросило на берег кита. Я должен знать, достаточно ли он свеж, чтобы заготовить его мясо. Возьми хорошую лошадь.
Путь до мыса Острый Камень был неблизким. Рэп выбрал Огненного Дракона и вернулся вечером усталый и довольный, выполнив задание. И даже Огненный Дракон, если бы мог говорить, признал бы, что пробежался с удовольствием. Уже очень долго никто, кроме Рэпа, не решался сесть на этого жеребца. Никому не удавалось усидеть на нем долго, и только против Рэпа он никогда не возражал.
* * *
Спустя три недели Рэп и Форонод с трудом пробивались через снежную бурю, сопровождая последний в этом году караван. Большой снегопад наконец пришел, и Краснегар был закрыт на зиму… или, как говорили его обитатели, остальной мир был отрезан от них.
Они вдвоем ехали по городу в усталом молчании. Форонод остановился у подножия высокой лестницы. Он неловко соскользнул с седла и передал поводья Рэпу.
– Значит, завтра, – произнес он и ушел – к семье, к теплой постели, к длительному отдыху, который заслуживал, как никто другой, а может быть, даже и к горячей ванне.
Рэп отвел лошадей в дворцовые конюшни, размышляя, куда идти теперь. Теплые, тускло освещенные, пропитанные запахом навоза, сейчас они скорее были ему домом, чем любое другое место. Каменный пол, дощатые стены, привычная грязь – все это было родным и знакомым. Правда, после долгого времени, проведенного на открытом воздухе, Рэп чувствовал себя неуютно в помещении. Ему все время казалось, что стены надвигаются на него. Он почистил кобылу Форонода и занимался своим пони, когда из темноты появился Хононин, как будто часть темноты вдруг обрела форму. Он выглядел еще более сердитым и угрюмым, чем всегда.
Старик проворчал приветствие.
– Приятно вернуться, – сказал Рэп.
– Правда? – раздалось очередное ворчание. – А где ты теперь живешь?
– Я и сам искал ответа на этот вопрос.
Никто из них не заговаривал об очевидном – Рэп стал слишком взрослым для общей спальни подростков. Так или иначе, там могло и не найтись свободного места. Но помощник управляющего должен был бы зарабатывать больше, чем конюх, возможно, почти столько же, сколько возница. Рэп еще не спрашивал об этом.
– Я постараюсь найти жилье в городе, – сказал он. Старик нахмурился и взял щетку из руки Рэпа.
– Я закончу. Ты выглядишь совсем усталым. Ты знаешь чердак над комнатой возниц? Рэп удивленно кивнул.
– Его недавно вычистили. Там может найтись даже тюфяк. Можешь там пожить, пока не подыщешь что-нибудь получше.
– Спасибо. Вы очень добры. Хононин лишь что-то буркнул в ответ.
* * *
Краснегар был полностью обеспечен на зиму, но дел у управляющего хватало, и многие из них перекладывались на нового помощника. Частично Рэпа отвлекали утренние уроки по чтению, счету и письму, когда он сидел, зажатый в тесной парте, где-нибудь на последнем ряду, в классе, полном детей, которые хихикали над ним и воспринимали как забавного великана. Он кусал костяшки пальцев, ерошил волосы и пытался постичь тайны письма и капризы гусиного пера так же упрямо, как сражался с Огненным Драконом.
Король назначил Рэпа помощником Форонода из добрых побуждений, но оно только расширило пропасть, появившуюся в отношениях с окружающими. По необходимости сложилось так, что, когда управляющий подводил итоги летнего сезона, он начинал заниматься вопросами, отложенными в сторону в летней спешке. Столкновение повозок, невыплаченные налоги, необъяснимые увечья, пропавшее добро – все это становилось предметом разбирательства. Каждый год приносил свой список происшествий, а иногда преступлений, и этот год ничем не отличался от других.
Но там, где почтенный управляющий мог не церемониться, Рэпу приходилось действовать очень осторожно. Ему надо было задавать вопросы, ответы на которые никак не удавалось получить – многих вдруг подводила память. Он провел целую неделю в поисках особо ценного бочонка привозного персикового бренди, который пропал где-то между причалом и дворцовым погребом, и это отнюдь не принесло ему новых друзей.
Когда же он сделал Фороноду отчет, тот нахмурился и угрюмо спросил:
– А ты не можешь просто увидеть его?
– Нет, господин. Я пытался.
Это была ложь. Рэп приложил все старания, чтобы не видеть бочонок во время своих многочисленных хождений по городу и замку. Он прилагал массу усилий, чтобы не включать свое ясновидение, но тем не менее испытывал ничем не объяснимую уверенность, что пропавший бочонок, теперь уже пустой, спрятан под лестницей около туалетов.
Рэп уже вышел из густонаселенного царства детства, но сложившийся круг взрослых еще не принял его. Тех, кто находится в промежуточном состоянии, никогда не бывает много, и им всегда нелегко, их чаще подстерегают чудовища, предпочитающие одинокую добычу, а сейчас у Рэпа не было товарищей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
