Да. Вот так.
ДА!
Она кончила, закричав. И сразу же горячие струи спермы полились ей на ягодицы, задев поясницу.
Назар не отпустил её. Напротив, потянул на себя.
— Иди ко мне.
Она пошла.
Потом оттолкнет.
Наверное…
Глава 19
ЗОЯ
— Вино. Клубника. Ты неплохо подготовился.
— Это плохо?
Зоя повыше натянула покрывало. Назар не удосужился одеться. Натянул боксеры и всё.
Даже кровь не смыл всю. Вернее, это она не смыла. Несколько разводов остались на шее.
С пластырем на лбу он смотрелся шикарно. Зоя с трудом подавила ироничный смешок. Почему бы и нет? Она живой человек, имеет право на злорадство.
Это в книгах и кино героини обязаны быть мягкими, добрыми и пушистыми. А в жизни девочки живые. Они злятся, влюбляются, борются. Обижаются и допускают ошибки. Пытаются их исправить. Идут дальше. Воспитывают деток.
Это жизнь. Нормальная. Обычная. С шансом всё исправить.
Про шанс она и думала, наблюдая, как Назар к ней приближается.
Она может его оттолкнуть. Снова. Сказать, что то, что между ними только что произошло — ошибка.
Очередная…
А может поступить по-другому.
Пора уже признать себе, что она с Назаром связано. Непонятно какими узами, но они, эти узы, чертовски крепкие.
Назара и её снова и снова толкают в объятия друг друга. Судьба не раскидывает их по России. Наоборот.
И если отбросить чувства, что вспыхивают стоит им оказаться поблизости, надо помнить про маленького негодника, что с легкостью повелся на заговор отца.
Зоя прикусила губу, отметив, что та припухла от поцелуев Назара. Да и не только эта губы припухла… Боже, она похабница. О чем думает…
А о чем должна думать молодая здоровая женщина, испытавшая некоторое время назад ошеломляющий оргазм, отклики которого до сих пор гуляют по телу?
И когда она видит красивого молодого мужчину с невероятно красивым телом? Интересно, Назар «сушится» или у него кубики на животе теперь постоянно?
Такой подтянутый… такой спортивный…
Волна жара снова прокатилась по телу. Зоя интуитивно свела бедра. Благо под покрывалом, Назар не заметил.
Он поставил поднос на комод. Бутылка открыл заранее на кухне. Бокалы не принес.
Тарелку с клубникой вручил ей.
— Держи-ка.
И направился к злополучному шкафу. Сначала Зоя не поняла зачем. Когда Назар достал бокалы, кровь прильнула к щекам.
Вот скажите, пожалуйста, как Зое могла прийти в голову дурная идея кидаться в Назара хрусталем? Причем таким тяжелым. А если бы она попала в висок? Внутренний голос, который всегда стремится оправдать хозяйку шепну — не попала же.
Назар вернулся и разлил вино. Зоя молча наблюдала за его действиями. Как вино стекает по тонким стенкам, наполняя бокалы.
Назар протянул один ей.
— Спасибо.
Она больше не знала, что сказать.
Время точно отмотало годы назад.
Они снова вместе. Разгоряченные после секса, предоставленные друг другу.
И никто, ни какая сила не в состоянии их разучить.
Назар тоже не спешил что-либо говорить. Он и присаживаться на кровать не спешил. Продолжал стоять и изучать Зою, словно видел ту впервые.
Как же она любила, когда он на неё смотрел. Эта несвойственная ей эгоистичность, когда хотелось нравится. Безумно хотелось.
Зоя сделала глоток вина. Вкусное…
— Я люблю тебя, — признание Назара прозвучало негромко.
Если бы Зоя сказала, что осталась равнодушной к его словам, она бы соврала. Сердце, что долгие годы находилось за замком, сжатое в тиски, стиснутое в кулак, затрепетало. Зоя сделала ещё один глоток.
— Я тебе ничего не скажу в ответ, — упрямо произнесла она, мысленно отвесив себе подзатыльник.
По тому, как медленно пополз кверху левый уголок его рта, не только у неё одной аналогичные мысли возникли.
Зоя поспешила спрятать свою усмешку.
— Не говори. Я подожду.
— И долго будешь ждать? — а вот черти, что выжигали огонь в крови, не желали прятаться.
— Сколько потребуется.
