Санея насчитала в общей сложности два десятка столов. Большинство было занято. Сайта переходила от одного к другому, что–то с интересом высматривая. Ученики двигались за нею тесной группкой. Торика, рассуждавшего о том, что мертвецов, если они не оживают, бояться нечего, заметно сторонились. В какой–то момент под одним из тел заскрипели доски — это стало сигналом к окончанию урока.
— Тони их поймает, — бросила Сайта не оглядываясь.
— Да? Ну тогда ладно… — Кипс, со всеми кинувшийся к выходу, остановился. Коул прикреплял к груди каждого одобренного Сайтой мертвеца специальный амулет, останавливающий разложение.
— Здесь должны быть носилки…
Одно из тел было размерами меньше, чем остальные. Санея подумала, что это может быть женщина. Разве их не должны держать в отдельном месте? Она приблизилась посмотреть…
— Сайта, смотри! — вскрикнула девушка, пораженно отскакивая. Это была не женщина, это был…
— Да, точно, — Сайта мгновенно приблизилась к ней. — Коул, узнаешь?
— Лик, — кивнул парень. И стал вглядываться в лица остальных мертвецов. Санея поняла, что высматривает Укола и Лезву. Лик уходил из Ордена вместе с ними. Сейчас парень выглядел старше, но не узнать его было невозможно.
— Мы про Лезву давно ничего не слышали? — спросила Санея.
— Давненько, — кивнула Сайта. — Он умеет прятаться. Коул, ты ведь наводил справки?
На лице ученика Кравена не дрогнул ни один мускул, но Санея поняла: Коул не подозревал, что кому–то известно о его поисках. Впрочем, спустя секунду парень расслабился: Сайтино всеведенье он принимал как должное.
— Наводил, — ответил он. — Первые полгода он больше слонялся, чем в действительности чем–то занимался, как будто искал что–то… А затем исчез.
— Нашел, значит, — кивнула Сайта.
— Я проверял, не менял ли он внешность. Вроде бы нет. По крайней мере, сенатские маги с ним не работали.
— Думаешь, у него есть причины нас избегать?
— От Лезвы всего можно ожидать, — ответил Коул, поморщившись. Сайта ощупывала мертвецу лицо, руки. Вынула из кармана «ножик–плоскогубцы–лупу–линейку» — изобретение Карандашика — и сделала крошечный разрез.
— Судя по виду, умер часов двенадцать назад, — сказала она. — Причина смерти — ножевое ранение в области сердца. Следы борьбы… отсутствуют. Впрочем, это ни о чем не говорит: с Плишкой тоже особо не поборешься. Завтра пошлем кого–нибудь, чтобы узнали, где его нашли.
— А может… — Санея запнулась: она сама не была уверена в том, что хотела предложить. Лик ей не нравился.
— Заплатить за похороны? — легко догадалась Сайта.
— Ну, он же какое–то время был с нами…
— Заплатим. Если об этом кто–нибудь узнает случайно, даже польза будет: вон как в Ордене даже о своих бывших заботятся…
Зная Сайту, Санея не сомневалась, что кто–нибудь об этом в Ордене узнает обязательно. Разумеется, случайно.
— Он всегда так? — Сайта вплотную придвинулась к стеклу.
— С тех пор, как его нашли, — Карандашик и без того редко бывал неподвижен, а тут еще и потрясение. Звонилки и звякалки в бесчисленных карманах не переставали звонить и звякать. — Это же на третьем подземном уровне! Мы все как обычно делали. Ломали старые канализационные перегородки, Кравен укреплял все заклятьями, мы ставили подпорки, сколачивали формы под цемент, а тут… Мы стену повалили, пыль еще не рассеялась, и он выходит из темноты. Хорошо, что с нами Кравен был, — сразу его обездвижил. Я думал, он успокоится, а тут… вот…
Сайта, соглашаясь, кивала. За стеклом, зачарованным так, чтобы быть прозрачным только с внешней стороны, в комнате без столов и стульев находился человек. Странный, пожалуй, даже по меркам Ордена. Он, казалось, просто не был способен остановиться больше чем на несколько секунд. Замирал на мгновения, а затем какая–то невидимая сила резко бросала его в сторону, причем со скоростью, достойной мастера келото. Не такого, как Минглон, конечно, но все равно: если бы комната не была специально укреплена, вполне возможно, что просто бетон не выдержал бы. Сайта силилась поймать взгляд пленника, но по какой–то причине это оказалось невозможным.
— А если это какая–то болезнь? — спросила Санея, когда он в очередной раз врезался в стену. Ему самому это видимого вреда не нанесло.
— Вполне может быть, — Авиртон смотрел на пленника с явно выраженным профессиональным азартом в глазах. Динка держал в руках сундучок с инструментами. Кравен с Коулом свои выводы сделали — теперь настала очередь докторов. — Он что–нибудь говорил?
— Кажется, время от времени начинал что–то бормотать, — ответил Карандашик. — Но разобрать…
— Ясно… ясно… Вообще это немного похоже на энергетическую трясучку… — сказал Авиртон, доставая блокнот и начиная делать записи. — И в подземельях он вполне мог схватить достаточно крупный сгусток эманаций… Но тогда он, по идее, должен быть уже мертв…
— А если он уже мертв? — мгновенно предположил Динка. — Телом ведь могут завладеть не эманации, а какое–нибудь специальное заклинание. Или паразиты. Как помните, в той книге…
— Да, это объяснило бы, отчего он стал сильнее… На мастеров келото и сильных магов такие вещи, как правило, не действуют, либо они просто умирают. А тут вроде бы даже организм не особо истощен…
— Придется временно приостановить работы по прокладке новых комнат, — сказала Сайта Кану, отходя от Авиртона с Динкой. Обсуждать интересного больного они могли часы напролет. — А на открытых участках проложить магическую защиту и предупредить об опасности всех в Ордене. В городе есть специалисты по подземельям? Кто следит за работой стоков?
— Хозяйственный комитет, — ответил Кан. — Но они чаще нанимают магов, если нужно убрать засор или испарить лишнюю воду. Изредка делают ремонт. На нижние уровни там ходоков точно нет.
— А охотники за сокровищами? — предположила Санея. — Сайта, помнишь? В Нельсе такие были.
— Можно попробовать, — кивнул Кан. — Через лавки старьевщиков, магазины амулетов… Поговорю с Минглоном на этот счет.
Общие совещания проводили, как правило, один–два раза в неделю, и чаще всего в кабинете Торотина. На Сайтины попытки перенести встречи в ее кабинет Минглон неизменно отвечал: «В месте для работы людьми должно овладевать желание поработать, а не страх за свою жизнь». Сайта не спорила. Кравен, к примеру, тоже сначала учился не убивать тех, кто входит в комнату без стука, а только потом еще и не делать их калеками на всю оставшуюся жизнь. Не все сразу. А пока им приходилось сидеть в мягких креслах вокруг огромного овального стола.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
