Но это было еще не все!
С противоположной стороны небесной сферы к пиратскому форту приближался крейсер «Бородин», перед которым в строю трехэтажного фронта следовали еще сорок восемь корветов Первой Венерианской флотилии имени адмирала Горшкова.
Гигантский лотарингский крест пиратского форта «Мститель» открылся Матвею в одно мгновение — словно бы кто-то поднял занавес над сценой.
Верхняя перекладина креста вся сияла огнями — самонадеянные наглецы-пираты полностью пренебрегали светомаскировкой, полагая себя полными хозяевами Градуса Забвения. Как видно, они и помыслить не могли, что кому-то по силам обнаружить их гнездо среди густых облаков космического мусора и непролазных астероидных роев.
В противоположность верхней, нижняя, более длинная перекладина лотарингского креста была погружена в непроницаемый мрак. Похоже, большая честь помещений форта пиратами вовсе не использовалась — то ли в силу их недостаточной численности, то ли по причине полной изношенности матчасти в этих отсеках форта.
— Там у них, видать, теплицы с шампиньонами, — предположила по этому поводу Ираида. — Или с баклажанами.
— Это вряд ли. Судя по тепловизору, температура там, в неосвещенных помещениях, максимум ноль градусов Цельсия. Не хватит даже шампиньонам, — отвечал Матвей.
— Братишка, это шутка была, ежели что, — сказала Ираида.
— Ну тогда «ха-ха».
Матвей жадно рассматривал «Мстителя» в телескопические визиры. Благо он мог себе позволить абстрагироваться от каких-либо тактических задач. По плану операции уничтожение пиратских истребителей и прочих малых целей лежало на плечах корветов типа «Скорпион», действующих с борта крейсеров.
Они же с Ираидой на своем «Крабе» должны были ожидать возвращения победителей, чтобы вывести их обратно к «Римскому-Корсакову». И, пока передовой эшелон второго дивизиона волной перекатывался через «Краб» Матвея, он наслаждался зрелищем экстренно сыгранной боевой тревоги на форте «Мститель».
Вот разом погасли все огни верхней перекладины креста.
Вот вспыхнули две дюжины мощнейших боевых прожекторов, выхватывая из черноты космоса, задрапированной пылевыми скоплениями, корветы «Беллоны». Те засияли — опасные и стремительные.
Спустя секунду радары матвеевского «Краба» зафиксировали появление оппонентов. Пятнадцать разнокалиберных посудин габаритами от космического такси до межпланетной фуры включительно стартовали с нижней платформы форта.
Те истребители пиратов, что были поменьше, не представляли, пожалуй, совсем никакой угрозы. Но четверка «Носорогов» выпуска 2451 года, оснащенных поворотными платформами ракетных батарей «Арктур», могли серьезно потрепать десантные катера «Беллоны».
— Видала?! «Носороги»! — воскликнул Матвей, адресуясь, конечно же, Ираиде.
— Подумаешь, четыре штуки…
— Где четыре, там и восемь!
— И где твои восемь?
Матвей, даже не глядя на соответствующий экран, видел презрительную гримаску своей напарницы.
В самом деле, число «Носорогов» не только не увеличилось, но, благодаря слаженной работе корветов второго дивизиона, уполовинилось.
Уцелевшая пара «Носорогов» успела выпустить в нападающих три роя ракет, но и она исчезла в непроглядных облаках изумрудно-зеленого пара. Именно так выглядела гибель этих покрытых меркуриевой броней монстров под ударами одноразовых химических лазеров, имевшихся в тот день на вооружении у многих «Скорпионов».
— Со святыми упокой, — вздохнул Матвей, созерцая это роковое великолепие.
— Вот еще — «упокой»! Много чести этим прохвостам! — злобно выплюнула Ираида.
В боях с пиратами Ираида потеряла лучшего друга и, как предполагал Матвей, любовника, предыдущего командира «дивизиона смертников» Александра Галуа. А стало быть ей, как и Матвею, было за кого мстить.
Бой корветов Второй Марсианской флотилии с прикрытием форта «Мститель» занял не больше трех минут и закончился полным разгромом противника — что, впрочем, совершенно не удивительно. Флотилия имела внушительное количественное и подавляющее качественное превосходство.
Несколько уцелевших истребителей пытались улизнуть, но были перехвачены корветами Первой Венерианской, подоспевшими с «Бородина».
