Следом в кабинет грузина вошел и владелец дома. Он присел на высокий стул, спросил:
— Не слишком ли вы беспечны, хозяин? Появляться в поселке на двух крутых иномарках, да еще Красного Креста! Это может привлечь внимание русских пограничников!
Вахтанг ответил встречным вопросом:
— Ты имеешь в виду их мобильные группы?
— Да!
Грузин махнул рукой:
— У меня чистые документы. Да и не постоянно же они кружат по Форогу? Тем более, наши машины стоят во дворе и с улицы не видны… Ну, а если кто из их осведомителей сообщит о моем прибытии к тебе, то пусть подъезжают погранцы, поговорят с бельгийцем Ван-Гостеном.
— С кем? — удивился таджик.
— С главой группы миссии Красного Креста, работающей в Афганистане и Таджикистане.
Кураев погладил бородку:
— Я понимаю, что без надежных документов вы не стали бы открыто появляться здесь, и все же пограничники проверить вас могут. Они, как нарочно, сегодня возле базы с ночи трутся.
От сказанного таджиком Вахтанг напрягся:
— Что? Что ты сказал, Бяшим?
— Ахун ночью звонил. Передал, что получил от охраны сообщение о внезапно объявившейся возле базы мобильной группе русских. Она постояла на площади, у центральных ворот складов, потом уехала куда-то, а с шести утра вновь вернулась. Так и стоят пограничники до сих пор возле базы.
Вахтанг хищно и подозрительно сощурил глаза:
— Как же Ахуну удалось отправить первую колонну?
— Это лучше у него спросить, хозяин. Я подробностей не знаю.
— Хоп! Вызови его сюда!
— Сюда? В мой дом? А это не опасно?
Грузин взорвался:
— Что опасно? Что ты видишь в визите друга опасного? Или вас здесь русские заставили собственной тени бояться? Кто в городе хозяева? Таджики или русаки? Если они, так поднимайте лапы, как позорные шакалы, и идите с повинной к ним. Заодно и дело сдайте! Вам это зачтется!.. Только потом в этом доме, — Вахтанг обвел рукой кабинет, — тебе, Бяшим, уже не жить. Здесь русские чиновники устроятся. Ты этого хочешь?
Кураев встал, покорно наклонив голову, проговорил:
— Извините, хозяин, я не так выразился…
Грузин перебил его:
— Ты не «не так выразился», а сказал глупость. Ахуна ко мне, немедленно!
Бяшим попятился к выходу, бормоча:
— Слушаюсь, хозяин! Сейчас все сделаю, как вы сказали!
Оставшись в кабинете один, Вахтанг задумался.
Да, мобильные группы русских пограничников не редкость в регионе. Но почему одна из них зависла в Фороге? Мало того, зависла у базы и в то время, когда оттуда запланирована отправка груза. Погранцы имеют информацию о наркотике? Нет, это отпадает! Если бы имели, не стояли бы возле ворот, а, вызвав войска, разнесли бы базу к чертям собачьим. Вместо этого группа русских пропускает первую колонну, а затем вновь блокирует базу. Что это за игра? Может, она и ждет войска? Опять не то. Если бы группа ждала поддержку, то она не стояла бы компактно, а взяла базу в кольцо окружения. Но она ничего не делает. Странно поведение пограничников. Странно и непонятно. А может, погранцы к складам вообще никакого отношения не имеют и встали в Фороге на отстой? Ожидая приказ вышестоящего командования для проведения какой-то собственной, не касающейся транзита наркотика задачи?
Это очень даже может быть. Затаились в поселке, чтобы в нужное время вынырнуть на трассу или еще куда вне Форога. Да, просчитать действия и логику русских невозможно! Однако факт остается фактом, вольно или невольно, но они заблокировали базу, сделав тем самым выход второй колонны невозможным. Не подставлять же ее на выходе? Черт! Но сейчас станет ясно, имеют ли погранцы виды на базу. Если они нацелены все же на нее, то за Ахуном следят точно. И его прибытие сюда проконтролируют, объявятся у дома Бяшима. За пограничниками наблюдают люди Кураева, они доложат о поведении пограничников. Тогда многое прояснится.
Сам Вахтанг не боялся никакой проверки, у него были документы на имя бельгийца Ван-Гостена, главы группы миссии Красного Креста. И иностранец действительно существует и состоит в штате миссии, он на самом деле с помощниками был отправлен в Афганистан и Таджикистан. Вернее, существовал, сейчас его труп и тела лиц, его сопровождавших, лежат на дне глубокого ущелья. Но это неизвестно в Ташкенте! И даже если погранцы сделают запрос в миссию, им придет подтверждение о командировке Ван-Гостена. Но вряд ли русские будут кого-то запрашивать. Пропустили же их беспрепятственно в Термезе.