Из его глаз исчезла легкая ирония. Они снова потемнели.
Зоя обеими руками сжала бокал, боясь выдать себя с головой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Смелое заявление, Ватаров.
Назар запрокинул голову и жадными глотками осушил бокал. Потянулся к бутылке и снова наполнил его.
— Жажда душит.
— А вода не вариант? Не?
— Нет, Зоя. Напиваться я не собираюсь. Я и так уже пьяный… От того, что ты рядом. И снова нет, Зоя. Моё заявление не смелое. Ты сама всё знаешь, — пауза. Небольшая. Всего пара секунд. — Ведь знаешь же, маленькая.
— Знаю.
Она всё-таки сказала.
Призналась.
Облегчение не заставило себя долго ждать.
Зоя даже не ожидала, что станет настолько легко. Если во время секса она чувствовала некое освобождение, сейчас легкость коснулось души.
Девушка постоянно подавляла себя. Не позволяла думать о Назаре, как о потенциальном партнере в будущем. Она активно взращивала обиду на него.
А сейчас?...
Она может и дальше тешить своё обиженное эго?
Но будет ли счастлива?
— Я, наверное, в отличие от тебя напьюсь.
Назар присел на кровать. Близко…
— Мне давно следовало тебя напоить и дать себя побить.
Зоя весело хмыкнула.
— Думаешь, помогло бы?
— Не знаю. Не уверен. Я и сейчас до конца не верю, что ты рядом.
Зоя протянула почти полный бокал. Назар, никак не комментируя её действия, наполнил его едва ли не до краев.
Девушка сделала глоток. Потом ещё один.
— Что дальше, Назар?
— Позволь за тобой ухаживать.
— О как. То есть ты сейчас, после похищения и секса, меня об этом спрашиваешь?
— Угу. Девочки же спрашивают после секса у мужчина всякие няшки. Я вот тоже решил спросить.
Зоя уже не сдерживала улыбки. Пофиг на старые обиды… Ей хорошо? Ей ахрененно, как хорошо.
— Хитро.
— Приходится.
Назар взял клубнику из чаши и поднёс её ко рту Зои. Та хотела съехидничать по поводу сливок, но вспомнив чем они недавно занимались, передумала.
Откусила, не смотря на Назара и запила вином.
Счастье всё же есть в этой жизни. Надо лишь научиться его видеть. И ценить.
— Прогуляться не хочешь?
— Кавказской пленнице положена прогулка?
— Более того. У меня есть палатка и спальные мешки.
По коже Зои побежали легкие иголочки. Рассыпались дождем.
Помнит…
Она никогда не была туристкой, не ходила в походы, не пела песни у костра, попивая глинтвейн. У неё была соседка, которая это делала с регулярной последовательностью и каждый раз рассказывала Зое о своих приключениях, ярко и живописно делясь эмоциями. В глубине души Зоя хотела оказаться на её месте. Соседка звала её с собой, папа не пускал.
Гуляя с Назаром по Казани, Зоя увидела двух девушек-велосипедисток с большими рюкзаками за спинами, и рассказала Назару о своем желании.
— Сколько спальных мешков? — она не могла не уточнить, продолжая играть роль начинающей стервочки.
— Три.
— Три?
— Два одноместных и один двуместный. Мы можем воспользоваться любым вариантом.
Зоя согласилась. Правда, выпроводила из комнаты Назара, чтобы одеться. Да и душ ей не помешал. Ещё она убрала осколки.
Отчудила так отчудила.
Выпустила пар. Надо было не в Назара, а так побуянить, о пол посуду помыть.
Тогда почему по-прежнему легко и хочется хихикать, словно ей снова пятнадцать?
Воздух в горах иной. Чистый. Насыщенный. Они вышли во двор, и Зоя осмотрелась. Ей нравилось то, что она увидела.
Много зелени, много гор. И облака, до которых можно дотронуться рукой. Иллюзия, конечно, но такая вдохновляющая.
— Ты заказываешь еду, правильно я понимаю?
— Ты проголодалась?
— Есть немного. Я бы поела через час-другой.
— Привезет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Пить на голодный желудок не айс.
Прогуливаться они не пошли, решили ограничиться двором.
Двор большой, как и сам дом. Выполненный из оциллиндрованного бревна, он красиво вписывался в окружающий пейзаж. Безумно уютно. И нет соседей. Довольно уединенно.