— План воплощается безупречно. Мерзавцы оказались между молотом и наковальней, — в свойственной себе равнодушной манере радовалась Ираида.
— И сейчас их начнут расплющивать, — процедил Матвей, которому всегда передавалось настроение напарницы.
В самом деле, спустя полминуты «молот» Второй Марсианской флотилии нанес удар уже непосредственно по пиратскому форту. В то время как «наковальня» Первой Венерианской застыла на месте, готовая в любой миг препятствовать любым поползновениям к бегству.
Все три дивизиона корветов Второй Марсианской открыли огонь по вскрытым технической разведкой батареям форта.
Это было незабываемое зрелище! Сотни разноцветных огненных астр и лилий распустились на фоне темно-серой брони пиратского логова. Фонтаны осколков брызнули в ледяную бездну космоса, играя в лучах прожекторов, словно стекляшки.
Неожиданно сильный внутренний взрыв прогремел на верхней галерее форта.
Вырванная с мясом, кувыркаясь, в безвоздушное пространство вылетела мощнейшая лазерная пушка. Ее тридцатиметровый ствол, перевитый трубопроводами охлаждения и соленоидами электромагнитной системы, вращался с пугающе высокой для ее массы скоростью. И этот ствол, похожий на дубинку сбрендившего великана, устремился в самую гущу боевых порядков третьего дивизиона.
Матвей с ужасом наблюдал, как один из корветов, увлекшийся изничтожением батареи, что притаилась под пилоном антенны дальней связи, не успел сманеврировать и был буквально перерублен пополам.
— Чья это была машина? — спросила бесстрастная Ираида.
— Я бортовой номер не разглядел, — соврал Матвей.
На самом деле он просто не хотел знать, кто именно погиб на борту этого корвета. Всегда успеется — после боя. А пока нельзя давать волю чувствам.
К сожалению, не все тяжелые орудия форта были подавлены сразу.
Башенная лазерно-пушечная установка на нижней платформе успела дать несколько залпов, каждый из которых отыскал свою цель. Три корвета и два десантных катера погибли, прежде чем башенная установка исчезла в вихре ракетных разрывов.
— Здесь «Князь-100»! — загрохотал в наушниках уверенный голос Сазонова. — Повторяю, «Князь-100»!
Этот циркулярный позывной Сазонова означал одно: сейчас прозвучит некий чрезвычайно важный приказ, который должны услышать все без исключения участники операции. И действительно, приказ не замедлил последовать.
— Начинайте общую высадку по варианту четыре. Повторяю: общая высадка по варианту четыре! — и, не сдержавшись, полковник эмоционально добавил:
— Пора выжечь это осиное гнездо! С Богом, ребята!
Эпизод 19
«Беллона» в гневе
Октябрь 2468 г. Окрестности форта «Мститель» Градус ЗабвенияПилоты десантных катеров только и ждали приказа Сазонова. Идеально ровный строй бронированных утюгов, каждый из которых перевозил отделение вооруженных до зубов десантников, проплыл под «Крабом» Матвея и устремился в точку, где сходились две главные перекладины лотарингского креста: вертикальная и длиннейшая горизонтальная. Тактика использования десантных катеров предусматривала два варианта проникновения на борт штурмуемого объекта: жесткий и мягкий. При мягком проникновении катер стыковался со шлюзовым узлом объекта. После чего люки шлюза либо открывались тем или иным способом, либо в них вырезали лаз плазменными автогенами. И уже в этот лаз один за другим устремлялись бравые парни из десантно-штурмового батальона «Беллоны». Мягкое проникновение также могло осуществляться без оглядки на шлюзовые узлы, непосредственно через обшивку объекта, взрезаемую автогенами или подрываемую по контуру шнуровыми зарядами. Но в любом случае оно подразумевало достаточно нежное соединение десантного катера с объектом атаки и — что важно — сохранение родной атмосферы в том отсеке, который атаковали бойцы «Беллоны». Поскольку при таком подходе почти всегда удавалось сохранить внешнюю герметичность системы «катер-объект».
Ну а при жестком проникновении катер работал как примитивнейший консервный нож, взламывая специально приспособленным для этого литым клиновидным носом борт вражеского корабля. На профессиональном жаргоне «Беллоны» — пенетрировал его. И никакого заднего хода после этого! Когда внутри оказывался весь бак катера — как говорится, по самый полубак — попросту открывались оба носовых десантных люка и все уполномоченные лица получали возможность заработать себе орден, медаль или, на худой конец, денежную премию.