В общем, Вахтанг насчет себя был спокоен. Он прекрасно говорил на французском и немецком языках, специально изучил их, когда еще в советские времена благодаря высокому партийному посту двоюродного деда учился в МГИМО. Он сумеет развести погранцов так, что те быстро отвалят! Беспокойство вызывает другое, а именно все то же непонятное и непросчитываемое появление у базы мобильной пограничной группы.
Прибыл Ахун. Ни от кого не скрываясь, выехав через центральные ворота базы на своем «Ниссане». И тут Бяшим доложил, что, по данным наблюдателей за пограничниками, те никакого внимания на выезд иномарки с базы не обратили. Возле дома самого Кураева также ничего необычного замечено не было.
Что ж, значит, вариант с посторонним интересом погранцов подтверждается. Они в Фороге не для того, чтобы что-то предпринимать против складов. И осведомителей в поселке у русских скорее всего не было. За это говорило то, что пограничники не заинтересовались даже появлением в поселке группы миссии Красного Креста! Следовательно, предстоящая своя задача была для погранцов важней всего, и они действительно спрятались в Фороге перед ее выполнением. Тем не менее они служат помехой для отправки второй колонны наркокаравана. Сколько погранцы еще простоят в поселке? Этого не мог знать никто.
Вахтанг оторвался от размышлений, вспомнив об Ахуне. Тот послушно ждал вызова хозяина в коридоре. Наркобарон позвал пожилого таджика.
Ахун вошел, поклонившись чуть ли не до пола:
— Ассолом аллейкюм, уважаемый Вахтанг!
— Салам, Ахун, салам! Проходи к столу, присаживайся! Расскажи, как отправил первую колонну? Когда появились пограничники?
— Сначала они, хозяин, появились ночью. Я, признаюсь, шуганулся, подумал, не по мою ли душу? Потом смотрю, нет! Встали на своих бронетранспортерах на площади и замерли. Никто наружу не выходит, солдаты в БТРах. Постояли так до пяти часов и рванули с места, как будто приказ получили к выезду из Форога. И тишина! А в шесть вновь вернулись. И опять встали перед базой. Так и стоят до сих пор. Но явно чего-то ждут. Из машин не выходят. Ну, а первые «КамАЗы» я запустил на маршрут в пять тридцать, когда не было пограничников.
Вахтанг спросил:
— С колонной Анвара связывался?
— Так точно, господин! Идут по трассе без проблем. К пяти часам вечера должны выйти в Ургаб. Ну, а утром к 9.00 на Караульский пост.
— Хорошо! Возвращайся на базу, занимайся обычной работой и смотри за мобильной группой русских. Как только они уйдут, выпускай вторую колонну, я со своими людьми буду сопровождать ее. Все понял, Ахун?
— Да, хозяин, все понял!
Грузин небрежно махнул рукой:
— Иди с Аллахом!
Таджик, пятясь, вышел из кабинета. Вскоре он вернулся на базу и оттуда позвонил по местному телефону, доложил, что пограничники все еще на месте.
Вахтанг сообщение принял и прилег отдохнуть.
Его приняли и специалисты отделения «Р» отряда «Легион-2». Они записали все разговоры, что велись в доме Кураева. Феликс, прибывший на позиции отряда Кудрина, внимательно ознакомился с записью.
Итак, первую колонну до утра 26 августа бандиты задержат в Ургабе и выведут на пост в 9.00. Следовательно, акции и в Фороге, и в Ашале, и на объектах надо начинать тогда же. В 9.00 местного времени!
Он связался по аппарату «Виртуса» с капитаном, командиром мобильной пограничной группы:
— Сергушин?
— Я!
— Генерал Борисов!
— Слушаю, товарищ генерал!
— Предстоит тебе, капитан, до 8.30 завтрашнего дня простоять у базы. Как, сможешь?
— Не мешало бы мое начальство предупредить.
— Об этом не волнуйся.
— Ну, а в остальном какие проблемы, спецназ? Надо до утра, простоим до утра.
— Хорошо! Назови свой позывной и позывной твоего непосредственного начальника?
— Мой — «Граница-3», начальника отряда — «Магадан»!
Феликс удивился:
— Как?
— «Магадан»!
— Хм, обычно позывной привязывают к местности действия, при чем тут Магадан?
Капитан объяснил:
— Полковник, начальник мой, мужик с юмором. Ему какая-то песня о Магадане очень нравится, вот он и назначил себе соответствующий позывной.
— Что ж, Магадан так Магадан! Я свяжусь с ним, и ты получишь официальный приказ находиться в Фороге.
— Понял вас, генерал!
