— К чёрту! — вскрикнула Сьюзан. — Дело того стоит.
Сбившись с пути, Сергей и Виталий сделали большой крюк, пока снова не выехали на дорогу, ведущую в правильном направлении. Проведя за рулём почти весь день, напарники решили остановиться в мотеле. Сняв номер, друзья расположились на кровати, стоявшей в середине комнаты.
— Купи чё-нить пожрать, — кинул Сергей.
— Пошли вместе.
— Давай сам, а я пока схожу в ванну.
— Ладно, — Виталий взял деньги и вышел из номера.
Приняв душ, Сергей вытерся и рассматривал своё отражение в зеркале, решая бриться или нет. До слуха донеслись голоса со стороны вентиляционной решетки. Парню показалось, что он услышал знакомое имя. Подойдя ближе, он встал на крышку унитаза, повернув голову ухом к отверстию.
— Стю, я не уверена, что ты всё правильно понимаешь, — это был голос Лоры Сейт. — Как бы там ни было, что бы ни произошло пятнадцать, двадцать лет назад, это в прошлом. Какие претензии может предъявить тебе Сарански, если она утверждает, что отец ребёнка Ал Брейкман? Сам говоришь, что она не признала тебя отцом ни тогда, ни сейчас. Утереть нос заносчивой бабе, доказать, что она не такая уж и крутая, всё, что от тебя требуется.
— Лора, я тебя никогда такой не видел, — ответил Стюарт. — Чем тебе насолила Сьюзан?
— Моя мать должна была занять её место, — ответила супруга. — Когда на выборах победил новый мэр, Сьюзан словно с неба свалилась. Ходили слухи, что она зашла с двух сторон сразу: получила поддержку своей матери и, вроде как Брейкман тоже замолвил за неё словечко. А моя мать узнала, что Сьюзан охотно распространяла про неё сплетни, знаешь, как формируется общественное мнение с помощью сарафанного радио?
— Лора, ты решила отомстить?
— Да! Да, решила. Стю, что плохого в том, чтобы наконец остановить стерву. Кто-то должен это сделать!
— Май мне сказал то же самое, — задумчиво ответил Стюарт.
— Видишь, есть люди готовые меня поддержать, — более спокойно сказала Лора.
— Но почему я?
— Наверно потому, что у тебя появилась возможность, какой у других не было. Уверена, если бы был орден за уничтожение стерв, ты мог бы претендовать на кавалера.
В комнате раздался шум, и дверь в душевую распахнулась.
— Ты чё? — криво улыбаясь, спросил Виталий.
Сергей приложил палец к губам, призывая к тишине. Но за стеной разговор окончился, и до слуха донеслись звуки работающего телеприёмника.
— Я кое-что узнал, нужно послушать ещё, — сказал Сергей спускаясь.
— Чё узнал?
— Думаю, что фамилий Брейкман и Сарански не так много в этой стране. Тем более, если говорят о детях и наследстве.
— Серый, я ни хрена не понимаю…
— Тебе и не надо. Еду купил? — Глянув на раскиданные по постели упаковки, Сергей взревел: — Идиот! На хрена столько Сникерсов? Я еды просил!
— А чё, классно утоляют голод. Там ещё Твиксы есть.
Стюарт лежал рядом с женой, терзаемый сомнениями. Он прекрасно помнил, как был влюблён в Сьюзан, сильную, образованную молодую женщину. Вспомнил роман с женой Ала, который до сих пор не мог себе простить. Теперь, когда у него прекрасная семья, красивая и умная жена, способная дочь, получить напоминания о старых отношениях, переворачивающих душу, было некстати. Обижался ли Стюарт на Сьюзан — он не знал. Сэйт простил ещё полтора десятка лет назад и вычеркнул из памяти. Но память оказалась прочнее, чем он думал. Повернувшись к Лоре, Стюарт взял жену за руку и нежно прижался к ладони:
— Я тебя люблю.
Утром Сьюзан Сарански выглядела намного спокойнее, чем накануне. Проанализировав события прошлого дня, женщина успокоилась, поверив в то, что сюрпризов больше не будет. Вспомнив о сыне, она набрала номер мобильного телефона, но аппарат был вне зоны действия. Оставив сообщение, Сьюзан поспешила на работу.
— Мисс Сарански, звонил адвокат, просил, чтобы вы подписали контракт и отправили с курьером в контору, — сообщила секретарь о важных делах.
— Теперь они предпочитают держаться на расстоянии! — надменно бросила Сьюзан, беря папку с бумагами. — Деньги, всем нужны деньги.
Секретарь, привыкшая быть крайней и выслушивать замечания касаемые кого угодно, в очередной раз подумала о смене места работы.
Перелистав договор, Сьюзан немного задумалась и решила не торопить события. Все материалы для судебного заседания готовы, адвокаты заявлены, спешить некуда. Успеют получить свой контракт. Нужно выдержать паузу и показать у кого больше власти в этом городе.
Ближе к концу рабочего дня, Сьюзан снова набрала номер сына, но телефон всё ещё был недоступен. Тогда она позвонила напрямую директору лагеря.
— Ах, Мисс Сарански, добрый день…
— Добрый, где мой сын?
— С ним уже всё в порядке, — быстро ответил мужской голос.
— Что значит уже? — возмутилась Сьюзан. — Я чего-то не знаю?
— Нет, нет, всё хорошо.
— Мне нужно всё бросить и приехать для выяснения обстоятельств? — на испуг спросила Сьюзан.
— Нет, нет, Мисс Сарански, мальчики в порядке. Немного погуляли и вернулись, — дрожащим голосом ответил директор.
— Где погуляли? — чуть не ревела Сьюзан в телефон. — Немедленно доложите мне, что случилось!
Когда Сарански чувствовала, что от неё что-то скрывают, метод выбивания нужной информации был неизменным уже несколько лет. Грозный крик и безостановочные требования до тех пор, пока жертва не рассказывала обо всех своих грехах, сомневаясь, нужно ли вспомнить беды прадедов, или уже достаточно, чтобы быть съеденным заживо. Более опытные сотрудники умели сдерживаться, хотя восстановление нервных клеток у них занимало больше времени, чем у сдавшихся. Директор лагеря с Сьюзан знаком не был.
— Боб и ещё двое ребят пошли в лес, потом оказались на ферме, недалеко от лагеря. Немного выпили спиртного, но вернулись сами, своим ходом. Их жизни и здоровью ничего не угрожает. Простите, я не доложил сразу…
— У вас детский лагерь или бордель для фермеров? Мой сын лидер скаутской команды! Что за ублюдков вы понабрали, из каких семей? Я вас привлеку к суду за неисполнение своих обязанностей! — Сьюзан в гневе бросила трубку на стол.
Боб не включал телефон намеренно, пытаясь отыграться за свой поспешный отъезд из города. К счастью он встретил двух знакомых ребят, с которыми год назад участвовал в соревнованиях скаутов из разных городов. Тогда они были соперниками, но теперь у пацанов сложилась великолепная троица выдумщиков, способных на самые интересные проделки. То, что в нескольких милях от лагеря оказалась ферма, где жил одинокий ковбой в отставке, положило начало крепкой летней дружбе. Старик оказался падок на виски, а Боба мать снабдила достаточным количеством карманных денег. Когда мальчишки попросили разрешение покататься на единственной в хозяйстве лошади, ковбой намекнул на достойное вознаграждение. Боб выторговал сеанс для всех за десятку, но самой мелкой купюрой оказалась двадцатидолларовая банкнота. Отметив знакомство купленным на сдачу виски, друзья обещали пополнить запасы алкоголя для своего пожилого друга на следующий день.
